Небеса подождут - Тейлор Келли

— Я тоже люблю тебя, — сказала я, осторожно опустила его руку с моей груди на талию и отползла к краю кровати. Было десять часов. Десять! Я схватила с тумбочки зловещий длинный список необходимых дел и застонала. Вычеркнутых пунктов в нем почти не было:

а) Написать, кто где будет сидеть, серебристым фломастером на плоских камешках, которые нужно «позаимствовать»[2]с пляжа в Брайтоне.

б) Закончить украшение столиков (лилии с длинными стеблями в вазах из прозрачного стекла).

в) Позвонить фотографу и обсудить с ним обязательные для съемки кадры. Я до сих пор не была уверена, что кадр, на котором Дэн будет с восторгом разглядывать мое обручальное кольцо, так уж удачен.

Список был слишком велик, одной мне не управиться. Нужно было разбудить Дэна, чтобы он мне помог. Я оглянулась, посмотрела на него, но он тихо посапывал, чуточку приоткрыв рот. Несмотря на сонные складки на щеке, он был так чертовски красив, что я залюбовалась.

Я поняла, что выйду за Дэна, как только его увидела. Ну, строго говоря, это не совсем так. Это случилось на середине нашего первого свидания. Я предложила посмотреть артхаусный фильм в ближайшем кинотеатре, но кино оказалось настолько скучным, что я чуть не заснула.

— Интересный фильм, — сказал потом Дэн. — Только очень… длинный.

Мне не хотелось, чтобы он подумал, что я такая же тупая, как это кино, поэтому я решила скрасить вечер предложением чего-нибудь поесть. И когда Дэн в ответ предложил пойти к нему и заказать еду на дом, я сразу согласилась. В общем, свидание еще не было до конца испорчено. Еще было время поразить его блестящим умом и показать, какая я незаурядная личность.

По дороге до квартиры Дэна мы вежливо беседовали, а придя к нему, сели рядышком на потертый диван и принялись жевать курицу в кисло-сладком соусе. В комнате стояла тишина — слышно было только, как мы жуем и глотаем. Я ощущала полный восторг до тех пор, пока у меня зловеще не заурчало в животе. Проклятье. За всем этим радостным волнением я совершенно забыла о том, как действует на мою пищеварительную систему китайская еда. Мой живот раздулся вдвое против обычного размера, и верхняя пуговица на брюках была готова оторваться. Не самый привлекательный вид, что и говорить. Я стала ерзать на диване, пытаясь хоть как-то размягчить живот.

— Как насчет того, чтобы я включил какую-нибудь музыку? — спросил Дэн, наматывая на вилку лапшу. Он явно не замечал моих страданий.

Это была замечательная идея, просто превосходная. Возможно, мне не помешала бы небольшая прогулка по комнате.

— Я совсем не против, — ответила я, встала и незаметно втянула живот. — Да будет вам известно, в музыке у меня просто фантастический вкус, мистер Хардинг.

Дэн перестал есть и улыбнулся.

— Вот как? Ну, вперед. Удиви меня.

— Всенепременно.

Чувствуя, как он сверлит взглядом мою попку, я бодро зашагала к проигрывателю.

— Гм-м-м, ну, что у нас тут имеется? — произнесла я, старательно изображая голосом, что уж в чем в чем, а в музыке я просто дока. Сверху лежали CD, которые, на мой вкус, были чересчур хеви-металлическими, поэтому я присела на корточки, чтобы рассмотреть надписи на тех дисках, которые лежали ниже.

И пукнула.

Это было похоже на брачный крик слона в джунглях. Только хуже. Намного хуже.

Я окаменела. «Вот не буду двигаться, и, значит, этого не было! — в отчаянии думала я. — Господи, пожалуйста, пусть будет так, что Дэн этого каким-то чудом не слышал!» Я прижала ладони к пылающим щекам и сказала первое, что пришло в голову:

— Ну и сильно же у тебя скрипят половицы!

Дэн фыркнул и расхохотался. Он хохотал и хохотал, у него слезы полились из глаз, и я уже было подумала, что он никогда не остановится. А потом и я начала смеяться. Просто не выдержала, слыша его дурацкий, почти детский смех. Как можно было удержаться? Если уж Дэну удалось заставить меня смеяться над собой тогда, когда я была готова свернуться клубочком и умереть со стыда, то больше я ни с кем не хотела прожить жизнь до последнего дня.

Я оторвала глаза от спящего Дэна, свернула листок со списком дел и положила на тумбочку. Срочные дела могли подождать хотя бы несколько минут. Сначала мне хотелось сделать кое-что другое. Я слезла с кровати и направилась к шкафу, стоявшему у противоположной стены. Вот оно, засунутое в громадный водонепроницаемый чехол — свадебное платье моей мечты. Сколько я их перемерила, этих свадебных платьев, в компании с Анной и Джесс, моими лучшими подружками, прежде чем выбрать это. Белое я исключила сразу. Бледная кожа и белое платье — нет, я стала бы совершенно бесцветной. Облегающие платья тоже были отброшены. Если только у вас не фигура богомола, они прилипают к каждому бугорку на теле. А потом мы нашли это платье. Цвета слоновой кости, без бретелек, корсаж с косточками, пышная юбка с кринолином, деликатно расшитая крошечными жемчужинками. Не слишком простое платье, но и не слишком выпендрежное. Просто идеальное.

— Люси, — проговорил Дэн. — Что ты делаешь?

Я захлопнула дверцу шкафа и резко обернулась.

— Ты же не видел, нет? Скажи, что ты не видел мое свадебное платье?

Дэн подтянул одеяло к подбородку и посмотрел на меня красными спросонья глазами.

— Я его уже видел.

— Шутишь, да? Не видел, скажи?

От волнения у меня пересохло в горле.

— Конечно, не видел, дурочка, — усмехнулся Дэн. — Ты же запретила мне открывать эту дверцу, забыла?

Ох, ну да, как я могла забыть? Я же самолично прилепила к этой дверце скотчем бумажку с угрожающей надписью: «Не открывать под страхом смерти». Но все же я подозрительно уставилась на Дэна.

— Тогда почему ты сказал, что видел?

— Просто решил пошутить.

Я пробежала по комнате, прыгнула на кровать и принялась колотить Дэна кулаками через одеяло.

— Сегодня со мной шутить нельзя, Дэниел Хардинг!

— Это почему же?

— Потому что сегодня канун нашей свадьбы, вот почему! — ответила я, стукнув Дэна по плечу.