Все изменит поцелуй - Элизабет Бойл

Маркиз сказал это так, что сразу стало ясно: он абсолютно уверен в своем успехе.

Орландо негодовал. «Пусть она не очень хороша собой, — думал он, — пусть даже не принадлежит к привилегированному сословию, но зато — это совершенно очевидно — она прекрасно воспитана и чиста душой. И вот теперь неизбежное грехопадение приведет ее к гибели…»

Орландо нисколько не сомневался: если молоденькая девушка попадает в объятия мужчины, она должна оставить всякую надежду прожить жизнь порядочной женщиной. Что же касается Оливии, то ей, судя по всему, была уготована незавидная участь.

— Все, довольно, — сказал Роберт, и поцелуи наконец-то прервались. — Сначала расскажи мне, о чем здесь говорится.

Оливия вздохнула.

— Ладно, раз ты настаиваешь…

Снова послышался шорох платья, а затем — шаги. Судя по всему, девушка приблизилась к конторке.

Орландо затаил дыхание… Он понял: на сей раз Оливия наверняка его увидит.

И верно: она вскрикнула в испуге, но Брэдстоун, похоже, приложил ладонь к ее губам.

— Видишь ли, я как раз хотел предупредить тебя об этом, — сказал маркиз. — Обещаешь не кричать, если я уберу руку?

Она, должно быть, кивнула, потому что в следующую секунду послышался ее шепот:

— Он… Что с ним?..

Брэдстоун почти тотчас же ответил:

— Мертв. Я уверен.

«Вот и хорошо, что ты так считаешь, самонадеянный осел», — подумал Орландо.

— Кто он? — спросила девушка.

— Французский агент. Прибыл сюда по заданию проклятого Корсиканца.

Французский! Орландо негодовал, и в этом не было ничего удивительного — ведь в его жилах текла кровь семнадцати поколений кастильских грандов, да и английской крови хватало.

Тут девушка подошла еще ближе и сказала:

— Он не похож на француза. По-моему, скорее, на испанца.

— Верно, ты права. Это один из испанских лакеев Наполеона, — в раздражении проговорил Брэдстоун.

Маркиз обнял девушку за плечи, отвел ее подальше от Орландо и, понизив голос, продолжал:

— Это человек Наполеона, и он прибыл сюда, чтобы одурачить нашего доброго короля. Так случилось, что именно мне пришлось остановить его.

Оливия снова взглянула на Орландо.

— Он слишком молод, чтобы быть столь нечестивым, как ты говоришь.

— Я и сам так думал, пока он не попытался меня убить. Вот… — Брэдстоун показал пистолет Орландо — К счастью, я сумел застать его врасплох раньше, чем он исполнил свой замысел.

— О, Роберт, какой ты храбрый! — воскликнула девушка обвивая руками его шею. — А что именно он хотел сделать? Не скрывай от меня ничего. Если мне предстоит стать твоей… женой, ты должен мне все рассказать.

— Да, конечно, — ответил маркиз, высвобождаясь из ее объятий.

Снова послышалось шуршание пергамента.

— Он привез вот эти инструкции, — продолжал маркиз — Они зашифрованы при помощи одного старинного шифра. А так как ты, моя дорогая девочка, необычайно опытна в разгадывании всевозможных шифров, то я не сомневаюсь, ты сможешь мне помочь.

— Тебе повезло, что в мае мы по счастливой случайности встретились на вечере головоломок у леди Блумберг, — сказала девушка.

— Да, необыкновенно повезло, — согласился Брэдстоун. Однако в голосе его, как показалось Орландо, не было искренности. — Дорогая, я был просто поражен превосходством твоего интеллекта, — продолжал маркиз. — А ведь леди Блумберг считает себя выдающимся экспертом по шифровке. Прошу тебя, воспользуйся своим удивительным талантом ради меня и ради твоего короля.

Орландо в отчаянии стиснул зубы. Он прекрасно понимал, что должен что-то предпринять — но что именно? Ведь Брэдстоун все еще держал в руке пистолет, а девушка стояла совсем рядом… Малейшее неосторожное движение — и она почти наверняка пострадает.

Утешало лишь одно обстоятельство: они пока еще не разгадали шифр. Так что надо было просто подождать и посмотреть, что будет дальше.

А потом уже он решит, стоит ли подвергать жизнь девушки такой опасности.

Ждать пришлось недолго.

— Похоже, кто-то немало потрудился и постарался добиться того, чтобы ни один человек на свете не смог это прочесть, — сказала Оливия. — Вероятно, для каждой пары слов здесь используется отдельный шифр. В первой паре использовали греческий и испанский… Видишь, вот… здесь и здесь.

Немного помедлив, маркиз пробормотал:

— Да, возможно… Блестящая догадка. Но что же там написано? Ты можешь понять?

— Пока не знаю, — ответила Оливия. — Но я могу попробовать, если, конечно, это действительно так важно, как ты говоришь.

— Это чрезвычайно важно, — заявил. Брэдстоун. — Можно сказать, вопрос жизни и смерти.

«Жизни и смерти? — подумал Орландо. — Как будто этот мерзавец заботится о ком-либо, кроме себя… Но к счастью, ничего у него не получится. Ему не удастся воспользоваться похищенным документом».

Орландо действительно был уверен, что девушка не сможет найти ключ к шифру, — настолько уверен, что мог бы держать пари хоть на корабль золота.

В следующее мгновение он понял, что проиграл бы такое пари.

— О, мне все ясно, — объявила Оливия. — Сообщение начинается так: «Королевский выкуп». Понятно?

Девушка вопросительно взглянула на Брэдстоуна, но тот в ответ лишь пожал плечами.

— «Королевский выкуп»?.. — пробормотал маркиз. — Так-так, продолжай.

Оливия занялась следующей частью сообщения. Орландо же тем временем лихорадочно размышлял… Теперь уже было совершенно очевидно: юная любительница головоломок вполне способна совершить то, что не сумел сделать ни один человек на протяжении одиннадцати веков! Но если она прочтет послание до конца… О последствиях даже думать не хотелось.

Орландо снова приоткрыл глаза — и очень вовремя: он вдруг увидел, что Брэдстоун, стоявший сейчас за спиной девушки, бесшумно взвел курок пистолета.

«Вопрос жизни и смерти, — промелькнуло у Орландо. — Кажется, так выразился маркиз».

И тут он вдруг понял, что имел в виду Брэдстоун. Маркиз собирался убить Оливию.

Бесшумно поднявшись на ноги, Орландо затаился за конторкой.

— А… вот, слушай! — воскликнула девушка, даже не подозревая о том, что каждое сказанное ею слово приближает ее к гибели.

— Да-да, что же там написано? — отозвался Брэдстоун.

Внезапно почувствовав головокружение, Орландо качнулся и ухватился за край конторки. Но к счастью, маркиз его не заметил.

А «синий чулочек» тем временем продолжала:

— Эта строчка гласит: «В гробнице Девы». — Тут она закусила губу. — Никогда не слышала о таком месте. По крайней мере здесь, в Лондоне, нет места с таким названием.