Предательница! Единственная. Любимая - Ирина Лисовская

Стон от яркой фантазии сорвался с губ и именно в этот позорный момент дверь в комнату, реально, открылась.

Из туманной страсти я мигом очутилась в диком, ужасающе холодном оцепенении. Ведь высокая и широкая фигура в проеме явно не могла быть Аниной.

Не включая свет, Марк запер дверь и, шатаясь, прошел внутрь. А я все еще не дышала, даже когда парень с третьей попытки снял свитер, промолчала.

И что мне было сказать? Извини, Марк, но мы с твоей сестрой не думали, что ты так рано вернешься?

Ну, сказать что-то явно следовало, ведь дальше настал черед снимать джинсы. Судя по неловком движениям, не было никакого сомнения, что Зельман пьян.

– Дура-а-ацкие штаны…

Не поддавались они ему, как ни старался. Устав с ними бороться, Марк резко уселся на матрас, а я пискнула в ужасе. С одной стороны – кровать вроде и большая, но, с другой… когда Зельман уселся, мне показалось, что места катастрофически мало. И бежать уже было поздно.

Марк все услышал, медленно провел рукой по постели и нащупал меня. Промолчала даже тогда, когда наглец специально пролез рукой под одеяло и совсем не нежно потрогал меня за грудь.

– Опа… Это я удачно зашел. Штаны, трусы – снимаемся!

Что, блин? Нет, это уже перебор! Не успела ничего предпринять – шустрый Зельман за мгновение справился с задачей и уже полностью голый улегся рядом. А дальше, как в той дурацкой фантазии – сорвал одеяло и бросил его на пол, будто ненужную тряпку.

У меня все еще был выход, нужно просто сказать, что я Руся и все, Марк сам с меня слезет! Но я и его проворонила. Слишком долго думала. Слишком напряглась и пропустила удачный момент! Или я реально хотела, чтобы так произошло?

– Марк, что ты… – он не слушал меня, умело сорвал лифчик и тот полетел вслед за одеялом. – Марк! За стенкой же твоя сест…

– Т-с-с! – он закрыл мне рот рукой и, нагнувшись ниже, прошептал прямо в лицо: – ты же не хочешь ее разбудить, верно? Не знаю, кто ты и как втерлась к ней в доверие, чтобы пробраться ко мне ночью, но… так и быть, за проделанное старание трахну тебя. Обычно так не делаю, но сегодня я чертовски добрый.

Он точно пьяный? Вроде и соображал что-то, но, понял ли Марк, кто я? Похоже, что, нет. Стало обидно, практически до слез.

Если я и была возбуждена, то весь запал резко потух. Но влага между ног, к сожалению, не могла раствориться по щелчку пальцев.

– Уже готовая, м-м-м, – его пальцы бессовестно пролезли под трусики и спустили всю мою убежденность уйти, в унитаз.

Тело пело от его ласк, искрилось и потрескивало, как дрова в том не погасшем самом камине.

Как я могла противиться и сопротивляться, если в тайне представляла себе такой пикантный момент раз сто, если не больше? А будет ли у меня еще хоть раз шанс ощутить Марка в полной мере?

И даже понимая, что на утро он, скорее всего, ничего не вспомнит, сдалась. Ну, глупо отпираться. Марк Зельман – моя недостижимая мечта. И прямо сейчас она сама плыла мне в руки. Откажусь и буду корить себя потом всю жизнь!

Да и потом, я же не девственница, чтобы зажиматься и робеть. По сути, мне нечего было терять этой ночью.

Поэтому, опустив тонну сомнений, просто расслабилась и простонала в руку от очередной ласки пальцем по клитору. Я позволила себе, пусть и на кроткий промежуток времени, быть счастливой и удовлетворенной.

Пока Марк «издевался» надо мной, потянулась рукой к его груди и очертила пальцами рельефное тело. Хотела как можно больше ощутить, чтобы отпечатать потом в памяти и снова фантазировать.

Но, опустить руку ниже, к члену, оказалось не так просто. Я… смутилась, будто реально была невинной и не знала, что там у мужчин ниже талии. Марк разорвал мое смущение: схватил ладонь и опустил себе на член.

Глава 2

Ну а я сомкнула на нем пальцами и задвигала в медленном ритме.

– М, да… вот так… – поощрял он, но и обо мне не забывал.

Ласкал все тело и губами, и руками, а я полностью отключилась, отдалась в обїятия пучине страсти. Клацнула где-то в голове выключателем, чем погасила мозги. Отправила их в спящий режим.

Нет, в режим нереального удовольствия. Марк вдруг отстранился и чуть спустил меня ниже, а затем перевернулся так, что его член мелькал сверху около лица. Его же лицо опустилось прямо мне в лоно.

Я, может, и не была девственницей, но поза шестьдесят девять стала немым потрясением. Это Марк был пьян и мог, опустив всякое сомнение, делать, что вздумается. И он делал – трахал меня языком так умело и методично, что в прямом смысле поплавился мозг.

От пролетевшей искры удовольствия по всему телу я громко застонала и, опомнившись, резко заткнула рот рукой. Оторвавшись от своего занятия, Марк возмутился:

– Не халтурь!

Наверное намекал, что вместо ладони, я могла бы заткнуть себе рот его членом.

В тот момент, когда Марк снова принялся дразнить меня языком, плюнула на стеснение и прочие мелочи. Взяла в рот только головку и пососала ее, а рукой помогала себе. Не могла, как бы ни пыталась, взять полностью член в рот. Не делала я этого раньше… Не хотела и отмахивалась. Да и парень, что был у меня первым, не особо парился, между нами был просто трах, чтобы удовлетворить похоть и потребность.

Марк же, даже не совсем трезвым, методично бил по всем уязвимым точкам, отчего мне тоже хотелось дать ему наслаждение.

Шире раскрыв рот и расслабившись, попыталась взять член максимально глубоко, но тут же подавилась. Резко откашлялась и услышала сквозь толстую вату в ушах:

– Не насилуй себя, – и, немного промолчав, добавил вдруг с хитринкой, – оставь это мне.

Не поняла, к чему он клонил, но довольно быстро осознала. Марк слез с меня и без предупреждения одним движением перевернул на живот. После чего просунул ладонь под него и вынудил меня встать на четвереньки.

С волнением и неугасающей дрожью в теле прогнулась для него, Марк не стал ждать. Не стал нежничать или осторожничать. Вошел резко и