Янтарное сердце - Энн Мэри Уинстон

– Вы ставите меня в неудобное положение, мисс…

– Беннетт, – выпалила она, досадуя на себя за то, что голова у нее кружилась при виде этого невероятно соблазнительного типа. – Заместитель директора по маркетингу.

– Мисс Беннетт, – повторил он. – И что же за гадкие планы я, по-вашему, предлагаю?

Она усмехнулась.

– Поскольку судом вам было дано предписание, запрещающее ликвидировать зарубежные счета «Колетт», я не думаю, что мне нужно давать отчет о ваших намерениях.

– Судебный процесс, если вы помните, был приостановлен за недостатком доказательств, – мягко произнес Маркус Грей и, вскинув голову, долго разглядывал ее, пока она подыскивала достойный ответ. Затем, к ее удивлению, подошел к ней и взял ее за локоть. – Пройдемте со мной, мисс Беннетт.

– Простите?

Сильви подумала, что он выпроваживает ее из зала, потому что пальцы, сжимающие ее руку, подозрительно напоминали наручники. Конечно, если она застынет как вкопанная, ему не удастся сдвинуть ее с места.

Когда он, извинившись перед советом директоров, повел девушку к двери, ее внимание привлекло неожиданное зрелище. Роуз в плотном темно-синем костюме спокойно стояла у открытого буфета, сложив руки на груди.

Роуз?!

Когда Сильви проходила мимо женщины, та чуть заметно подмигнула ей. Что, черт возьми, делает Роуз на собрании правления «Колетт»?

У Сильви внутри все сжалось, когда один из официантов прошмыгнул мимо в белой рубашке и темно-синих брюках. Темно-синий костюм… На Роуз такой же! Униформа! Господи, если ее хозяйка вынуждена подрабатывать, почему она не повысит квартирную плату? Сильви пыталась побороть в себе чувство вины, вспоминая, с каким восторгом согласилась въехать в прекрасную квартиру за весьма скромную плату. Надо как можно скорее поговорить с остальными жильцами. Господи, Роуз пятьдесят шесть лет! Она, конечно, еще не впала в старческое слабоумие, но работа официантки, должно быть, для нее тяжела. Сильви сама работала официанткой, чтобы оплатить обучение в колледже. Чертовски тяжелая работа!

Они дошли до массивной дубовой двери конференц-зала, Грей открыл ее перед Сильви, а затем вслед за ней вышел в коридор.

Он остановился, и она резко повернулась к нему.

– Вы так легко от меня не отделаетесь! Вы не сможете просто разрушить «Колетт», если все мы, кто любит компанию, встанем за нее горой!

Улыбка с его лица исчезла. На смену ей пришло выражение непреклонной решимости.

– В настоящий момент я владелец контрольного пакета акций и могу сделать с компанией все, что хочу, и никто из вас не в силах мне помешать!

– Мы добьемся судебного запрета!

Она поймала себя на том, что теребит в руках янтарную брошь, которую утром ей одолжила Роуз, и заставила себя успокоить руки.

– Временное препятствие! – Он отбросил мысль о повторном судебном процессе, словно речь шла о надоедливой мухе.

Сильви была потрясена, но будь она проклята, если позволит ему это увидеть! Она переменила тактику.

– Что я могу предложить вам, мистер Грей, чтобы вы отказались от ваших планов?

Брови снова поднялись. Глаза заблестели, как у большого кота, почуявшего добычу.

– Это личное или профессиональное предложение, мисс Беннетт?

Она представила себя в его объятиях и почувствовала, как горячая краска заливает ее лицо.

– Конечно, профессиональное! Все в «Колетт» относятся к компании точно так же, как я.

Мгновение он молча смотрел на нее.

– Как ваше имя?

– Что?

Уголки его рта чуть заметно поднялись.

– Как ваше имя, мисс Беннетт?

– Сильви. – Она в замешательстве развела руками. – А что?

– Я хотел знать, какое имя соответствует такой привлекательной внешности.

Она покраснела еще больше.

– Сексуальное домогательство – мерзкое обвинение, мистер Грей! Берегитесь!

– Зовите меня Маркус. – Он проигнорировал ее вспышку гнева. – Сильви, мы можем заключить сделку?

Она с подозрением взглянула на него.

– Что за сделка?

– Обед. Вы и я. Сегодня вечером. Взамен я обещаю сегодня на заседании правления не предпринимать никаких действий, которые могли бы нанести вред «Колетт инкорпорейтед».

Теперь у нее поднялись брови.

– Почему, черт возьми, вы хотите со мной отобедать?

– Потому что вы привлекательная женщина, и мне нравится ваш стиль. – Его взгляд стал более проницательным. – И потому, что вы меня заинтриговали. Почему служащая так привязана к компании, в которую ничего не вложила? Вероятно, для такой умной и честолюбивой женщины, как вы, нашлась бы и более престижная работа?

– Откуда вы знаете, что я честолюбива? – огрызнулась она. – Меня вполне удовлетворяет мое нынешнее положение.

Он фыркнул.

– Рыбак рыбака…

– Так каков же ваш ответ, Сильви?

– А что будет, если я откажусь отобедать с вами?

Он ехидно улыбнулся, обнажив зубы.

– А я думал, вы больше печетесь об интересах «Колетт инкорпорейтед».

Шах и мат. Сильви задумалась. Можно было бы, по крайней мере, выиграть еще немного времени для легальных маневров, даже если ей не удастся убедить его не уничтожать компанию. И не такой уж он противный. Если бы только он не был… тем, кто он есть.

– Полагаю, я вынуждена согласиться, – медленно произнесла Сильви. – Вы даете слово не предпринимать сегодня никаких действий?

Он поднял руку и саркастически улыбнулся.

– Слово чести.

– Если оно что-нибудь значит! – Она повернулась, чтобы уйти. – Честному бизнесмену в голову не придет оставлять без работы более сотни человек.

– Кто сказал, что люди останутся без работы?

– Разве не это вы собираетесь совершить?

– Я собираюсь заключить выгодную сделку. – В его голосе появилась нотка раздражения.

– А то, что людям будет нанесен ущерб, конечно, значения не имеет, – сердито произнесла она и направилась в кабинет.

– Мисс Беннетт! – (Она медленно повернулась и взглянула на него.) – Корпоративные махинации вредят людям гораздо больше, чем вы думаете, уж это-то я точно знаю. При принятии решений я всегда учитываю мнение своих служащих.

Что же с ним произошло? – размышляла Сильви. Она закрыла дверь своего кабинета, получив за опрометчивое поведение вялый нагоняй от босса, которого вообще-то ее поступок не так уж расстроил. Если она не ошибается, горькие слова Маркуса Грея ей ясны. По-видимому, он стал жертвой каких-нибудь неудачных сделок… но имеет ли к ним отношение «Колетт»? Это могло бы объяснить, почему он преследует компанию.