Поцелуй виконта - Маргарет Мур

И поцеловал ее!

Прикосновение его губ было легким и нежным, восхитительно приятным, как теплый хлеб и глоток горячего чая в холодный день, и невероятно возбуждающим — ничего похожего на тот, другой и неожиданный поцелуй, который всего несколько дней назад резко изменил ее жизнь.

И сам он был абсолютно не похожим на властного и надменного лорда Стернпола.

Этот поцелуй был таким же восхитительным… каким был и сам молодой человек.

Но вот он судорожно вздохнул, оторвался от ее губ и прижался к полу, ставшему теперь стенкой.

— Ради бога, простите меня! — чуть ли не в ужасе вскричал он. — Я не знаю, что на меня нашло!

Нелл так же быстро поднялась и прислонилась спиной к противоположной стенке, то есть к крыше.

— Я… Я тоже не знаю, — выговорила она, покраснев до слез от смущения и стыда, но на самом деле она отлично поняла, что на нее нашло — возмутительное и в высшей степени несвоевременное желание.

И это тогда, когда ей нельзя было привлекать к себе внимание!

— Должно быть, это все из-за шока, — виновато предположил он и попытался встать на ноги, но ему пришлось согнуться в три погибели. — Если позволите, я узнаю, что там случилось.

Он дотянулся до ручки дверцы, которая теперь была у него над головой, толкнул ее наружу, подтянулся на руках и по-обезьяньи ловко выбрался наружу.

Неловко скорчившись на дверце, Нелл машинально поправила капор и попыталась оценить ситуацию. Она находилась в опрокинувшейся карете, но осталась живой и невредимой. Дорожное платье помято, но, слава богу, не порвано и даже не испачкано. Ее капор практически не пострадал, тогда как бобровой шапке спутника не повезло: она оказалась под ними и теперь наверняка была безнадежно расплющена вместе с этим мерзким пауком.

Но главное, этот прекрасный незнакомец поцеловал ее и теперь глубоко и искренне раскаивается в этом, хотя она и ответила на его поцелуй, что было непростительной глупостью.

Нет, она определенно родилась под несчастливой звездой! А как иначе объяснить все эти неприятности, внезапно свалившиеся на нее за последнее время? Казавшееся подарком судьбы место компаньонки у леди Стернпол обернулось настоящей катастрофой. Как она радовалась, когда, выбежав на дорогу, увидела приближающуюся почтовую карету! И вдруг на полпути до Бата — настоящее крушение! Казалось, ей повезло, что в карете оказался всего один пассажир, да и тот крепко спал, — и вот чем все это закончилось!

В распахнутой настежь дверце внезапно появилась голова ее соседа.

— Похоже, сломалась ось. Ее починить нужно, и только потом можно будет поставить карету на колеса. Следовательно, нам придется искать другое средство передвижения. Если вы протянете руки, я постараюсь вас вытащить.

— Боюсь, ваша шапка погибла вместе с пауком.

— Какая жалость! — Он потянулся к ней. — Бедняга! Если бы я не спрятал его в шапку, он мог бы остаться живым.

Он вытащил Нелл с поразившей ее легкостью, молодой человек не производил впечатления атлета.

Выбравшись наружу, в предрассветном полумраке она разглядела лежавшего на обочине дороги кучера в зеленом пальто с красной пелериной. Его широкополая шляпа валялась в стороне, а на лбу кровоточила рана. Стражник в забрызганном грязью красном мундире одной рукой сдерживал за поводья четырех возбужденных лошадей, уже отпряженных от кареты, а другой сжимал старый мушкетон. У одной лошади была сломана задняя левая нога, и она держала ее на весу. К счастью, на крыше не было пассажиров, в противном случае авария не обошлась бы без серьезных увечий и даже гибели людей.

Молодой человек выпрыгнул из экипажа, днище которого было выкрашено красной краской, боковые стенки — серой сверху и черной снизу с четко нарисованным номером, и протянул к ней руки.

Ей ничего не оставалось, как опереться руками о его плечи и спрыгнуть. Он придержал ее за талию, и девушка снова испытала приятное волнение. Как только она коснулась ногами земли, он сразу убрал руки, словно показывая, что он вовсе не наглый волокита и действительно смущен своим дерзким поступком.

— Поскольку с вами все в порядке, с вашего позволения я, пожалуй, займусь кучером. — Отвесив короткий изящный поклон, он подошел к кучеру и опустился рядом с ним на колени.

Стянув испачканные перчатки, молодой человек откинул со лба кучера седые волосы и деловито и профессионально осмотрел рану.

Уж не доктор ли он?

— Я умираю? — испуганно спросил кучер.

— Очень в этом сомневаюсь, — спокойно и уверенно ответил молодой человек. Если бы у вас был поврежден череп, кровотечение было бы гораздо более сильным. У вас есть другие повреждения?

— Плечо… Я его вывихнул, когда попытался удержать лошадей.

Кивнув, молодой человек стал ощупывать его плечо, и кучер вздрогнул от боли, когда тот коснулся больного места.

— Понятно, — сказал молодой человек.

— Что там? — испуганно уставился на него старик.

— Ничего страшного, Томпкинс, — с улыбкой успокоил его молодой джентльмен. — У вас просто растяжение мышцы, так что на некоторое время придется вам отказаться от поездок. Но не думаю, чтобы это было серьезной травмой.

— Слава богу! — с облегчением вздохнул Томпкинс.

Затем тревога его уступила место злости.

— Это все из-за той проклятой собаки! Выскочила на дорогу прямо перед самым носом! Мне следовало ее переехать, а я попытался повернуть, и колесо наткнулось на этот чертов камень…

— Томпкинс, среди нас находится юная леди, так что я попросил бы вас воздерживаться от резких выражений, — поднимаясь на ноги, мягко заметил ему доктор.

— Вы уж извините меня за грубость, мисс. — Кучер повернул голову к Нелл.

— Я могу чем-нибудь помочь? — невозмутимо спросила она.

Молодой человек развязал шейный платок и протянул ей.

— Вот, можете очистить от грязи его рану — если только вам не станет плохо при виде крови.

— Нисколько! — Она взяла платок, от которого исходил незнакомый приятный экзотический запах.

— А я пока займусь лошадьми. — При этом он рассеянно расстегнул воротник своей рубашки, открыв шею и отчасти даже грудь, которые были такими же загорелыми, как и его лицо.

Может, он служил корабельным врачом?

Кучер попытался сесть:

— Я попробую сам…

— Нет, нет, Томпкинс, вам нельзя двигаться. Радуйтесь, что у вас такая очаровательная сиделка, и предоставьте лошадей моим заботам. А сами лучше расскажите, как однажды я попытался управлять вашей упряжкой и в результате мы с вами угодили в канаву.

Кучер усмехнулся и сразу же скривился от боли.

— Хорошо, милорд.

Милорд?! И при этом врач? Над этим стоило бы поломать голову, если бы ее не беспокоила новая проблема: как они доберутся до Бата.