Двойной риск - Чарлин Сэндс

— Слава богу, я нашел тебя.

Девушка мгновенно обернулась на голос: это был Трэй Уокер. Голос этого мужчины смущал ее. Трэй стоял перед ней, прислонившись к кабине своего пикапа. Один его вид заставил девушку затаить дыхание. Высокий и стройный, он был настоящим ковбоем. А магнетический взгляд вообще мог свести с ума любую девицу.

Ей тут же пришла мысль, уж не влюбилась ли она. Увидев этого мужчину на ранчо «Две надежды» в первый раз, она поняла, что он ей нравится.

Трэй тогда вызвал доктора Беннинга, прежнего ветеринара в этих местах, осмотреть старую кобылу. В последнее время с ней творилось что-то неладное, и Беннинг привез с собой Мэдди. Пусть, мол, набирается опыта.

Думается, она никогда не сможет забыть тот первый раз, когда она увидела лихого ковбоя Трэя Уокера. Он склонился над лошадью и тихо бормотал ей что-то утешающее. Сильные руки нежно поглаживали гриву. Трогательное было зрелище.

Случай оказался тяжелым. Доктор и Мэдди ничего не могли поделать. Разве что посоветовать пристрелить старушку. Но Трэй сразу же отказался. Он решил: пусть будет все в руке Господа. Мэдди знала — парень сделал верный выбор. Лошадь испустила дух, когда Трэй нежно гладил ее и нашептывал слова, идущие из сердца. Мэдди в тот же день влюбилась в Трэя Уокера.

Однако он игнорировал ее, как ни старалась она привлечь его внимание. О да, он был вежлив, любезен, но не более того. Мэдди даже пошла на героическую жертву — осветлила ради него волосы, научилась делать макияж, красиво одеваться. Но ничто не срабатывало. Уокер не давал ей и намека на надежду. А однажды девушка увидела, что он любезничал в городе с какой-то женщиной. Это было как удар по голове. Намек оказался слишком прозрачным, и она сдалась. Окончательно и навсегда.

Но до сих пор этот мужчина имел на нее определенное влияние. Ее ноги начинали дрожать всякий раз, как она с ним сталкивалась.

Только на этот раз она решительно взяла себя в руки. Нет уж, дудки. Она не из тех женщин, кто жаждет обратить на себя внимание.

— Трэй, ты меня ищешь?

Уокер взглянул на заплаканное лицо девушки. Неожиданно она покраснела. А он долго смотрел на нее своими глубокими синими глазами.

— Мэдди, ты плачешь?

Но Мэдди гордо выпрямилась под его взглядом и показала ему найденное ожерелье.

— Это слезы радости. Я кое-что нашла. И это кое-что — ценное.

Трэй взглянул на ожерелье, и его бровь вопросительно поползла вверх.

— Эту вещь подарила мне бабушка в день, когда я закончила школу. И потом я надевала его на особо торжественные мероприятия. Оно много для меня значит.

Трэй шагнул через доски, дотронулся до вещицы. Случайно его рука коснулась руки девушки. Несмотря на то, что Мэдди была в перчатках, она ощутила это прикосновение с особой силой. Он осторожно приподнял ожерелье, словно это была самая волшебная вещь на свете.

— Красивое. Я рад, что ты нашла его среди этого хлама.

Мэдди оглянулась.

— Да. Это все, что я нашла, — она снова повернулась к нему. — А ты что здесь делаешь? Я тебе нужна для чего-то?

Трэй насмешливо улыбнулся. Ну и картина! Заплаканная Мэдди Брукс бродит среди дымящихся руин, а в руке у нее поблескивает драгоценное ожерелье. Златовласка, черт побери! И выглядит так трогательно. Хоть плачь. И так притягательно.

Нужна ли она ему?

Кажется, этот вопрос заставил его задуматься надолго.

— Я ехал в город покупать фураж для лошадей и вдруг понял, что не дал тебе ключей от дома. Но для начала сделаем вот что, — сказал Трэй и надел ей на шею ожерелье. Оно свободно скользнуло и мягко легло Мэдди на грудь. Вот теперь образ красавицы идеален. Трэй даже затаил дыхание, так была красива в этот момент девушка. — Вот так, — улыбнулся он и отступил назад.

Мэдди сняла одну из перчаток и потрогала ожерелье. В ее глазах плескалась радость: Трэй был совсем близко! Девушка боялась, что счастье будет недолгим. И Трэй прочел это в ее глазах.

— Спасибо, — сказала она, скромно улыбнувшись.

Он кивнул, не отрывая от нее восхищенного взгляда. А затем достал из кармана ключи и передал ей.

— Вот, прошу. Приходи на ранчо и будь как дома.

— Ну, я не так часто буду уезжать. Разве что в случаях, когда будут поздние вызовы.

Он снова кивнул, однако его не обрадовала мысль о том, что иногда Мэдди не будет дома по вечерам.

— Я тоже изредка возвращаюсь домой поздно, — признал он. — Так что, если тебе будет что нужно, ты можешь воспользоваться помощью моего управляющего, Кита.

— Да, я помню его. Однако мне кажется, я справлюсь.

— Хорошо. Тогда я лучше поеду, пока магазин не закрылся.

— Спасибо еще раз. Думаю, я как раз успею перевезти вещи из гостиницы.

Трэй достал из кармана красную бандану.

— Вот, возьми.

— О, — девушка покраснела. — Неужели я так плохо выгляжу?

— Ну, не слишком. Правда, все равно лучше вытереть лицо от слез и гари.

Девушка приняла у него из рук платок и начала усиленно тереть лицо.

— Спасибо. Думаю, выгляжу как чертенок.

Трэй развернулся и молча пошел к грузовику, думая на ходу: «Даже если и так, то очень соблазнительный чертенок».

Завел машину и поехал, подняв за собой дорожную пыль. На самом деле он приезжал предложить помощь в перевозке вещей. Жаль, что она отказалась. Какой мужчина оставит женщину в подобной ситуации одну? Она только что пережила такое горе, а вот теперь должна одна возить свои вещи из мотеля…

Однако сегодня она выглядела просто сногсшибательно. Почему-то к этой девушке он испытывал странное теплое чувство. Надо быть осторожней, не то он подпадет под ее чары, непременно окажется в ее постели, а там и предсказание его папаши сбудется — сердце Мэдди будет разбито.

Он не хотел причинять ей лишних неприятностей в жизни. Сегодня же надо будет определить границы отношений с Мэдди.

Мэдди всегда хотелось побывать в доме на ранчо Трэя «Две надежды». Несмотря на то, что время поработало над ним и кое-где краска осыпалась, дом можно было назвать приличным.

Сердце девушки сжалось, когда она вошла внутрь. Тепло дома приветствовало ее. Она остановилась в дверях, глядя на массивный камин. Немного потертый и очень уютный кожаный диван расположился у стены, рядом с камином. Комнату украшали стоявшие тут и там античные статуэтки. Здесь во всем чувствовалась только мужская рука. Да Трэй и жил как волк-одиночка. Ни кружевных занавесок на окнах, ни мягких подушечек на диване. И все же этому дому удавалось выглядеть уютно, хоть и по-мужски.

Мэдди была уверена, что Трэю не хотелось бы видеть ее в своем жилище.

Да она и сама не стала бы тут жить.