Поцелуй Жюстин - Барбара Картленд

Виктория пожала плечами:

— Кто знает?

Она аккуратно поправила на коленях складки муслиновой юбки.

— Когда ты выезжаешь?

— Ах, Жюстин, я не хочу ехать.

— Не хочешь увидеть Индию?!

Жюстин не верила своим ушам.

— Только подумай обо всем, что мы слышали от Питера: слоны, причудливые цветы и деревья, горы и реки, немыслимые дворцы, необыкновенные пейзажи. А пряности!..

— А также насекомые, змеи, жара.

Жюстин посмотрела на письмо, которое держала в руках.

— Питер говорит, что будет очень весело — вечеринки, празднества.

Виктория улыбнулась.

— Я никак не могу сейчас покинуть Англию, — сказала она. У девушки опять немного сбилось дыхание, она застенчиво взглянула на сестру из-под опущенных ресниц и заговорщически спросила: — Понимаешь почему?

— Нет, — честно призналась Жюстин.

У нее был низкий голос, который нравился ее отцу. Лорд Мэнселл говорил, что он успокаивает. Но некоторые молодые люди, с которыми знакомилась Жюстин, приходили в некоторое замешательство, когда впервые слышали его.

— Тедди… — тихо произнесла Виктория.

— Хочешь сказать, он собирается сделать тебе предложение? — спросила Жюстин, взволнованно повысив голос.

Эдвард Батерст был красивым молодым офицером, с которым Виктория познакомилась во время своего сезона. Почти на два года старше Жюстин, она вышла в свет годом раньше сестры.

Виктория была очень хорошенькой, и многие молодые люди оказывали ей знаки внимания, но Эдвард был настойчивее всех.

Девушка покраснела, потупила взгляд и от смущения стала теребить ткань платья.

— Он… в общем, он сказал, что пойдет к папе.

Жюстин не сводила с Виктории полного сомнения взгляда.

— Вики, ты уверена, что Тедди именно тот, кто тебе нужен?

Эдвард был очень приятным молодым человеком, но Жюстин он казался совершенно неинтересным.

— Что ты? — возмутилась Виктория. — Он… он самый замечательный из мужчин!

— Именно так Элизабет думала о Филиппе.

— Жюстин! Как ты можешь сравнивать Тедди и Филиппа?

Жюстин взяла альбом и посмотрела на незаконченный рисунок.

— Вики, любовь в самом деле так чудесна, как о ней говорят?

— Ах, — Виктория вздохнула и легла на траву посреди колокольчиков. — Не могу передать тебе, как это восхитительно!

Жюстин взглянула на белокурые локоны, рассыпавшиеся на голубых цветах. Ей часто говорили, что она должна завидовать волосам сестры. У самой Жюстин они были медно-красными и вились слишком сильно, чтобы их можно было уложить локонами.

— Расскажи мне все о любви, — потребовала она. — Когда ты встретила Эдварда, твое сердце забилось чаще?

— Не сразу. Я подумала, что он очень хорош собой, но я встречала много красивых мужчин. Однако постепенно он… В общем, я поняла, что хочу видеть именно его, хочу разговаривать с ним и только он — да! — заставляет мое сердце биться чаще.

Виктория перевернулась на живот и принялась обрывать со стебля колокольчика маленькие цветочки.

— Нельзя описать любовь, — мечтательно пробормотала она. — Просто чувствуешь, когда она приходит.

— А как это понять?

— Ты можешь думать только об этом человеке, а когда ваши взгляды встречаются, внизу живота возникает такое… необычное, чудесное ощущение. — Она покраснела. — Это захватывает и еще чуть-чуть пугает.

— Пугает?

— Кажется, что у тебя внутри вот-вот что-то взорвется.

— Как вулкан?

Жюстин была поражена — все это казалось ей очень странным.

— Что-то похожее. И когда ты рядом с любимым, все кажется прекрасным. Как будто солнце ни на секунду не перестает светать.

— И ты все это чувствуешь рядом с Тедди?

— Да, да, да! — воскликнула Виктория.

Она подтянула к себе колени и обхватила их руками. На губах у девушки заиграла мечтательная улыбка.

— И ты веришь, что твоя любовь будет жить вечно?

В низком голосе Жюстин прозвучало сомнение.

— Конечно!

— Как думаешь, Элизабет чувствовала то же самое, когда выходила за Филиппа?

— Она так говорила.

— В таком случае я не знаю, как подобным чувствам можно доверять.

— Элизабет не виновата. Просто Филипп такая свинья.

— Вики! Элизабет наверняка такого не говорила.

— Разумеется, нет. Я подслушала, как папа говорил это маме.

Элизабет, старшая дочь Мэнселлов, была замужем пять лет. Необыкновенная красавица, она была первой дебютанткой своего сезона. Сэр Филипп Мэссон был высоким, темноволосым и очень привлекательным молодым человеком.

Лорд и леди Мэнселл с радостью дали согласие, когда Филипп попросил руки Элизабет. Их дочь влюбилась в него без памяти, и последовавшая роскошная свадьба обещала счастливой паре сказочную жизнь.

Увы, к концу первого года Жюстин поняла, что сестра живет далеко не в сказке.

Мэнселлы почти не видели ее мужа. Большую часть времени он жил в Лондоне, и Жюстин понимала, что ее сестра глубоко несчастна. Однако эта проблема в семье никогда не обсуждалась.

— Ты уверена, что Эдвард не изменится, как Филипп? — с тревогой спросила Жюстин.

— Это исключено, — возмущенно отрезала Виктория.

— Не понимаю, откуда такая уверенность. Не думаю, что мужчинам можно доверять; я-то уж точно не собираюсь выходить замуж.

— Когда влюбишься, передумаешь.

— Не представляю себя влюбленной. Я буду старой девой, — тряхнув головой, весело заявила Жюстин. — Буду ухаживать за вашими детьми, помогать маме с ее больницей и папе с письмами.

— Но тебе не понравится отсутствие мужа в собственной жизни. Знаешь, мама волнуется, что тебя не интересуют молодые люди, с которыми мы знакомимся. Она говорит, что всем нам важно удачно выйти замуж и освободить ее от заботы о нас.

Жюстин ничего не ответила.

— В Индию должна отправиться ты, — объявила вдруг Виктория. — Об этом я и пришла тебе сказать.

Жюстин уставилась на сестру. Ее сердце заколотилось в груди: никогда еще ей не делали такого заманчивого предложения.

— Ты в самом деле так думаешь? — Она глубоко вздохнула. — Мне бы так хотелось поехать!

— И ты должна это сделать.

— Но Питер приглашает тебя!

— Только потому, что считает меня старшей из незамужних сестер. Если бы он знал, что я вот-вот обручусь, он бы не звал меня. Ты же знаешь, как он тебя любит.