Реальная вечеринка - Татьяна Тронина

– Да, Хромова, это неуважение к старшим, – кисло заметила Стелла Власовна. – Ты уж, пожалуйста, отвлекись на некоторое время. Кстати, что там у тебя?..

Она подплыла к парте Зины, взяла в руки толстенный том.

– «Дон Кихот»… А разве вы его сейчас по программе проходите?.. Ну неважно… Друзья! – возвысила Стелла Власовна голос. – Осенью следующего года будет проходить общегородской конкурс на лучшую школу Москвы. Я очень надеюсь, что наша школа займет первое место! У нас ведь есть все основания для этого…

И Стелла Власовна принялась перечислять эти основания – отличный преподавательский коллектив, а также традиции, дисциплина и много чего еще.

Она перечисляла и перечисляла, а Клава уже не слушала ее. Она тайком рассматривала Свету Родченко.

Не то чтобы Клава завидовала новенькой – вовсе нет! Просто Клаве ужасно хотелось быть такой же красивой и яркой, как Света.

«Наверное, она очень счастлива… Да, точно. Человек с такой внешностью просто не может быть несчастным! На нее все смотрят, все любуются ею. Ей все прощают. Вон даже Стелла Власовна – всегда ее «Светочкой» называет, а к той же Зине обратилась по фамилии, хотя Зина здесь с первого класса учится».

Клава осторожно повернула к себе пенал, в крышку которого было вделано крошечное зеркальце. Зеркальце отразило светло-карий глаз, румяную щеку, половинку довольно крупного носа и прядь рыжеватых волос.

Впрочем, Клаве даже в зеркало было глядеть необязательно для того, чтобы убедиться в собственной заурядности.

Она, Клава Кошкина, ничем не выделялась из толпы. Единственное достоинство, что не толстая, ну и на том спасибо. В остальном природа ничем особенным ее не наградила. Ни тебе ямочек на щеках, ни синих очей, ни светлых прямых волос до пояса.

Можно было, конечно, после школы перекраситься в блондинку и каждый день распрямлять свои кудри, больше напоминающие мочалку, специальными электрощипцами… Сделать операцию по изменению формы носа. Обзавестись накладными ногтями. Прилепить накладные ресницы. Сесть на жесткую диету и добиться того, чтобы талия утянулась до сорока сантиметров. Купить сапожки на шпильке…

Клава прикинула, сколько понадобится сил и средств, чтобы превратить себя в красавицу, и вздохнула. Слишком много. И все равно не факт, что она хоть когда-то сумеет затмить Свету Родченко!

И потом, даже если она исправит все свои недостатки, то все равно не сможет с таким эффектом преподносить себя. Характер – вот еще одна проблема! У Светы был стальной характер, она всех подчиняла себе, а Клава этим похвастаться не могла.

Клава была чересчур добродушной, ни на кого не обижалась и, кроме того, не умела обижать других.

Нет, обижать других – нехорошо, но бывают в жизни ситуации, когда кто-то относится к тебе по-хамски. Такого типа надо поставить на место, а Клава этого не умела. Вот не умела – и все тут!

Например, недавно, когда ехала к бабушке, в метро какой-то парень наступил ей на ногу.

Что бы в этой ситуации сделала Света Родченко? Она бы заорала что-нибудь такое, от чего у всех в вагоне побежали бы мурашки по спине, а неосторожный нахал покраснел бы, как помидор, и выскочил бы на следующей остановке.

В тот момент Клава решила вести себя как Света.

– Эй! – прокашлявшись, грозно сказала она.

Никакого ответа. Парень, отдавивший ей ногу, со скучающим видом продолжал изучать схему метро, висевшую перед ним.

– У меня, между прочим, туфли новые! – еще более грозно произнесла Клава.

Тут парень обернулся.

– Я говорю, у меня туфли новые! – повторила Клава.

Нахал посмотрел на нее, потом вниз, на туфли.

– Ну поздравляю, – с недоумением ответил он. – У меня, например, новая куртка, но я же не пристаю к людям – ах, дескать, любуйтесь на меня!

И тут все в вагоне стали смотреть на Клаву, точно она и в самом деле приставала к этому парню.

Но тем не менее Клава мужественно продолжила:

– Ты не понял. Ты мне ногу отдавил, вот что!

– Разве? – лениво удивился тот и отвернулся, снова уткнувшись в схему метро.

В результате на следующей остановке из вагона выскочила Клава, потому что ей было неприятно – на нее все смотрели.

«Если бы на моем месте была Света Родченко, она сумела бы отбрить нахала, – расстроенно размышляла Клава, вспоминая этот случай. – Хотя, с другой стороны, Света не ездит в метро. У ее отца огромный джип. В него, наверное, столько же народу набьется, сколько и в автобус. И потом, парень не обернулся бы к ней с таким скучающим видом. Он бы сказал: «Ах, девушка, простите-простите-простите! Я наступил вам на ногу? Позвольте, я донесу вас до дома на руках!»

Клава очнулась от своих печальных мыслей, снова посмотрела на Свету. Положив ногу на ногу, Света вполголоса беседовала с Жанной Парщиковой и вертела в руках стильную ручку с золотым пером – таких ручек больше ни у кого не было в классе, да и во всей школе, наверное.

«Пальцы у нее красивые, длинные, словно у скрипачки… – Клава для сравнения вытянула вперед свою ладонь. – Пальцы короткие, после зимы еще кожа шершавая, ногти дурацкой формы и все время ломаются! – печально заключила она. – Да, я состою из сплошных недостатков!»

– …так вот, дорогие мои, у нас есть все шансы занять первое место в общегородском конкурсе, – вещала Стелла Власовна. – Особенно благодаря помощи некоторых родителей, – и она ласково посмотрела на Свету.

Светин отец этой зимой закупил для школы партию самых современных компьютеров, и на его деньги был отремонтирован также актовый зал.

Света небрежно улыбнулась, не прерывая тихой, но довольно оживленной беседы с Жанной Парщиковой. Стелла Власовна не только не сердилась, а даже как будто умилялась, разглядывая такую замечательную ученицу.

– Светочка, школьный совет принял решение вывесить в вестибюле мраморную доску с благодарностью твоему отцу. Кстати, как Виктор Григорьевич поживает?

– Папа? – пожала плечами Света. – Папа прекрасно поживает! Передает вам привет, Стелла Власовна…

– Спасибо! – совсем расцвела та. – Ах, побольше бы таких людей!

– Замечательный человек! – энергично захлопала в ладоши Вера Ивановна. – Хромова, пожалуйста, не отвлекайся!

Зина Хромова вздрогнула и отодвинула от себя книжку. Она, Зина, ничем похвастаться не могла, и помощи от ее семьи школе не было. Зина жила с мамой очень скромно.

Маленькая, худенькая, всегда одетая во что-то темное, с темными негустыми волосами, заложенными за уши (а уши у Зины были довольно большие – даже непонятно, зачем она их открывала?), с серыми глазами, Хромова была самой невзрачной девочкой в классе. Самой незаметной и самой тихой.

Вот Жанна Парщикова, подруга Светы, – тоже особой красотой не отличалась. Она была тощей, нескладной, с растрепанными волосами неопределенного цвета и длинным носом. К тому же обожала бусы – на ней их висело не меньше десяти разной длины и формы. Все они гремели и стучали, поэтому о приближении Жанны можно было догадаться, даже не оглядываясь.