Долина влюбленных - Пола Грейвс

Наконец холодные пальцы Джинни схватили его протянутую руку. Маленькие и мягкие, они держали его ладонь на удивление крепко, и от ее прикосновения в груди у Ансона внезапно прокатилась теплая волна. Но сейчас было не время об этом задумываться, не в компании четверых угрожающих им мужчин.

Он наклонился и поцеловал Джинни в щеку, чувствуя на губах ее дрожь и летучий аромат мыла и свежести, который, наполнив его легкие, едва не затмил все прочие ощущения кроме сладкого и близкого тепла ее тела.

– Что за парень у тебя в машине? – шепнул Ансон ей на ухо.

– Брат, – ответила она, скользя губами по его скуле, так что у него аж сердце замерло. А Джинни Колтрейн – это не лимонный десерт со сливками. Скорее трюфель из горького шоколада.

– Возвращайся в бар, – зашептал Ансон, – бармена зовут Джейз. Скажи ему, что мне нужна его помощь.

Джинни взглянула на него снизу вверх, хмуря брови:

– А как тебя зовут?

Вот это номер!

– Ансон Дотри.

Она виновато улыбнулась:

– Точно, я так и думала.

– Идем. – Они вместе двинулись вперед. Позади по гравию громко скрипели торопливые шаги. – Беги!

Джинни бросилась к бару. Один из компании – бородатый – ринулся за ней. Ансону ничего не оставалось, как метнуться ему наперерез. Пара скачков длинных ног – и они столкнулись. Прочие не ожидали такого поворота и не успели его перехватить – позади их пустые руки со свистом резали воздух. Ансон налетел на бородача всей грудью, больно ударившись о каркас мускулов. Остановить его не удалось, лишь задержать, позволив Джинни благополучно достичь дверей бара. Ансон рухнул под ноги громиле, и тотчас стальной мысок ботинка двинул его по ребрам. Дыхание сразу перехватило, грудь обожгло огнем. Казалось, что прошло несколько минут, прежде чем к нему вернулась способность дышать. Ансон глотнул холодного ночного воздуха, и тут бородач снова ударил его.

Сукин сын! Как же больно!

За стойкой в баре никого не было. Бармен как назло куда-то подевался.

Джинни остановилась, чувствуя на себе чужие мужские взгляды. Она не боялась их, этих грубых подозрительных мужчин. Она выросла среди них и знала, что у них на уме. Но те – за дверью – другие. У них холодные глаза и другие цели. И этот несчастный компьютерщик из «Гейтс» остался там один!

– Джейз! – закричала Джинни. – Джейз!

Человек – огромный, как гора Чимни-Рок, – поднялся с дивана позади стойки и недоуменно уставился на нее:

– Ты вернулась?

– Ансон Дотри там на парковке. Его бьют. Ему нужна ваша помощь.

Джейз мигом выскочил из-за стойки и бросился на улицу, на ходу хлопая по спинам парней, сидевших у бара, чтобы те следовали за ним. Все они вывалились за дверь, последней выбежала Джинни. Но на парковке уже никого не было, только Ансон Дотри валялся на земле с окровавленным лицом.

Поскольку драка отменялась, все столпились вокруг скорчившегося от боли Ансона, явно не зная, что предпринять. Джинни пробилась вперед и опустилась на колени, откинула волосы с лица Ансона.

Кровь текла из обеих ноздрей, один глаз заплыл, щека раздулась. Дышал он с трудом.

– Позвоните 911, – велела Джинни стоявшему рядом мужчине.

– Не надо, – слабым от боли голосом захрипел Ансон, – я не так уж плох, мне бы только отдышаться.

Джинни сердито зыркнула на мужчину, к которому только что обращалась:

– Что ты стоишь как идиот? Не видишь – он ранен. Возможно, у него сотрясение мозга. Говорю тебе: звони 911.

– У меня нет телефона, – буркнул мужчина.

– У меня есть, – сказал другой, но звонить, похоже, не собирался.

– Ну так достань его и вызови службу спасения! – прикрикнула Джинни, точно мать на медлительного ребенка, и тот зашевелился.

– Ты говоришь как моя мать, – промычал Ансон заплетающимся языком, – я чуть сам не пополз к машине за телефоном.

У Джинни невольно вырвался тихий смешок, хотя момент был совсем не подходящий для веселья.

– Лежи смирно и постарайся не разговаривать, а я проверю, как там Дэнни.

– Твой брат?

«Раз он помнит такие вещи, – с облегчением подумала Джинни, – значит, с головой у него порядок».

– Да. Он… не совсем здоров.

– Понимаю… мой отец тоже часто бывал нездоров. – Ансон, морщась и стеная, сел. – Похоже, эти мерзавцы переломали мне ребра.

Джинни взяла его ладонью за подбородок, чтобы лучше рассмотреть израненное лицо. Он вытаращил глаза – точнее, один глаз, потому что второй распух и закрылся. Джинни не смогла сдержать улыбки. Она привыкла, что ее недооценивают.

– Дышать теперь легче?

– Легче, когда грудную клетку не вбивают в легкие. – Ансон вытер нос рукавом рубашки и с удивлением поглядел на красное пятно, будто не понимал, откуда оно взялось. – Да, сходи к нему. Мне показалось, что кто-то из бандитов пытался с ним говорить.

Точно, надо же навестить братца.

Джинни поднялась и пошла к машине, чувствуя, что ей не хочется уходить. Она пристально вглядывалась в темный лес – не мелькнет ли тень между деревьев, – но никого не было. Она поежилась. Кто они такие? И что им от нее надо? Может быть, не от нее, а от Дэнни?

Подойдя ближе, она заметила, что ее «форд» накренился вправо. Шины с пассажирской стороны порезаны! Придется звонить в дорожную службу, чтобы прислали эвакуатор.

– Джиджи! – приветствовал ее пьяной улыбкой Дэнни, когда она распахнула дверцу. Он сидел, сцепив руки на животе, будто от холода. Так и есть, он замерз, пока ждал ее в машине. У них в Смоки-Маунтинс хоть и наступил май, но ночью еще подмораживало. Он, наверное, обхватил бы колени, но мешал ремень безопасности, державший его пониже груди.

– Мы уже дома? – поинтересовался Дэнни.

– Пока нет, – ответила Джинни, чуть не плача.

– Ну тогда я еще посплю. – Дэнни откинул голову на спинку сиденья.

Джинни захлопнула дверцу и поспешила обратно к Ансону, который успел подняться на ноги и стоял, покачиваясь на свежем ветерке, шелестящем в деревьях за парковкой.

– Его надо отвести в бар, – обратилась Джинни к бармену Джейзу, который явно пользовался тут авторитетом, – пусть посидит, пока не приедут парамедики.

– А он велел нам отменить вызов, – сообщил ей Джейз, – он сам, мы тут ни при чем.

– Предатель, – пробормотал Ансон, вытирая окровавленный нос грязным платком, который ему кто-то одолжил, пока Джинни ходила к брату.

– Ты что, боишься врачей?

– Нет.

– Уколов?

– Ну вот еще.

– Может, боишься стерильной больничной обстановки?