Измена. Никогда не прощу - Катерина Коротеева

показать, что ей больно и одиноко. Она с сарказмом говорит о моём браке, о деньгах, о том, что я удачно устроилась. Ей кажется, что в моей жизни всё легко и безоблачно. Но разве это так? Разве кто-то знает, сколько сил и нервов стоит сохранить этот хрупкий баланс? Сколько раз я прокручивала в голове наши с Данилом споры, пока мы не научились находить общий язык?

Она просто не понимает, что не всё измеряется обеспеченностью и красивым статусом. Мне искренне жаль, что жизнь бросает её на амбразуру, заставляет бороться в одиночку.

Как она справляется с этим?

Сколько раз плакала в подушку, когда никто не видел? Может, вот сейчас, когда она говорит колкости, ей хочется, чтобы кто-то просто подошёл и обнял её, сказал: «Юль, всё наладится».

Пусть мне и обидно слушать её уколы, я не могу её осуждать.

Она, наверное, и сама не рада тому, что это сказала. Но, возможно, ей просто страшно признаться, что завидует. Страшно раскрыться, показать, что под всем этим сарказмом – неуверенность и усталость от одиночества.

Я вздохнула.

– Это они просто не доросли до такой женщины, как ты, – мягко заметила я. – Ты знаешь себе цену, и это пугает слабых мужчин.

– Вот только сильные что-то тоже не спешат, – фыркнула Юля, пожимая плечами. Она сделала вид, что невозмутима, но глаза её странно заблестели. – Ну а пока я жду своего сильного, остаётся только пахать на работе. Может, так и состарюсь, пока принц на белом коне будет в пробке стоять.

– Прекрати, – укоризненно покачала я головой.

Юля усмехнулась, взглянула на свои идеально отполированные ногти и театрально закатила глаза.

– Ладно, – она внезапно выпрямилась и деловито посмотрела на часы, как будто вспомнила что-то очень важное. – Мне на работу пора. Начальник сегодня злой как чёрт, решил всех собак спустить на руководителей отделов, – добавила она и, хмыкнув, натянуто улыбнулась. – Так что посижу тут ещё пару минут, а потом отправлюсь прямиком в ад.

– Вот почему ты не торопишься? – слабо улыбнулась я, пытаясь смягчить напряжение, которое повисло в воздухе.

– Угу, – Юля кивнула и с преувеличенной задумчивостью поджала губы. – Жду, когда он остынет. А потом и сама пойду на ковер, – она многозначительно подняла бровь и подмигнула. – Надо не забыть захватить с собой вазелин, – добавила она и звонко рассмеялась.

Я прыснула со смеху, покачав головой. В такие моменты я любила Юлю за её откровенность и способность разрядить атмосферу. С ней всегда было легко… по крайней мере, раньше.

В этот момент её телефон пиликнул, и она моментально переключилась на экран. Взгляд сосредоточенный, а лицо стало серьёзным. Юля быстро что-то напечатала в ответ и, словно ничего не произошло, снова повернулась ко мне.

– Ладно, подруга, с тобой болтать, конечно, весело, но мне действительно пора, – она улыбнулась, одним движением закинула сумочку на плечо.

Мы вышли из кафе, и я, обняв Юлю на прощание, почувствовала внезапный прилив благодарности и привязанности к ней. Она была моей подругой с детства, видела мои взлёты и падения, радости и слёзы. И даже сейчас, после всего, что произошло, я чувствовала, что могу доверять ей, что она всегда будет рядом.

– Ну всё, – Юля ещё раз взглянула на экран телефона, и её взгляд стал холодным, отстранённым. – Удачного дня, Лиз. Данилу привет передавай, – добавила она, уже отходя, но эта последняя фраза, будто острое лезвие, задела что-то внутри.

– Хорошо. Передам, – улыбнулась я и быстро развернулась к своей машине.

Почему от этого простого пожелания меня не покидало ощущение, что что-то не так?

Пока я пыталась совладать с непонятными эмоциями, уж слишком остро я начала реагировать на малейшие всплески, в кармане завибрировал мой телефон.

Так, всё, спокойнее, Лиз. У тебя просто нервы ни к чёрту.

Я вытащила его, пришло сообщение от Лены, моего стилиста, и экран тут же загорелся новым сообщением от Данила.

«Кис, я уже подъезжаю, где ты?»

Я замерла, машинально перечитывая.

Кис?

Он никогда не называл меня так!

Я перечитала сообщение ещё раз, чувствуя, как по спине прокатывается холодная волна. Пальцы дрогнули, я с трудом нажала на экран, чтобы открыть сообщение, но оно вдруг исчезло. Словно его и не было.

– Что за чертовщина? – пробормотала я и судорожно пролистала переписку.

Сообщения не было!

Ни следа, ничего. Только предыдущее сообщение, на которое я ответила.

В последний раз Данил писал мне три часа назад.

Мне показалось? Или он действительно прислал это сообщение… и удалил?

Но зачем?

Глава 3

«Лиза! Обрати на меня внимание!»

Я вздрогнула от вибрации телефона и снова взглянула на экран. Сообщения сыпались одно за другим, заставляя экран мерцать и раздражать меня беспрерывным напором.

Писала Лена в своей обычной манере. Я недовольно цокнула языком и открыла нашу переписку:

«Лиз, привет»

«Скажи»

«А ты сможешь»

«Раньше приехать»

«?»

«Лиза!»

«Обрати»

«На меня»

«Внимание!»

Как же меня бесит, когда люди не могут сформулировать свою мысль в одно сообщение!

Обязательно писать по отдельности?

Я скривилась и быстро набрала ответ:

«Да смогу, через сколько нужно подъехать?»

Ответ пришел моментально, как будто Лена и не выпускала телефон из рук:

«Прямо сейчас!»

Я выдохнула, закрыла глаза и мысленно приказала себе забыть про странное сообщение от Данила. Лена всегда помогала мне отвлечься. Будет полезно переключить внимание и на пару часов уйти с головой в салонные беседы о моде, стрижках и новых трендах.

Когда я подъехала к салону, Лена уже ждала меня у входа, переминаясь с ноги на ногу. Она всегда была такой – энергичной, жизнерадостной, будто полная батарейка, которая не умеет разряжаться.

– Лиза! Как хорошо, что ты смогла приехать пораньше! – она тут же подхватила меня под локоть и потащила внутрь. – У меня клиентка отменилась в последний момент, а ты у меня на сегодня записана последней. Раньше начнем – раньше закончим.

Она усадила меня в кресло, сняла резинку, рассмотрела внимательно мою шевелюру и посмотрела в зеркало.

– Ну что сказать… Это кошмар. Нам нужно срочно что-то сделать с твоими волосами. Корни отросли, как у какого-то дикого зверя! Ты должна блистать, а не прятать в хвост отросшие пряди, моя дорогая.

Я улыбнулась её отличительной способности сгущать краски. Лена всегда воспринимала уход за внешностью