Пропала принцесса! Нашедшего ждут неприятности (без иллюстраций) - Ульяна Муратова

Я ничего не ответила.

Если бы не знала правды, то верила бы, настолько убедительно выглядела старая карга. Для всех, кто не знал её сущности, она казалась беззащитной милой старушкой. Для меня — ведьмой с водянисто-бледными глазами, сморщенной, как мятая бумага, кожей, изрезанным морщинами ртом и брылями, мягкими складками переходящими в дряблую шею. Лишь на правом виске по-молодому ярко горела родовая печать.

Обычно с возрастом магические способности ухудшаются и постепенно увядают, хотя сильные маги живут чуть дольше остальных. Однако стоящая передо мной изворотливая, беспринципная старуха наверняка нашла способ удержать иссякающую магию в тщедушном теле или даже усилить её. Кто знает, на что ещё она способна? Портал же смогла выстроить, пока остальные считают это невозможным…

— Ну, не дуйся, Валери, — с ласковым укором проговорила она и поставила к стене большой баул. — Я принесла тебе свежих ягод и сладостей. Всё лучшее — для моей принцессы.

Последнее слово прозвучало издёвкой.

Принцесса из меня — как балерина из пингвина. Слишком рано меня похитили из родного дворца, чтобы я успела впитать положенные знания и научиться вести себя сообразно статусу. Вернее, кое-чему всё же научилась, да и Олеанна постаралась привить мне достойные манеры, но откуда простой гувернантке знать, как воспитывать настоящих принцесс? Речь же не об этикете, а о дипломатии, умении из вороха слов вычленить главное, способности распознать угрозу до того, как она превратится в удар, а также просчитывать свои действия на десятки ходов вперёд.

Этому мог научить только отец. Его и брата Трезана я часто видела в снах — они были живы и искали меня. Просто искали в нашем родном мире, Доваре, а не здесь, на задворках чужой цивилизации. Никто даже не предполагал, что старой карге удалось создать стабильный межмировой портал и регулярно пользоваться им. И саму её в похищении никто не подозревал, настолько умело она всё обставила и даже показательно «искала» меня вместе со всеми.

Я изо всех сил саботировала с маниакальным упорством повторяемый ритуал, однако ни отказаться, ни сбежать не могла, потому что это перечеркнуло бы мои шансы вернуться домой. Чтобы сохранить свою ценность в глазах старой карги и дать ей повод возвращаться, мне приходилось терпеть и притворяться дурой.

Мне ни за что не удалось бы собрать в этом мире столько магии, чтобы хватило на открытие портала обратно в родной мир, да и формулы я не знала. После ухода старой карги часть знаков всегда оставалась на полу, но это лишь составляющая более сложной схемы, делиться которой она не стала бы даже под страхом смерти — смысла для неё в этом не было никакого. Зная её характер, она скорее унесла бы знания в могилу и навсегда оставила меня в чужом мире, чем позволила бы вернуться домой.

Был ещё один вариант — сбежать с опостылевшего острова и затеряться в этом мире, но это означало бы, что я никогда не встречу своего героя и не увижу семью.

Именно поэтому я притворялась, что верю ей, и участвовала в ритуале, который с каждым месяцем становился всё опаснее — в прошлый раз он едва не закончился развеиванием моего духа, но для старой карги это значения не имело — он для неё ценности не представлял.

Я молча сходила за ведром с водой и тряпкой, а затем принялась отмывать ненужные знаки с пола, на котором находилась общая ритуальная схема — шесть концентрических кругов, не соприкасающихся краями. Они были вырезаны на отполированной каменной поверхности для удобства. Оставалось лишь дорисовать между ними символы, наполнявшие ритуал смыслом, как напиток наполняет фужер, превращая его в орудие убийства ядом, инструмент исцеления зельем или просто источник хмеля.

Как фужер не может влиять на своё содержимое, так и эти круги не несут зла, но я с детства ненавидела их даже сильнее, чем ледяное море.

В том, что старая карга заставляла готовить место ритуала, который должен был меня же и прикончить, была какая-то извращённая ирония, бесившая до красных пятен в глазах. Но я стискивала челюсти и делала всё, чтобы не вызвать у своей экзекуторши подозрений. Притворялась тупой и покорной, чтобы она раз за разом возвращалась с новыми вариантами ритуала.

Я искренне верила, что однажды моё терпение окупится. Однако, вероятно, не сегодня.

Мой герой опять не пришёл.

Где носит его долгожданную задницу и чем он занимается вместо того, чтобы спасать меня?

Смыв все старые символы, я смотрела, как старая карга чертит новые, превращая портал в алтарь.

Луна светила сквозь стеклянные стены почти невыносимо ярко, но мне не требовался свет — я знала эти символы наизусть. Как и знала, что ложась на пол, вписываюсь в пятую окружность. Как и знала, что буквально через несколько минут тело сначала наполнится дармовой лунной силой, а потом опустеет. После каждого ритуала усталость наваливаливалась такая, что хотелось сдохнуть, но я давила в себе малодушие и раз за разом заставляла себя проходить через долбаный ритуал снова и снова, хотя на восстановление потом уходили недели.

Иногда я ночами лежала здесь в свете луны и думала лишь о том, что скоро всё кончится. Только вот обманывать себя становилось всё сложнее. Три года назад я считала, что потерпеть осталось всего ничего… и вот мы со старой каргой снова здесь.

— Ложись, деточка, — ласково пригласила она.

А ведь я даже не чувствовала в её голосе фальши. Знала, что она там есть, но не чувствовала её — настолько искусная актриса скрывалась в дряхлом теле некогда блистательной красотки.

Символы засветились, напитываясь силой, она побежала по вырезанным кругам голубоватым ручейком — от краёв к середине.

Подавив желание придушить свою экзекуторшу, я молча легла в центр, на холодный камень пола.

Старая карга начала дорисовывать недостающие символы так, чтобы я их не видела, а затем принялась едва слышно бормотать заклинание, вырисовывая на моей груди знаки. Она считала, что я не догадываюсь о сути ритуала, но я всё прекрасно знала и понимала — тем сложнее было терпеть.

Сила ринулась в тело, делая его лёгким. Показалось, будто я парю над ритуальным кругом, даже ощущение холода исчезло. Вобрала в себя всю силу, до которой только смогла дотянуться, а затем постаралась сродниться с ней,