Ирландская принцесса - Эми Фетцер

— Этот верзила чуть не убил наших друзей, а заодно и меня!

Зверь тоненько, по щенячьи взвизгнул.

— Ай-ай-ай, как тебе не стыдно! — продолжала Сиобейн.

Гэлан окинул ее оценивающим взглядом. Налитая, крепкая, она выглядела еще соблазнительнее из-за румянца, разлитого по нежным щекам. Ее платье было забрызгано грязью и ягодным соком. Интересно, каковы на вкус эти влажные пухлые губки.

— Надеюсь, ты не зарежешь меня за один поцелуй?

— Не прикасайся! — Она для наглядности показала ему кинжал.

Он презрительно улыбнулся и положил руку ей на затылок.

— Ты что, смерти не боишься?!

Он и бровью не повел, ласково перебирая волосы у нее на затылке. Колокольчики отвечали ему тихим перезвоном.

— Убей меня, — прошептал он, — только сначала дай испить тебя до конца!

Их губы соприкоснулись, и по телу Сиобейн прокатилась горячая волна. Она захмелела, как от вина, и удивилась: рыцарь пустил в ход осторожную, но настойчивую ласку и нежность, против которых трудно было устоять. Весь ее гнев мигом развеялся, однако кровь гордого племени еще напоминала о себе, и Сиобейн уперлась ладонями в холодные латы у него на груди.

Поцелуй показался ей бесконечным, и Гэлан умелыми ласками все-таки добился того, что она раздвинула губы. То, что происходило сейчас на лесной опушке, абсолютно не вязалось с ее прежним опытом и уж тем более с грубыми приставаниями Тайгерана, после которых она ощущала лишь брезгливость да вкус крови во рту. Колдовской поцелуй разбудил молодое тело, и где-то в самом низу живота зародилось жаркое пламя желания. Ах, боги, почему вы так несправедливы? Подсунули Сиобейн такого искусителя — и сделали его ее кровным врагом!

Однако здесь, в лесной глуши, Сиобейн могла позволить себе позабыть и о вражде между их народами, и о своей ответственности перед кланом. Сейчас она хотела просто наслаждаться жизнью. Первобытное начало проснулось в ней. Кто бы ни был этот мужчина и как бы нелепо ни вел себя, пытаясь защитить от мнимой опасности, своими ласками он сумел напомнить ей, что она женщина.

Сиобейн обняла его за шею и погладила по голове, вызвав восторженный стон. Он снова припал к ее губам, и теперь она с готовностью отвечала на поцелуй. Ему захотелось взять ее прямо здесь, на лесной опушке, чтобы затушить пожар в сжигаемом любовной истомой теле. В этот миг ласковая рука погладила его по плечу, а Гэлан лихорадочно стал прикидывать, нельзя ли овладеть девицей, не слезая с коня.

— Мне этого мало, красотка. — Его пальцы скользнули вверх по ее бедру.

Она испугалась не на шутку, и Гэлан усмехнулся. Он не привык брать женщин силой. Все еще прижимая Сиобейн к себе, он покосился в сторону леса и нахмурился, мигом позабыв о ласках.

— Кто ты такая, малышка? Почему за тобой гоняются всякие разбойники?

— За мной? Да на что я им сдалась? Скорее уж они погонятся за тобой! — Она обернулась и испуганно выдохнула: — Боже милостивый!

— Тебе лучше не высовываться! — сказал рыцарь и одним взмахом пересадил Сиобейн к себе за спину. С трех сторон их окружило около десятка неизвестных всадников в черных масках.

— Спасайся! — Сиобейн дернула его за кольчугу. — Их слишком много!

— Я никогда и ни перед кем не отступал, — надменно бросил он.

Воздух вздрогнул от пронзительного боевого ирландского клича. Однако спаситель Сиобейн лишь презрительно усмехнулся в лицо первому врагу, занесшему меч над его головой. Он бился как бешеный, управляя конем только с помощью ног, но все равно было ясно, что силы слишком неравные. Сиобейн стало казаться, что рыцарю не выйти живым из этой передряги.

Внезапно на опушке показались конные рыцари и лучники, и она застыла от неожиданности. С визгом полетели стрелы, воздух наполнился лязгом оружия и пронзительными воплями раненых. Сиобейн скорчилась, зажимая уши руками.

Гэлан гнал коня прямо по изувеченным телам и с ужасом увидел, как его вассал занес меч для удара.

— Нет!!! — От злости у него потемнело в глазах.

Сэр Оуэн опустил меч, и женщина рухнула на землю. Гэлан сдернул его наземь и ударил по не защищенному шлемом лицу.

— Это ведь женщина!

— Но она ирландка! Да вдобавок с оружием. Мы здесь для того, чтобы воевать…

— С женщинами? — Гэлан готов был взорваться от ярости. — Рэймонд! Марк! Эндрю! В охранение! — рявкнул он, а сам встал на колени возле неподвижного тела и принялся ощупывать бесчувственную пленницу.

Гэлан поднял женщину с земли, подошел к коню и, вскочив в седло, пристроил ее у себя на коленях.

— Ну, детка, держись, не умирай!

Рыцарь осторожно погладил ее по голове. Пальцы стали липкими от крови, и он злобно посмотрел на Оуэна. Гэлан сам не понимал себя — подумаешь, кому-то по ошибке проломили башку! Вдруг его обожгла мысль: теперь все решат, будто он променял боевых друзей на бабу, — и он снова обвел своих соратников колючим взглядом, чувствуя, как в нем закипает гнев.

— Из-за того, что вы поленились лишний раз оторвать задницы от подстилок и выслать разведку, потеряно несколько дней и жизни двух ваших товарищей! Похороните мертвых. Раненые пусть едут верхом! — Напоследок он обратился к рыцарю, все еще возившемуся со своей амуницией: — Сэр Оуэн! Возглавишь отряд.

Он крепко прижимал к себе неподвижное тело, шепотом умоляя женщину очнуться, и зажимал рану у нее на голове. Только бы она пришла в себя! Он даже не успел узнать, как ее зовут. Если бы не приказ его суверена, он бы не сунулся в эту Богом забытую страну, а ирландская красотка разгуливала бы сейчас целой и невредимой.