Развод с ректором. Попаданка в жену дракона - Екатерина Гераскина

Тут пахло сыростью и пылью. Было зябко и темно. Свет едва попадал через витиеватые витражные окна.

Я подошла к ним, пальцем протёрла пыль и сделала маленькую дырочку для просмотра.

И увидела диковинный лесной массив на многие километры. Вид был захватывающий. Солнце садилось за горизонт.

Но ощущение, что это солнце не моего мира, не покидало.

Я огляделась. Башня оставляла желать лучшего.

В комнате была только односпальная кровать с серым, поношенным покрывалом. Массивный, тяжёлый шкаф стоял у стены. Внутри я нашла только одеяло и подушку. Видимо, мне больше не полагается ничего.

У другой части стены было старое кресло, обшитое красным бархатом.

А потом я вдруг увидела незаметную узкую дверцу. Приоткрыла её — за ней оказался туалет и крошечный душ. И там было… зеркало.

Я подошла к старому зеркалу, что висело криво на стене над раковиной. Рама была потрескавшаяся.

Там отразилась незнакомка.

Я неуверенно провела рукой по щеке — движения чужие, неловкие, будто управляла ими не я.

А потом сделала ровную, осознанную попытку — словно примерялась к новой роли.

И посмотрела на себя по-настоящему.

На меня смотрела миловидная, красивая молодая женщина, примерно моего возраста — лет двадцати четырёх.

Белые, длинные волосы были убраны некогда в изысканную прическу. Сейчас же она растрепалась.

Глаза — янтарные, почти жёлтые, редкого цвета, от которого веяло чем-то потусторонним, настораживающим. Пухлые губы, четко очерченные, как у фарфоровой куклы. Черты лица — аристократичные, правильные, как будто выточенные. Скулы, тонкий нос, идеальная линия подбородка.

Я... была красива.

Но это была не я.

Мне стало дурно.

Слабость не отпускала, в голове стоял звон, тело ломило. Я едва доковыляла до кровати, упала на неё, не раздеваясь, и накрылась углом покрывала.

От холода и изнеможения я съёжилась в комок и провалилась в забытье.

Мне снилось, что я проснулась в своём мире — в тёплой постели, здоровая, в своём теле. И я так хотела, чтобы все так и было.

Но, увы, из сна я вынырнула резко — от того, что мне не хватало воздуха.

Я раскрыла рот, как рыба, выброшенная на берег.

Распахнула глаза, но… ничего не видела.

На лице была подушка.

Меня душили.

Глава 3

Откуда-то вдруг взялись силы. Паника сменилась яростью. Я начала сопротивляться, брыкаться, хвататься за всё, до чего могла дотянуться.

В отчаянии лягнула напавшего ногой — резко, вслепую, как могла. Раздался женский приглушённый вскрик.

Давление исчезло. Подушка сползла с лица.

Я втянула воздух. Судорожно, жадно, как утопающая. Повернулась на бок. Согнулась, кашляя и глотая кислород. Грудь вздымалась от дыхания, тело дрожало.

Но не успела я поднять голову, как дверь с грохотом хлопнула — и чьи-то торопливые шаги раздались за ней. Нападавшая сбежала. Это явно была женщина. И у нее был ключ.

Что, чёрт возьми, тут вообще происходит?!

Из глаз брызнули слёзы.

Я была в незнакомом мире, в теле неизвестной мне девушки, и все, кто попадался мне на пути, только и делали, что толкали, кричали и пытались убить.

Меня обвиняли в том, чего я лично не совершала.

Я не хотела нести ответственность за хозяйку этого тела.

Я должна была признаться. Ведь в любовных романах, которыми я зачитывалась на каникулах, именно так всё и происходило. Нужно было признаться, что я попаданка — и тогда мужчина поймёт, что я ни в чём не виновата.

На любовь лорда в такой ситуации я, конечно, не рассчитывала — такое бывает только в романчиках. А вот на понимание и конструктивный диалог — вполне.

Я вытерла слёзы, пригладила волосы и подошла к двери. Дернула. Она была закрыта. Начала колотить в неё руками и ногами.

Я была намерена сообщить, что на меня напали и пытались убить!

Я почти сорвала голос и отбила все кулаки и ноги, прежде чем услышала тяжёлые шаги по лестнице.

Отступила назад. Слабый свет Луны пробивался сквозь витражные окна.

Дверь распахнулась — и на пороге появился мой провожатый.

Он зажёг магическим способом огонь на ладони, и я поморщилась от яркого света, который залил мою башню. Он был затянут в чёрную форму и хмуро осмотрел меня.

Я только сейчас его рассмотрела.

Он был выше меня, темноволосый, с прямой осанкой.

Глаза у него были... обычные. Человеческие. Карие, без звериного блеска. Это заставило меня облегчённо вздохнуть. Кажется, он был человеком.

Но стоило мне взглянуть внимательнее — и в глубине зрачка, в самой тьме его взгляда, я увидела крошечный красный уголёк. Он мерцал как живой.

Мне даже показалось, что на меня его глазами смотрит кто-то другой.  От этого ощущения внутри меня всё сжалось.

Инстинкт кричал: беги.

Но куда?

Сейчас я хотела поговорить с главным — с лордом, с хозяином этого особняка, кем бы он ни был.

— Что вы хотели, леди? — холодно и мрачно спросил мужчина.

Я вздрогнула от его голоса. Господи… Странное чувство. Казалось, он может сотворить со мной всё, что угодно.

Не знаю, откуда взялось это ощущение.

— Я хочу переговорить с… хозяином.

— С хозяином?

— С лордом, — попыталась поправиться я. Я совершенно не знала, с кем именно мне нужно говорить, выбрала нейтральное обращение.

Может, мне и стоило бы признаться провожатому, что меня чуть не задушили, но… что-то внутри яростно противилось этому. Особенно когда я смотрела ему в глаза и снова видела там этот красный огонёк.

Что, если передо мной демон, и он питается душами?

Я ведь так и не знаю, кто живёт в этом мире. Кого надо опасаться, а кто безопасен…

— Ну, идёмте, леди.

Это обращение немного воодушевило. Всё же у «леди» тут, должно быть, прав побольше, чем если бы я попала в тело прислуги. Хотя, возможно, в таком случае свободы у меня будет значительно меньше.

Но, с другой стороны, никто не посмеет просто так убить леди, верно?

Ага. А как же та девица, что пыталась отправить меня на тот свет?..

Блин.

Как же всё сложно.

Мы начали спускаться по лестнице.

Мужчина пропустил меня вперёд, сам нёс огонёк в руке.

— Леди не хочет зажечь свет? — с насмешкой спросил он.

Я покосилась через плечо на провожатого.

Леди-то, может, и хотела бы «включить» свет. Да только не знает как. Видимо, и в башне не должно было быть так темно — всё, похоже, управлялось