Плохая девчонка - Линн Грэхем

Матильда Кроуфорд работала официанткой в баре, иногда подрабатывая там танцовщицей. А еще она оказалась шлюшкой, для которой не было ничего важнее денег.

Вначале она заговаривала зубы Рашаду историями о своем жестоком отчиме и о том, как по его вине страдает их семья. Выращенный с убеждением, что его долг — помогать слабым и униженным, Рашад очень быстро превратился в галантного спасителя Тильды. Ослепленный ее красотой и ложью, Рашад уже готов был сделать ей предложение. Даже страшно представить, что за королева получилась бы из этой падшей женщины! И снова Рашад испытал то же самое унижение, что и годы назад.

Он расправил плечи и высоко поднял голову. Пора подвести черту под этим эпизодом и оставить прошлое в прошлом. Вот только едва ли это получится, если зло не будет наказано. Возможно, Рашад своим молчанием даже облегчил Матильде Кроуфорд ее попытки обаять очередного богатея. Обидчики должны ответить за свои грехи, а не продолжать наслаждаться плодами своей лживости.

Рашад снова рассмотрел снимок Тильды. К чему бесполезные душевные страдания? Лучше действовать! Мужчина не мешкая связался со своим бухгалтером и узнал, что семья Кроуфорд еще не выплатила деньги, которые ему задолжала. Рашад так и думал. Он отдал приказ немедленно пустить дело в ход. Им руководила жажда мести. Мужчина встал и отложил альбом в сторону. Да, он отомстит этой женщине и тогда, видимо, сможет наконец забыть о ней насовсем.

Заправив длинные светлые локоны за уши, Тильда смотрела на мать, Бет, не веря своим ушам.

— Сколько… сколько ты должна? — спросила девушка во второй раз.

Пожилая женщина была близка к истерике. Она боялась даже посмотреть на дочь, когда снова повторила сумму.

— Мне так жаль; прости меня, доченька. Я давно должна была рассказать тебе все, но не могла. Прятала голову в песок, надеясь, что все проблемы уйдут сами собой.

Тильда была шокирована суммой, которую заняла ее мать. Просто огромная! Наверняка здесь какая-то ошибка. Тильда не могла представить, как Бет осмелилась залезть в такие долги. И кто дал ей такие бешеные деньги? Кто мог поверить, что Бет способна вернуть столь солидную сумму? Девушка принялась мысленно перебирать всех возможных кандидатов, но никто не приходил в голову.

— Когда ты, говоришь, взяла в долг?

— Пять лет назад… — всхлипнула Бет, не глядя на дочь. — Но я не знала, что это можно назвать долгом.

Тильда была поражена, что ее мать так долго хранила такую информацию в секрете. Но она хорошо помнила, как трудно было им в то время сводить концы с концами.

— Можно мне взглянуть на бумаги?

Пожилая женщина подошла к шкафу и достала из его глубин пластиковый контейнер, бросив на дочь беглый испуганный взгляд.

— Мне приходилось прятать письма, чтобы ты, твои братья и сестры не увидели их и не стали задавать вопросы.

На свет появилась внушительная стопка писем. Тильда шумно сглотнула.

— Когда ты последний раз делала выплаты?

— Я ни разу не платила, — глухим голосом призналась Бет.

— Ни разу?!

— Сначала у нас не было денег, и я подумала, что начну платить, как только все пойдет на лад, — после долгой паузы заговорила пожилая женщина, теребя юбку. — Но у нас всегда появлялись какие-нибудь проблемы, и возникал какой-нибудь неоплаченный счет. Или вам нужна была новая одежда и обувь… или наступало Рождество, а мне не хотелось видеть разочарование своих детей.

— Понимаю. — Тильда медленно выдохнула. Она была поражена тем, что узнала. Мать была беззащитной женщиной, склонной к панике. Уже более четырех лет она почти не выходила из дома, так как окружающий мир пугал ее. Агорафобия, боязнь открытых пространств, сделала Бет пленницей в четырех стенах собственного дома. Хорошо еще, что мать была отличной портнихой и зарабатывала деньги, пусть и немного, но лишними они никогда не оказывались.

— Как ты получила деньги в долг? — смущенно спросила Тильда. — Ведь никто не мог прийти к тебе и предложить такую сумму.

Бет закусила нижнюю губу и поежилась. На ее лице застыло виноватое выражение.

— Об этом я и не хотела тебе говорить. Поэтому и хранила все в секрете так долго. Чувствовала себя виноватой и не хотела тебя расстраивать. Видишь ли, я попросила Рашада дать мне денег, и он не отказал.

Тильда побледнела. Ее голубые глаза сияли, как два сапфира, на белом лице.

— Рашада… — тихо повторила девушка, приложив руку к шее. — Ты попросила его помочь нам?!

— Не смотри на меня так! — взмолилась Бет, разразившись слезами. — Рашад сказал однажды, что считает всех нас членами своей семьи, а в Бахаре принято заботиться о родственниках. Я была уверена, что он женится на тебе. И посчитала нормальным принять от него финансовую поддержку.

Тильда пришла в ужас от подобных объяснений. Но Бет была настолько наивна, что для нее такое поведение было вполне естественным. Рашад неоднократно приходил к ним домой и действительно привязался к их большой и шумной семье, играл с ее братьями, учил сестер математике и читал сказки малышам. Неудивительно, что мама стала его горячей почитательницей. И Тильда никогда не говорила матери о том, как и почему она рассталась с Рашадом.

Известие повергло девушку в шок. Неужели ей сейчас снова придется столкнуться с Рашадом? Еще слава богу, пять лет назад мать не сказала ей, что взяла у него деньги в долг, иначе Тильда точно умерла бы со стыда.

Рашад был несказанно богат и очень щедр. Может, он просто пожалел Бет? Или им владели более низменные мотивы? Верил ли он, что деньги купят для него тело Тильды? Может быть, он в эту сумму оценил ее невинность? Тильда не могла в это поверить, но и исключать ничего нельзя. Была ли она несправедлива к Рашаду? Тильда всегда считала, что поступки говорят больше, чем слова. Она отказалась спать с Рашадом, и он просто выбросил ее из своей жизни.

— Я тогда была в отчаянии, — призналась Бет, видя, что дочь упорно молчит. — Знала, что поступаю неправильно, то твой отчим наделал столько долгов. Вот и боялась, что мы можем остаться бездомными.

Тильде потребовалось немало усилий, чтобы выкинуть из головы образ принца Рашада Хусейна аль-Зафара, в которого она имела глупость влюбиться в восемнадцать лет. Воспоминание о втором муже матери помогло ей отвлечься. Скотт Моррисон женился на Бет, когда та осталась вдовой с двумя детьми на руках. Обаятельный и добрый на людях, мужчина становился форменным тираном в семье. Рождение еще троих детей и стресс от постоянных размолвок с грубым и бесчестным супругом сказались на психике Бет, сделали ее склонной к приступам паники и в конце концов привели к агорафобии.

— Когда я попросила Рашада помочь, он сказал, что купит наш дом и запишет его на свое имя, чтобы Скотт не мог наложить на него лапу…

Тильда развернулась, вернувшись из воспоминаний к угрожающему настоящему. С каждой минутой признание матери все больше пугало девушку.