Женский секрет - Нора Франклин

А потом случилось нечто непредсказуемое.

Неожиданно для себя Джулия поняла, что больше не может, вернее, не хочет сопротивляться. Гнев, вызванный столь возмутительной выходкой, куда-то стремительно испарился, уступив место восхитительному томлению. Волнующее тепло и особый мужской аромат, исходящие от сильного тела Майкла, словно бы парализовали Джулию.

Сделав еще несколько неуверенных попыток высвободиться, молодая женщина затихла. Кулаки, упиравшиеся в мускулистую мужскую грудь, сами собой разжались, и ослабшие ладони соскользнули вниз.

Ощутив эту перемену, Майкл ослабил хватку. Поцелуй, поначалу такой грубый, смягчился и превратился в нежный, теплый. Даже горячий. И заставляющий забыть обо всем на свете.

Джулия и представить не могла, что поцелуи могут быть столь сладкими. Эмоции захлестнули все ее существо, вызывая такие желания, о которых раньше было неловко и подумать.

В объятиях Фрэнка она всегда чувствовала себя несколько неуютно, а их поцелуи напоминали скорее механический акт, чем чувственную ласку. Но Джулия, как ей тогда казалось, любила Фрэнка и оттого терпеливо сносила не только поцелуи, но и все остальное...

И как оказалось, совершенно зря.

В памяти навсегда остались обидные слова, которые Фрэнк презрительно процедил в их последний вечер. Он назвал ее холодной, бесчувственной куклой, недостойной называться женщиной. И добавил, что ни один мужчина в мире не способен разбудить в ней хотя бы подобия страсти. Остается только пожалеть того чудака, который когда-либо попытается сделать это. Сам-то Фрэнк так долго оставался с мисс Тэнсон исключительно из жалости. Но, как известно, любому терпению рано или поздно приходит конец...

В тот самый миг, когда за Фрэнком захлопнулась дверь, Джулия поклялась, что больше никому не позволит причинить себе боль. Вскоре на свет появилась Джилли, безгранично обожаемая матерью и бабушкой. Джулия была уверена, что отныне в ее жизни нет места иным чувствам, кроме материнских. Да так оно и было.

Вплоть до сегодняшнего дня...

Словно бы очнувшись, Джулия с силой оттолкнула от себя Майкла и со всего размаха залепила ему звонкую пощечину. А потом еще и еще.

– Ты чего? – ошарашенно воскликнул Майкл, перехватывая тонкую руку, занесенную для нового удара. – Что с тобой, женщина?

– Что со мной? – Отдернув ладонь, Джулия принялась брезгливо оттирать губы. – Сначала ни с того ни с сего набрасываешься на меня, а потом спрашиваешь, что со мной? Ты что, перепутал магазин с неким другим заведением? Убирайся прочь, пока я не вызвала полицию!

– Джулия, по-моему, тебе лучше успокоиться. Подумать только, какой сыр-бор разгорелся из-за одного дружеского поцелуя!

– Мы никогда не были с тобой друзьями, Майкл Рэдсток, и никогда не будем. Так что не смей причислять меня к ним. – Джулии наконец удалось совладать с собой, и ее голос обрел ледяное спокойствие. – А на прощание позволь напомнить, что здесь совершают покупки, а не насилуют женщин.

– Проклятье, я вовсе не насиловал тебя! – взревел Майкл. – Какого черта... – Услышав звяканье колокольчика, он оглянулся на дверь, и выражение мужественного лица немедленно переменилось. Ярость, только что искажавшая красивые черты, уступила место ровной приветливости. Придвинувшись вплотную к Джулии и приторно улыбнувшись, Майкл едва слышно прошептал: – Умоляю, подыграй мне хоть немножко. Иначе я пропал.

Очередная выходка самоуверенного ковбоя заставила Джулию вконец растеряться. Чего же Майкл в конце концов добивается? Но требовать каких-либо объяснений было уже поздно: стук каблучков указывал на приближение покупательницы.

Растянув губы в подобии улыбки, Джулия повернулась к посетительнице и привычно произнесла:

– Добро пожаловать в наш магазин, леди. Могу ли я чем-нибудь помочь?

Перед ней стояла ослепительная блондинка лет двадцати шести, в сиреневой блузке, выгодно подчеркивающей пышную грудь, и в умопомрачительно короткой юбке. Безупречная фигура, высокий рост и более всего фарфоровой белизны кожа, столь непривычная среди техасских просторов, выглядели чрезвычайно эффектно.

Джулия знала в лицо всех постоянных покупателей, благо их городишко не отличался обилием жителей. Однако эта молодая леди не принадлежала к их числу.

Между тем блондинка, явно не торопясь с ответом, лениво обвела взглядом полки с товарами. Ее глаза равнодушно перебегали с предмета на предмет. Наконец со скучающе-надменным видом незнакомка повернулась к Джулии.

– Нет, благодарю. Я не вижу здесь ничего, что могло бы соблазнить меня... разве что ваш второй покупатель. – С этими словами посетительница перевела взгляд на Майкла и медовым голоском пропела: – Привет, дорогой!

Наблюдая за этой сценой, Джулия ощутила стремительно нарастающее раздражение. Ее задели за живое высокомерный тон незнакомки и та снисходительная небрежность, с которыми заносчивая красотка отозвалась о качестве и разнообразии предлагаемых товаров.

Еще бы – ведь Джулия так гордилась своим магазином!

Когда пару лет назад, вернувшись после окончания экономического колледжа в Сан-Антонио, Линда предложила стать партнерами и заняться торговлей, ее подруга даже не предполагала, что столь рискованное предприятие ждет успех. Джулия боялась, что новый магазин окажется просто лишним в городе, где всего несколько десятков тысяч жителей.

Однако Линда сумела убедить Джулию в том, что подобная идея не столь уж плоха, как могло бы показаться на первый взгляд. И оказалась совершенно права. Их чистенький и аккуратный магазин быстро снискал популярность за всегда отменное качество продукции и превосходное обслуживание. Вскоре они обзавелись и постоянными клиентами.

Торговля приносила небольшой, но стабильный доход, который вполне удовлетворял подруг.

Линда, в скором времени вышедшая замуж за обеспеченного человека, прежде всего ценила возможность иметь собственный, пусть скромный бизнес. А Джулия теперь могла с уверенностью смотреть в завтрашний день, не боясь, что она и Джилли останутся без средств к существованию.

Кристина Тэнсон, сдавшись на многочисленные уговоры дочери, оставила нелегкую работу посудомойки и всецело посвятила себя воспитанию внучки. Иногда, когда покупателей бывало слишком много, мать помогала Джулии управляться в магазине.

Дела понемногу шли в гору.

Но сегодня явно не мой день, с досадой подумала Джулия. Сначала Майкл, потом поцелуй... Затем эта невоспитанная, под стать своему ковбою, подружка Майкла... А теперь мне еще придется выслушивать их любовную воркотню! Я буду не я, если сейчас же не выставлю за дверь обоих!

Джулия непроизвольно сжала пальцы в кулаки, готовясь осуществить свое намерение, как вдруг Майкл одной рукой обнял ее за плечи и прижал к себе.

От неожиданности Джулия так и подпрыгнула на месте, но тотчас же попыталась высвободиться. Однако мускулистая рука не дала ей даже пошевелиться.