Ты - мое солнце - Тереза Саутвик

Мэдисон решила, что должна сосредоточиться на карьере и забыть про всякие там шуры-муры. Любовные романы без будущего только мешают работе. Так что же тогда заставило ее переспать с Люком? Увлечение? Порыв страсти? Ее вчерашнее поведение вполне можно было бы объяснить зовом плоти и тому подобной галиматьей, но почему она и сегодня не способна держать себя в руках и похожа на спичку возле огня: одно неосторожное движение – и пиши пропало!

Ей нечего было ответить Люку.

– Извини, но твой вопрос не имеет никакого отношения к этой ночи.

– Зато он имеет отношение ко мне. – Люк тяжело вздохнул. – Тебе двадцать пять лет. И ты рыжая, зеленоглазая красавица.

– Тебе надо проверить зрение. – Она дотронулась до своего носа. – Эти веснушки выглядят весьма непривлекательно.

– А мне, признаться, они пришлись по вкусу. Думаю, что и другим они нравятся. Нисколько не сомневаюсь в том, что многие парни на тебя западают. Так почему именно сейчас и именно со мной?

– Мне бы самой хотелось знать.

Если можно было бы списать вчерашнюю слабость и временное помрачение рассудка на излишек спиртного! Но она даже не допила бокал шампанского, который подал ей Люк, когда прозвучал тост за новобрачных. Люк почти безотлучно находился рядом с ней с первой минуты ее пребывания в их доме. Адвокатская фирма, в которой она работала, вела юридические дела компании «Марчетти инкорпорейтед», и, поскольку девушку считали другом семьи, ей пришлось представлять фирму на свадьбе Алекса и Франни. Удивительно, но Люк тоже оказался без пары в тот вечер, обычно он, словно магнит, притягивал к себе девушек.

Он говорит, что парни должны на нее западать. Хотелось бы, конечно, в это верить! Только жизнь свидетельствует об обратном. Ей уже двадцать пять лет, а толпы поклонников, обивающих порог ее дома, что-то не видно. Посмотрел бы лучше на себя. Когда мужчина с такой внешностью входит в комнату, у женщин дрожат поджилки. Хотя за все время их знакомства у него, похоже, не было ни одной серьезной любовной связи. Тем более нельзя быть настолько глупой, чтобы поверить в свою избранность.

По крайней мере она была безмерно благодарна ему за то, что на этой сказочной свадьбе он все время находился рядом с нею. И когда праздник подошел к концу, мысль о необходимости возвращаться домой в одиночестве показалась ей в высшей степени малопривлекательной. К счастью, Люк предложил подвезти ее. По пути выяснилось, что он никогда не бывал в ее квартире, и она неожиданно для самой себя пригласила его зайти на чашечку кофе. Все дальнейшие события самым естественным образом следовали одно за другим. Обычная история! И все-таки ее первый мужчина заслуживал более четкого ответа на свой вопрос.

– Я не знаю точно, почему, Люк, – начала она. – Надо сперва выяснить все мотивы поступка, а также возможности и наклонности человека, а потом уже определять, что важно, а что нет.

Он ослепительно улыбнулся, и от вида умопомрачительных ямочек, появившихся на его щеках, у нее прервалось дыхание.

– Сразу видно подающего надежды адвоката. Сожалея, что не успела уйти, Мэдисон встретилась с настойчивым взглядом его голубых глаз.

– Это правда. Прежде всего я адвокат. Уходя в отставку, Джим Маллери передал мне своих клиентов. Выскажу, наверное, весьма спорную мысль, но вряд ли из девственницы может получиться хороший адвокат, ведь любую проблему необходимо знать изнутри, а отношения полов играют далеко не последнюю роль в судебных делах. – Она пожала плечами. – Ну что, я ответила на твой вопрос?

– Нет. Почему я?

– Здесь как раз речь идет о возможностях человека. На секунду он сжал губы.

– Я рассчитывал услышать нечто более безрассудное. Мол, потеряла голову, не смогла устоять, поддалась минутному искушению…

Да, милый мой, ты попал в яблочко, подумалось ей, но тебе никогда об этом не узнать, тем более что потерять голову можно на час, на день, а можно и на всю жизнь. С ней уже случался подобный конфуз, но дважды входить в ту же мутную реку не хотелось бы. В первый раз – наивность, во второй – непростительная глупость. Все объясняется крайне просто: Ник влюбился в другую, потому что она, Мэдисон, не рождена для любви. А значит, ей нельзя проявлять слабость. Надо учиться на собственных ошибках!

– Я был бы признателен за своевременное предупреждение, что ты впервые ложишься с мужчиной, – упрямо произнес он.

– Зачем? Какая разница? Ну, узнал бы ты, что я до сих пор… – румянец залил ее щеки, – то есть что я была девственницей…

Люк сделал несколько шагов в ее сторону и остановился совсем близко.

– Большая разница, – сердито ответил он. – Во-первых, всегда лучше заранее знать, с кем ты имеешь дело. Во-вторых, это большая ответственность – быть первым мужчиной в жизни женщины.

– Почему?

Вопрос сорвался у нее с языка прежде, чем она успела подумать. И тут же Мэдисон пожалела об этом. Благодаря своей любознательности она стала одной из лучших учениц в юридическом колледже. Но сейчас почувствовала себя униженной. Стыдно в ее возрасте задавать подобные вопросы. А главное – кому? Мужчине, с которым переспала! Совсем дура, скажет.

– Первая физическая близость, – менторским тоном произнес Люк, – имеет огромное значение для женщины. Ее характер и условия, в которых она состоялась, оказывает большое влияние на всю ее дальнейшую сексуальную жизнь. Если мужчина знает, что женщина не имела прежде половых контактов, то ведет себя более нежно и осторожно, и в этом случае женщина испытывает положительные эмоции. Грубость и поспешность может оставить тяжелый след…

– Нет, все было замечательно, – перебила его Мэдисон, чувствуя, что краска вновь прилила к лицу.

Слабая улыбка, тронувшая уголки его губ, внезапно возбудила ее и одновременно заставила нервничать. Ведь она только что призналась в том, что ему не следовало знать. Теперь он сможет использовать ее слова против нее.

– Я рад, – сказал он и нахмурился. – Меня не устраивают твои намеки относительно возможностей человека. Я вижу, что тебя постоянно окружают мужчины. И мне хотелось бы знать, почему ты выбрала именно меня.

Она вздохнула.

– Я ответила, как смогла, Люк, а потом, я не уверена, что сама понимаю, почему выбрала тебя. Очевидно, на меня подействовала волшебная атмосфера свадьбы. – Она улыбнулась, но улыбка получилась печальной. – Было так чудесно снова почувствовать себя членом большой, счастливой семьи.

– Ты все еще любишь Ника? – Его голос стал хриплым и резким. – Тебе было неприятно узнать о беременности Эбби?

– Я никогда не испытывала особых чувств к Нику. – Совершенно не обязательно объяснять ему, что все ее отношения с мужчинами длятся в лучшем случае несколько дней, так как те быстро догадываются, что в нее нельзя влюбиться. – Понимаешь, я скучала не столько по Нику, сколько по вашей семье. У меня никогда не было такой большой, любящей семьи, – грустно проговорила она.