Ключи от его сердца - Мари Стефани

— Смотри, что ты наделала, растяпа! — закричал Денис, оттянув рубашку и рассматривая на ней грязные отпечатки моих рук.

— Прости, — посмотрела я на него огромными глазами «кота в сапогах» из известного мультфильма.

— Вероника, негодная девчонка! — закричала мама и схватила меня за руку. — Ты посмотри на свои руки, они как у шахтера! А твоя одежда!

— Денис, Дина! Вероника же не специально! — встал на мою защиту новый папа. — И что вы из-за каких-то вещей кричите на ребенка?

— Этот ребенок, мало того, что замарал мое платье, так еще и Денису испортил праздник! — ответила моя мама.

— Какой? — едва сдерживая слезы, спросила я.

Почему чужой мальчик ее волнует больше чем я?

— У Дениса сегодня день рождения! Он специально выбирал эти вещи, это был его подарок! А ты все испортила! — процедила мама.

— Но у меня тоже сегодня день рождения! — всхлипнула я и тихо произнесла. — И у меня нет подарка!

Так, я узнала, что у меня с новоиспеченным братом день рождения в один день, вот только он был на пять лет старше.

— Дина, милая! Зачем так кричать? Она ведь ребенок, а дети всегда неуклюжи, поэтому часто мараются! — говоря это, Кирилл Владимирович обнял меня за плечи. — А Денису мы купим новую одежду! Кроме того, и Нику надо порадовать в день ее рождения!

Именно в тот момент я полюбила его всем сердцем. А с Денисом у нас началась холодная война, растянувшаяся на многие годы.

Глава 1

— Ника! Ника!

Вырвал меня из воспоминаний девичий голос.

— А?

— Ты, что зависла-то? — спросила подруга.

— Прости, задумалась, — рассеянно ответила я, еще переживая давнюю историю.

— О том, с каким размахом отметишь свое совершеннолетие?

Сегодня самый важный день в моей жизни, день моего совершеннолетия. День, когда становишься взрослой и тебе можно то, что раньше не дозволялось. Об этом дне я давно мечтала, а готовиться начала за полгода вперед. Тщательно продумала интерьер, оформление, стол и внушительный список приглашенных. Хотя на самом деле я бы собрала только самых близких, а не делала из своего дня рождения шумиху. Но положение Кирилла Владимировича обязывает закатить пышный банкет, поэтому пришлось подчиниться. И вот сегодня с утра, на каждом углу слышатся голоса и топот ног по всему дому. А вечером его наводнит сотня другая гостей.

— И об этом тоже, — ответила я Ире и с грустью добавила. — Жаль, мама не дожила до этого дня.

— Боюсь, она бы это и за событие не посчитала, — ответила подруга.

Я же с горечью на нее посмотрела. Вот умеет она ужалить побольнее. Отношения с мамой, после того как мы стали жить одной большой семьёй, так и не наладились. Она также постоянно ко мне придиралась, и всегда была мной недовольна.

«Вероника, что это ты надела? Это платье? Да это тряпка для плебейки!»

Или:

«Вероника, хватит таскать сладкое! Ты посмотри на себя в зеркало! У тебя на боках сплошной жир! Вся в двоюродную бабку пошла, та тоже была настолько упитанной, что, когда шла, телеса колыхались во все стороны!» — частенько выговаривала она мне.

Или так:

«А это что? Прыщ?» — на мой тринадцатый день рождения при всех гостях заявила она. — «Не могла получше замазать?»

Помню, как рыдала в чулане после этого. К столу в честь своего дня рождения я так и не вышла. Но до меня и не было никому дела. Ведь именинник у них был. Денису тогда исполнилось восемнадцать. Только Кирилл Владимирович и пытался меня успокоить и вернуть к гостям, но от стыда я не могла появиться перед всеми этими элегантными, утонченными гостями в красивых нарядах.

Помню, тогда Кирилл Владимирович с мамой сильно поскандалили, видимо, отчим заступился за меня. Он всегда за меня заступался и часто выговаривал матери за холодное отношение ко мне. Только после всех скандалов и упреков, мама становилась еще холоднее со мной, а придирок становилось больше. Как бы я ни пыталась произвести на маму хорошее впечатление, результат всегда был один. Даже моя отличная учеба, не могла примирить ее с моим существованием. А я же только и занималась тем, что придумывала способы, как заставить маму полюбить меня. Из-за чего она меня не любила, я так и не узнала. И уже никогда не узнаю. Три года назад ее не стало. Незадолго до моего пятнадцатилетия мама возвращалась домой слегка в нетрезвом виде и, не справившись с управлением, влетела в фонарный столб. Нам тогда только сказали, что она не мучилась. Смерть была мгновенной. И вот той, кого я обожала, чье внимание и любовь пыталась завоевать, не стало. Я осталась совсем одна, бабушка умерла еще раньше. Одна, без крыши над головой и без надежды, что когда-нибудь меня полюбят.

На мой пятнадцатый день рождения весь день шел дождь, под стать моему настроению. Я сидела на подоконнике и глядела, как струи дождя стекают по стеклу, точно так же по моим щекам катились слезы.

Праздника в тот раз не было, у нас всех было горе. Но вечером ко мне в комнату зашел отчим и сделал самый ценный для меня подарок.

— Ника, милая! Нам всем сейчас очень тяжело. Мы все любили Дину, но для тебя это невосполнимая потеря. Она была твоей мамой, самым родным для тебя человеком, — сделав небольшую паузу, отчим продолжил. — Ника, я подумал, родственников у тебя не осталось. И я решил официально тебя удочерить! — эмоционально произнес Кирилл Владимирович, а потом заговорил быстрее. — За эти годы ты стала мне родной. И я, и Денис мы будем рады, если ты решишь остаться с нами. Не отвечай сразу, подумай! Куда ты пойдешь? Бабушки нет в живых, дом ее полуразрушен. А так будешь жить в привычной обстановке, среди знакомых тебе людей. Ты не в чем не будешь нуждаться. Я дам тебе отличное образование, будешь учиться там, где выберешь сама! Подумай, ладно? — закончив свою речь, он выжидательно уставился на меня, видно было, как Кирилл Владимирович волнуется.

А у меня по щекам катились слезы, но слезы не горя, а радости.

— А можно я буду называть тебя папой? — спросила я.

— О, детка! Я буду только рад! — заключил он меня в объятья.

С тех пор мы стали жить втроем: я, Кирилл Владимирович и Денис. С последним у меня своя отдельная история, которая продолжается до сих пор.