Я твоя Загадка - Милана Милая

И все равно пустота внутри ничем не заполнялась. Это была плата за жизнь, я не пережил бы иначе ранний уход своей жены. Я не мог о ней говорить, ни с кем и никогда, старался даже не думать. Тряхнул головой, поднимаясь с постели и понял, что не вспоминал Карину лет десять уже. Почему она мне сегодня приснилась? Беру сигарету и делаю глубокую затяжку, сказал бы, что меня это успокаивает, но совру.

Я не переживаю. От слова совсем, даже когда рисковал должностью, репутацией и свободой, не чувствовал ничего. Мне удалось пережить смерть любимой женщины, вот только вернуть меня из состояния спячки никто не смог. Спустя время я был этому безмерно рад. Иногда прикладывал руку к груди, бьётся ли там по-прежнему сердце? Со временем чувств умирало все больше и больше.

Нет, я конечно, был не против, что больше нет сочувствия, угрызений совести, жалости или сомнений. А вот лишится удовольствий я не хотел бы. Если и радости жизни мне станут безразличны, секс, хороший алкоголь и сигары, компания друзей, их шутки и даже драки, спорт… все это приносило удовольствие и если лишусь… тогда пи…ц!

Все к этому шло, я внутренне умирал. Или уже давно умер. Ну и ладно, мне все равно. И чтобы холод в груди не доставлял беспокойства, добавляю в кофе каплю виски. Мне плевать, что я за рулем и теперь большой начальник. Сейчас даже городской глава кланялся мне в ножки.

Группа «Штурм» создана для борьбы с терроризмом, коррупцией, внутренней безопасностью, решением других важных и очень засекреченных задач. И в нашем городе я – ее непосредственный начальник.

Все мои, даже рискованные решения, в итоге привели меня на самую вершину. Моя должность настолько секретна, что даже друзья не знали точно, чем я занимаюсь. Да я и не мог сказать.

Нужно ли мне это? Не знаю, ведь мне все равно, я не могу понять, потому что ничего не чувствую. Одно знаю точно, чем выше статус, тем больше приходится просиживать штаны в кабинете. А этого я не хотел, читать бумажки, подписывать и отдавать распоряжения теперь моя обязанность. А иногда так хотелось снова надеть бронежилет и пойти на штурм здания, занятого террористами. Проверить в очередной раз госпожу Удачу.

Что-то часто я начал добавлять виски в свой кофе… Делаю глоток и в этот момент снова чувствую боль в желудке. Она меня давно беспокоила, но я внимания не обращал. Идти к врачу? Ну нет… если это рак, то скоро я это узнаю.

Снова накатывают воспоминания о несправедливости. Это Карина была приверженцем здорового питания, я любил чипсы, майонез и соленые огурцы с молоком. И да, с тех самых пор, я особенно полюбил вредную еду. Уже много времени прошло, по моим подсчетам, скрутить меня должно было намного раньше. А глотать ФГС я буду только при смерти, в любом другом случае исключено…

Вспомнил смешную ситуацию, когда проходил полный медосмотр. Это обязательное условие для моей должности. Я позволил проверить голову и сделать кучу анализов, КТ, МРТ, флюорографию, но ФГС и еще пару анализов… Я доктора послал подальше, когда мне была предложена колоноскопия, и уже распрощался с должностью, а меня взяли и назначили. До сих пор думаю, может это какая-то проверка была? Пусть сами себе в задницу засовывают все, что хотят, а мне не надо… Я и так все о себе знаю, высокий, здоровый бугай, дружащий со спортом и любящий не здоровую пищу!

И теперь в 41 год, я возглавляю секретное подразделение ФСБ в нашем городе и всей области. А раз оно секретное, то и форму я не носил. Только корочки во внутреннем кармане твидового пиджака заставляли бледнеть тех, кому я их предъявлял.

А пока я включаю компьютер и просматриваю рабочую почту, адрес которой знают только избранные, канал засекречен. Сейчас все в моей жизни становится засекреченным, есть даже личная линия с президентом и министром обороны, но об этом я тоже никому не могу сказать.

Пока ничего нового, в нашем городе обычная рутинная работа… Эту мысль прерывает телефонный звонок, и я смотрю на сотовый, мой личный помощник и первый заместитель Востриков Борис. Еще одно требование к моей должности – не взять трубку нельзя, даже если у тебя законный выходной.

– Да, лейтенант!

– Ребята нашего подразделения совместно с 4 отделом полиции задержали маньяка, похищавшего молодых девушек.

– Это дело полиции, разве нет? Вас вызвали из-за штурма?

– В том числе, он без боя не сдался, пришлось подключиться.

– Что нужно от меня? Протокол забыл?

– Есть странный нюанс с одной из освобожденных девушек… – Замялся Востриков, а я удивился.

– Сомневаетесь, что спасенная? – Такое уже бывало не раз. Сообщницы преступников часто маскируются под жертв и часто уходят от ответственности. – Устройте допрос, хотя зачем? Пусть полиция занимается городскими маньяками, лейтенант, это не наш профиль.

– Он говорит, что маньяк, а девушка утверждает, что это перевалочная база для переправки живого товара на восток. Работорговля, Алексей Дмитриевич, а это уже наш профиль…

– Бл..ь! – Только этого мне не хватало на вверенной территории.

– Мужику в любом случае вышка, а вот если мы за ниточку потянем, может оказаться, что поймаем банду… Он с пеной у рта утверждает, что в одиночку похищал женщин…

– Просто возьмите показания девчонки, я для чего нужен?

– Полгода назад в Краснодарском крае раскрыли картель, благодаря анонимному звонку, и перевалочную базу для девочек на продажу. Среди фоток с места преступления наш компьютер опознал одну из задержанных…

– Что?

– Она была там, она сейчас здесь среди задержанных, снова анонимный звонок, который отследить не удалось…

– Задержи до моего приезда! У полиции ее забрать, всю информацию по ней изъять!

– Так точно, генерал…

Глава 3 Алексей

Смотрю сквозь стекло на задержанную девушку. Такая действительно могла бы привлечь маньяка – педофила. Маленькая, худенькая, рыжая и с веснушками. На лицо довольно симпатичная, голову вот только наклонила, и я не вижу цвет глаз, мне от чего-то кажется это важным. Сидит за столом в комнате допросов, и стул для нее явно низковат, рассчитан на мужчин, а тут почти девочка, столешница прямо в подбородок упирается. Руки все в звенящих браслетах, сюда хорошо доносится звук, на каждой руке по меньшей мере их штук по пять! Уши проколоты в нескольких местах и вижу в маленьком