Пленительные мечты - Джейн Арчер

Почувствовав на себе пристальный взгляд Слейта, Рейвен подняла голову. Но, судя по выражению глаз, она была сейчас далеко, уйдя в свои мысли.

– Что случилось, Рейвен? – спросил Слейт.

– Я должна отправиться на Индейскую территорию.

– На Индейскую территорию? – с изумлением переспросил Слейт.

– Да. Как скоро мы сможем туда добраться?

– Мы?

В голосе Слейта послышались стальные нотки.

– Ну да. Ты, надеюсь, поедешь со мной?

– Меньше всего на свете я хотел бы, чтобы ты оказалась среди индейцев. Там нет места для белых, в особенности для красивой белой женщины.

– Но я не белая женщина, Слейт. Я наполовину кайова. Скажи, Маргарита, туда ходят поезда?

– На поезде ты сможешь добраться только до северного Техаса, а дальше тебе придется воспользоваться дилижансом, – ответила Маргарита.

– Ну что ж, так я и сделаю.

– Рейвен, что за причуды? – спросил Слейт резким тоном.

– На, прочти это!

Она подала ему телеграмму. Он долго молча читал, а затем скомкал бланк с телеграфным текстом.

– Это вовсе не означает, что ты должна ехать к индейцам.

– Как ты можешь такое говорить?

– Я хочу сказать, что, если у племени кайова внезапно возникли проблемы и им потребовалась твоя помощь, это вовсе не означает, что ты должна мчаться к ним сломя голову.

– Но я только что узнала, что мои родственники живы. Брат моей матери уже стар и очень болен. Он хочет увидеться со мной перед смертью.

– Возможно, это всего лишь хитрая уловка, – возразил ей Слейт.

– Но зачем им прибегать к хитростям? Какую выгоду они могут извлечь из обмана?

– Кто знает? Ты детектив и сама можешь привести множество причин, заставляющих индейцев поступать подобным образом.

– Слейт, дело вовсе не в этом. После смерти отца и жениха от руки команчи Джека я думала, что осиротела... осталась одна на свете. А теперь вдруг выясняется, что я не...

– Мне это понятно, – прервал ее Слейт, – но мне казалось, что отныне я – твоя семья.

– И это действительно так. Я ведь говорю сейчас о другом... Неужели ты не можешь понять меня?

– Нет, не могу. Индеец Джек убил и моих близких, но я ведь не бегу из-за этого на Индейскую территорию, чтобы отыскать там какого-то давно потерянного родственника.

– Да, но ведь тебя не связывает с индейцами кровное родство, как меня, – парировала Рейвен. В ее голосе слышалось нетерпение.

– Ты никогда прежде не проявляла интереса к своим индейским корням.

– Я многого не знала, Слейт. Я рассказывала тебе, что моя мать умерла при родах и вскоре отец увез меня в Чикаго. Болезненно переживая невосполнимую утрату любимой женщины, он редко заговаривал о маме и ее родне. А я не пыталась расспрашивать его. Тогда это не имело для меня большого значения, у меня был он, жених и агентство. Но теперь я осталась одна, и племени кайова нужна моя помощь.

– Все это выглядит чертовски подозрительным. Откуда они узнали, что Рейвен Каннингем – это увезенный от них двадцать пять лет назад младенец, в жилах которого течет кровь кайова?

– Ты же читал телеграмму. Если бы не публикации в прессе, кайова не смогли бы разыскать меня. Я нужна им, Слейт, и я отправлюсь на их зов. Мне очень хочется, чтобы ты поехал со мной.

– Ты мне тоже нужна, Рейвен. Мы же собирались пожениться, – не уступал Слейт.

– Мы и поженимся, Слейт, но только позже, – промолвила Рейвен и нежно погладила его, по руке.

– Ты хочешь сказать, что собираешься отправиться на Индейскую территорию еще до свадьбы?

– Да! Вспомни, в телеграмме говорится, что проблема, с которой столкнулось племя, должна быть решена этим летом, до праздника Пляски солнца, а лето уже в разгаре.

– А что это за праздник? Что ты вообще знаешь о нем? – с сарказмом спросил Слейт.

– Ничего, – ответила Рейвен, – но наверняка узнаю.

– И ты отправилась бы туда, даже если бы я не смог сопровождать тебя?

Рейвен заколебалась, но, в конце концов, ответила твердым тоном:

– Да, если так случилось бы.

– Послушай, Рейвен, – снова заговорил Слейт. – Я готов поехать с тобой, но прежде давай поженимся, устроим медовый месяц, поставим наше агентство на ноги, а затем уже отправимся к кайова.

– У нас нет на это времени, Слейт.

– В таком случае давай поженимся завтра.

– Нет. Я не хочу так скоропалительно выходить замуж. Я мечтаю о настоящей свадьбе, красивом наряде, гостях, среди которых будут все мои друзья. Мы можем пожениться, когда вернемся.

– Если нам суждено будет вернуться, – мрачно заметил Слейт.

– Если ты не хочешь ехать со мной, я отправлюсь одна, – заявила Рейвен.

– Черт возьми, да ни за что на свете я не отпущу тебя одну! Но, честно говоря, у меня нет никакого желания ехать туда прямо сейчас. Мне бы очень хотелось, чтобы мы вместе с Сэди и Тедом отправились в путешествие на фирменном поезде «Монтесума», сыграли двойную свадьбу и отпраздновали бы двойной медовый месяц в курортом местечке Монтесума в Нью-Мексико. А затем вместе уладили бы все проблемы.

– Я знаю, наши друзья хотят, чтобы мы поехали с ними, Слейт, но мне кажется, им нужно побыть сейчас наедине, после того как нам всем пришлось так много потрудиться, преследуя Джека и Сентано. Кроме того, если мы поедем в свадебное путешествие все вместе, репортеры не дадут нам житья и испортят медовый месяц.

– Я так не думаю. Сэди, служащая «Харви», и Тед, специальный представитель железной дороги «Атчисон, Топика и Санта-Фе», найдут управу на репортеров и заставят их держаться подальше.

– Рейвен совершенно права, – вмешалась Маргарита, стараясь разрядить обстановку. – Но мне очень не хочется, чтобы вы ехали к индейцам. Это слишком опасно, и я боюсь, что с вами что-нибудь случится.

– Я знаю, Маргарита, но мне нужно ехать, – промолвила Рейвен. – Ты согласна вести дела агентства во время нашего отсутствия?

– Но только не в Чикаго, я туда не поеду, – твердо заявила Маргарита. – Я и так слишком долго жила за пределами Техаса и теперь хочу побыть дома.

– Если бы ты согласилась перевести агентство из Чикаго в Сан-Антонио, это решило бы все проблемы, – заметил Слейт.

– Я это знаю, – сказала Рейвен, – но мой отец основал Национальное детективное агентство «Каннингем» в Чикаго, и мне кажется, оно должно там и оставаться – даже после того, как ты стал моим деловым партнером.

– Ты заставляешь меня пожалеть о том, что я не остался техасским рейнджером, – заявил Слейт.