Война чувств - Наташа Колесникова

— Ну и как он теперь?

— Ой, такой мужик! — расцвела в улыбке Люда. — Работает в солидной риэлтерской фирме, ну, занимается недвижимостью. Ездит на «БМВ» и вообще — супер! Мы перезваниваемся и, наверное, завтра встретимся.

Лера не успела спросить, что из этого следует: в дверь позвонили. Она открыла, впустила мужа. Епифанов был вполне симпатичным мужчиной среднего роста, курносым, с коротко стриженными темно-русыми волосами и веселыми серыми глазами. В сером костюме из тонкой шерсти и длинном черном плаще нараспашку он выглядел вполне респектабельно, как и подобает выглядеть хозяину двух магазинов. Поскольку Люда вышла вслед за подругой в холл, Епифанов воздел руки кверху и почти пропел:

— Сегодня судьба послала мне двух прекрасных девушек, спасибо ей за это! Значит, будем праздновать! — Имитируя действия фокусника, он достал из сумки бутылку коньяка «Хеннесси». — Людка! Народ живет все лучше и лучше, ты представляешь?

— Не представляю, Жора, — ответила Людмила.

— А вот тебе пример! Я открыл гастроном в Текстильщиках именно потому, что народ там небогатый, район не самый престижный, но кушать-то всем хочется, верно? Я дал людям продукты по цене рынка и даже дешевле, и они пошли ко мне! Они перестали ходить на рынок, зачем, если есть мои магазины? Я все четко просчитал, не зря мехмат МГУ кончил! А теперь что же? Я продаю не только дешевые продукты, но и дорогие коньяки. Сегодня привезли партию «Хеннесси» и уже продали четыре бутылки! По такому случаю я взял одну домой. Имею полное право выпить с прекрасными дамами за улучшение жизни в нашем прекрасном городе! Надеюсь, возражений не последует?

Епифанов сбросил плащ и черные ботинки, пританцовывая приблизился к женщинам, обнял обеих, чмокнул Людмилу в щеку, потом — жену в губы и повел их на кухню. Лера вырвалась из его объятий и стала танцевать перед мужем что-то вроде лезгинки в женском исполнении. Епифанов еще раз чмокнул Люду в щеку, извиняясь, и пошел вприсядку следом за женой. Люда не выдержала и засмеялась, настолько это было непосредственно и комично одновременно.

— А что моя красавица приготовила мужу на ужин? — спросил он, заскочив на кухню и выпрямившись.

— Телятину в винном соусе и салат оливье, твой любимый, — не переставая танцевать, сказала Лера. — Но фиг получишь, пока не нальешь дамам коньячку! Не каждый день пьем настоящий «Хеннесси».

— Это мы запросто! — провозгласил Епифанов, уверенно свинчивая пробку с дорогой бутылки.

Лера мигом достала из микроволновки мясо, положила на тарелки, добавила салат оливье. Сочный кусок мяса с румяной корочкой привел Епифанова в восторг, а Люду — в полное уныние. Она даже от коньяка отказалась, прикрыла свою рюмку ладонью, потом плеснула в нее ликера.

— Зря, Людка, — весело сказала Лера.

— Да у меня этим добром весь бар забит, надоел, — сказала Люда.

— Кучеряво живешь, — заметил Епифанов. — Ну как твой Дмитрий, все процветает? Я вот, например, не могу забить бар коньяком «Хеннесси». Кое-что там есть, понятное дело, но «Хеннесси» — нечто особое.

— А и не надо забивать им бар, — уверенно сказала Лера, обняла мужа, смачно поцеловала его в губы. — В баре могут стоять джин, виски, вино, водка, а «Хеннесси» — это праздник! Когда он появляется, это означает…

— Что ты меня любишь, — предположил Епифанов.

— А ты — меня, — с улыбкой сказала Лера.

— Ну так что там наш неуловимый Дмитрий? — спросил Епифанов, поднимая рюмку.

Они чокнулись, выпили. Епифановы — коньяк, Зеленина — ликер «Бейлиз». Хозяин принялся за мясо, время от времени поглядывая на гостью в ожидании ответа, а ей казалось — в ожидании того момента, когда она поедет домой, а они останутся… Такие красивые, такие счастливые! Люда нервно ковыряла вилкой салат.

— Да что… Все у него нормально. Чем занимается, не знаю, ведет себя как бандит.

— Бандиты нынче в большой цене, — заявил Епифанов, блаженно жмурясь, так ему нравилось мясо, приготовленное женой. — Поэтому ты его должна беречь и лелеять. Приготовь ему такое мясо, как сделала Лерка, и станешь главарем банды. Объясняю почему. Дмитрий будет подчиняться тебе, а банда ему. И кто у нас самый главный бандит получается?

— Людка! — засмеялась Лера. — Маркиза ангелов!

На время она забыла о подруге и вела себя так, будто они были одни в квартире, но потом вспомнила, и когда Епифанов обнял ее, осторожно сняла его руку с плеча. Ну зачем травмировать подругу, у которой возникли проблемы в семейной жизни? Епифанов ничего не сказал по этому поводу, лишь удивленно посмотрел на жену и принялся доедать мясо. Этому блюду стоило уделить особое внимание, даже при наличии на кухне двух красивых женщин.

Через полчаса Людмила окончательно почувствовала себя лишней и заторопилась домой.

— Все нормально, Людка? — спросила Лера.

— Да, вполне. Спасибо, ребята, с вами было хорошо, но пора, как говорится, и честь знать.

— Я провожу тебя, — сказал Епифанов. — Поймаю машину, посажу и… поцелую на прощание. Если жена не будет подсматривать за нами из окна.

— И не подумаю! — фыркнула Лера.

— Тогда поцелуй отменяется, — дурашливо усмехнулся Епифанов. — Если жена не следит, какой интерес целоваться даже с очень красивой девушкой?

— Да, конечно, — вяло попыталась подыграть ему Люда. — Спасибо, Жора, не нужно меня провожать, сама управлюсь.

— Но там ведь уже темно, — возразил Епифанов.

— Да что я, машину не поймаю, что ли? Нет, ребята, спасибо вам за все, было очень хорошо, до свидания.

Епифанов посмотрел на жену: обычно в таких случаях она толкала его в бок, мол, разве можно отпускать даму, не проводив ее? Но сегодня Лера молчала, и Епифанов сдался.

— Ну, если ты настаиваешь… Не возражаю. — Он развел руками, давая понять, что сделал все, что мог.

Они попрощались: поцелуи в щеку, обещания новых встреч, и Людмила вышла на лестничную площадку. Епифанов запер за ней дверь.

— Лер, что-то она больно кислая сегодня, — сказал он жене, когда они вернулись на кухню.

— Поругалась с мужем, чепуха. Завтра помирится, и все будет нормально, — как можно беспечнее ответила Лера.

— Это смотря как поругались и смотря с каким мужем, — сказал Епифанов, целуя жену.

— С таким, как ты, сильно не поругаешься, — сказала Лера и ответила ему страстным поцелуем.

Потом они выпили еще по рюмке коньяка, и снова долгий поцелуй соединил их губы, а чуть позже Епифанов бережно уложил жену на узкий кухонный диванчик. Медленно развязал поясок на махровом халате, распахнул полы, приспустил шелковые штанишки Леры.

— Ну и что ты там надеешься увидеть? — с лукавой усмешкой спросила она.

— Чудо чудесное, красоту неописуемую! — провозгласил Епифанов, стащил штанишки и бросил их на пол. — Господи, Лерка! Пять лет вместе, а ты все еще незнакомая девушка, и такая сексапильная, желанная! Сил нет терпеть…