Целуй меня нежно - Нора Рафферти

Фрэнсис увидела, что блондинка нажала кнопку вызова лифта, и, улыбаясь, сказала Карлосу Родригесу:

– Ты лучше дай нам подсказку, каким образом получить квартирку мистера Джексона.

Карлос Родригес пожал плечами и оценивающе посмотрел на девушек.

– Я уже говорил, что Джонни нравятся блондинки с пышными формами. Продемонстрируйте ему свои прелести. Ну, повертите бедрами, побольше улыбайтесь. Может, что-нибудь и получится.

Фрэнсис внимательно посмотрела на свое отражение в большом зеркале на стене. На того незнакомца возле «Роузвуд бар» она не произвела должного впечатления. Тот красавчик, наверное, обращается с женщинами как с игрушками... Странно, вдруг подумала она, прошел уже второй час с того момента, как мы расстались, а я продолжаю думать о нем.

Громкий звонок оповестил о прибытии лифта, прервав размышления Фрэнсис. Она схватила свои чемоданы и устремилась к открытой дверце лифта. Блондинка любезно помогла ей втащить тяжелый багаж внутрь.

– Спасибо, – сказала Фрэнсис блондинке, когда дверца лифта плавно закрылась. – Меня зовут Фрэнсис Бенетт.

– Бесси, – ответила блондинка, беззастенчиво осмотрев Фрэнсис с ног до головы. – Предполагаю, что нас обеих интересует одна и та же квартира.

– Боюсь, у меня недостаточно средств, чтобы быть тебе конкуренткой.

– Хочешь, объединим силы и средства? – предложила Бесси.

Жить с незнакомкой в одной квартире?

– Я не знаю. Я не... – Фрэнсис не знала, что ответить.

– Умненькая девочка. Тебя уже предупредили об опасностях большого незнакомого города. – Бесси открыла сумочку, что-то поискала там, громко защелкнула замочек и уверенно произнесла: – Я слышала, что торги будут серьезными, и я намереваюсь выиграть. Так что, подумай. У тебя еще есть немного времени.

Лифт открылся на пятом этаже, и Фрэнсис втащила свои чемоданы в многолюдный холл. На просторной площадке, украшенной пальмами в кадках и несколькими акварелями на стенах, располагалось еще две квартиры, но было совершенно ясно, какая квартира принадлежит мистеру Джексону. Человек десять толпилось возле открытой двери.

Мой шанс равен нулю, с горечью подумала Фрэнсис. Где-то рядом зарычала собака, и, обернувшись, Фрэнсис увидела хина. Его держала на руках женщина средних лет в розовом платье, ее волосы тоже были розоватого оттенка.

– Тише, Пикки, – вальяжно сказала она, обращаясь к собаке. – Это все значит, что мистер Джексон скоро уедет, и с тобой будет гулять кто-нибудь другой.

Фрэнсис и Бесси с трудом протолкнулись в квартиру в тот самый момент, когда страсти только начали разгораться. Вокруг были сплошные блондинки, всех возвратов и размеров. Они щебетали, поправляли свои наряды, перемигивались друг с другом. Фрэнсис глубоко вздохнула и присела на чемодан, стараясь придумать, как же ей все-таки получить эту квартиру.

– Это уже становится не смешно, – негромко сказала Бесси.

Фрэнсис подняла глаза и увидела еще одну претендентку на квартиру Джонни, проталкивающуюся к ним. На ней было легкое платье лимонного цвета. Классический овал лица, гладкая ухоженная кожа, красивый выразительный рот, чуть тронутый светло-розовой помадой. Правда, она была брюнеткой.

Зато она очень сексуальна, подумала Фрэнсис. Ей казалось, что она сейчас расплачется от такого оборота событий.

Брюнетка посмотрела на Бесси, потом на Фрэнсис и обратилась к ней.

– По-моему, это уже слишком.

– Такого я не ожидала. – Фрэнсис почему-то показала рукой на свои чемоданы. – Я планировала переехать сюда сегодня. А теперь я даже не знаю, куда и пойти.

Красавица переложила свою сумку из одной руки в другую, и, оглядев Фрэнсис еще раз, сказала:

– Тебе повезло. Я работаю в отеле. Так что обещаю, что сегодня ты точно не будешь ночевать на улице. И даже полежишь в теплой ванне с ароматной пеной. И денег за это не возьму. Соглашайся!

Ванна с пеной... К чему бы это? Неужели не только я, но и все окружающие ощущают запах его одеколона у меня на одежде? – подумала Фрэнсис.

– Спасибо, но я... У меня... – начала было Фрэнсис, но брюнетка бесцеремонно перебила ее.

– Я серьезно говорю, – понизив голос, продолжила она, – ты будешь в одном из свободных номеров. С телевизором.

Эта молодая женщина, очевидно, хочет произвести впечатление гостеприимной жительницы Лондона, подумала Фрэнсис и постаралась улыбнуться ей в ответ как можно дружелюбнее.

– Зачем вам это надо? Вы ведь даже не знаете меня!

– Помогать людям меня научила моя мама. – Брюнетка огляделась по сторонам – Что сейчас будет! У меня внутри все клокочет.

– У меня тоже, – присоединилась к разговору Бесси. – Похоже, все настроены решительно.

– Сандра, – наконец-то представилась брюнетка.

– Бесси.

– Фрэнсис.

Женщины пожали друг другу руки. Бесси продолжила:

– Ты говорила так, как будто ты – хозяйка борделя, собирающая бездомных девушек в свою обитель разврата. Посмотри на это дитя! Ты же напугала ее.

– Я не испугалась, – сказала Фрэнсис. – Просто удивлена необычным поведением. Я имею в виду – не стандартным для жителя мегаполиса.

Она снова вспомнила Ратана. Да, именно так он и представился. Теплая волна пробежала у нее по спине. Но как же безразлично он вел себя по отношению к ней!

Красавицей Фрэнсис никто не называл, но и с криками ужаса мужчины от нее не отшатывались. Она была среднего роста, нормального веса, ее размер одежды был такой же, как и у этих двух девушек. Наверное, ничего примечательного не было и в ее волосах светло орехового оттенка. Ей всегда хотелось осветлить их, но после смерти приемного отца, когда ей пришлось взяться за его работу, у нее просто не оставалось времени заниматься своей внешностью. Но у нее были красивые глаза голубовато-серого цвета, такие же, как у матери. Мать умерла, когда Фрэнсис была совсем крошечной, и девочку усыновил Артур Бенетт, близкий друг покойной. Только из его рассказов Фрэнсис знала, как выглядела ее мать, ушедшая из жизни так рано. Фрэнсис посмотрела на кольцо с сапфиром на правой руке. Блеск камня напомнил ей отца. Именно он подарил ей это кольцо на шестнадцатилетие.

Фрэнсис вспомнила одного парня с последнего курса, который ей очень нравился, но был безразличен к ней. Настораживающая тенденция. Тогда она не задумывалась над этим вопросом. Конечно, она встречалась с молодыми людьми. Но не приходили ли они на свидание к ней только из-за жалости, зная о смертельной болезни ее отца? Живя и работая в замкнутом кругу студенческого городка, ничего скрыть было просто невозможно. К тому же ее отец был чрезвычайно популярен среди студентов и профессуры. И она была с самого детства на виду у всех.

Нет. Сейчас не время думать о личной жизни, оплакивать неудавшиеся романы или их отсутствие. Ей необходимо сконцентрироваться на исследовательской деятельности и постараться углубить и развить тему, начатую отцом. Более того, ей нужно внести свой вклад в исследование, ведь за последнее время этой темой заинтересовались многие психологи.