Исцеление - Рини Эйкомб

Ну и ну! У Элис даже дух перехватило, когда она наткнулась на взгляд смуглого незнакомца. За всю жизнь на нее никто так не смотрел. Мужчины частенько заглядывались на Элис, в их глазах читалось желание, и это давно стало привычным. Она солгала бы, сказав, что не осознает производимого на сильный пол впечатления. Однако взгляд этого человека выражал нечто особенное. Он словно обжигал жаром, проникал сквозь кожу и заполнял изнутри все тело, делая его своим.

Ошеломленная и потрясенная до глубины души, Элис поспешила опустить глаза. Но все равно опоздала — в ее кровь, подобно инфекции, успело проникнуть что-то неведомое, будоражащее. И хотя она вновь попыталась сосредоточиться на прерванной беседе, слух будто отказывался служить ей, а в голове шумело. Перед глазами стоял образ высокого, стройного, чрезвычайно привлекательного незнакомца с черными волосами и темными глазами. И хотя Элис не смотрела в них сейчас, она все же не могла отделаться от ощущения, будто что-то постороннее вселилось в ее плоть.

Кто этот человек? Почему стоит там и наблюдает за ней?

Элис очень хотелось вновь хотя бы украдкой взглянуть в ту сторону, где находился незнакомец, просто чтобы проверить, существует ли он на самом деле, не привиделся ли, часом, в результате действия глотка шампанского, который она позволила себе выпить. Однако она не решалась повернуть голову. Ее сильно обеспокоила мощь исходившей от этого человека энергии. Все в нем — начиная от длинного, с горбинкой носа до очертаний стройной, облаченной в дорогой костюм фигуры — дышало чувственностью. Она словно сочилась из него, пугающая и одновременно многообещающая.

И все же Элис на краткий миг скользнула взглядом в направлении, притягивавшем ее словно магнит. И снова ее будто током ударило. Внезапный прилив желания оказался таким сильным, что над верхней губой выступила испарина.

— Элис, с тобой все в порядке? — словно сквозь подушку пробился в ее сознание чей-то встревоженный голос.

— Да, — ответила она и даже улыбнулась, хотя последнее далось с трудом. — Это все шампанское виновато. — Элис поставила бокал на ближайший столик. — Непривычно как-то пить спиртное днем. Еще глоток, и я, наверное, свалилась бы и храпела до вечера.

— Не верю, что ты можешь храпеть, — последовало совершенно серьезное и искреннее замечание.

С каким облегчением она взглянула на произнесшего эти слова Джимми Карпентера. С его мальчишеским обаянием Элис могла справиться без всяких усилий.

— Оставим эту тему, — махнула она рукой. — Лучше расскажи о своей невесте. Насколько я знаю, свадьба не за горами?

Вот и все, дело сделано. Стоило парню услыхать вопрос о предстоящей женитьбе, как он заглотал наживку. Проходящий мимо них Рой Брайтли, будущий тесть Джимми, уловил тему разговора и поспешил присоединиться к беседующим.

Только сейчас Элис удалось выбросить из головы мысли о неизвестном участнике презентации. Тем более что от людей, с которыми она сейчас болтала, зависели доходы компании Боба. В этот момент для Элис началось исполнение ее прямых служебных обязанностей. Ведь если у представителей фирмы «Брайтли и Карпентер» сложится неверное представление об общем состоянии дел Роберта Маккинли, они запросто могут перевести поток товаров в другое русло. И тогда придется искать новых поставщиков.

В самый разгар беседы кто-то тронул Элис за плечо. Та обернулась, машинально продолжая улыбаться, однако при виде Доры Крэш уголки ее рта непроизвольно опустились. Тая в глазах что-то недоброе, мужеподобная дама крепче, чем требовалось, ухватила Элис за руку выше локтя и потянула в сторонку.

— Вас вызывают, — лаконично сообщила она, с презрением косясь поросячьими глазками на вырез платья, которое бесшабашная секретарша шефа додумалась надеть сегодня на работу. — В кабинет мистера Маккинли. Поспешите.

— Он приехал наконец? — с облегчением воскликнула Элис. Она все утро беспокоилась, не случилось ли чего с Робертом, особенно когда стало ясно, что он пропускает презентацию. Подобное случалось не впервые, особенно в последнее время, однако сегодня шефу непременно следовало лично встретить Роя Брайтли, пришедшего на прием с сыном своего компаньона и будущим зятем Джимми Карпентером. Тем не менее, Роберт проигнорировал свои обязанности главы фирмы. Вероятно, он поступил так из-за внутренней борьбы, которая происходила сейчас в его душе. Жизнь Боба пришла в полный беспорядок, и ему никак не удавалось вернуться к привычному укладу.

— Извинитесь перед гостями и идите! — с нажимом произнесла мисс Крэш.

Явственно сквозившая в ее голосе неприязнь заставила Элис поежиться. Высокомерная Дора при любой возможности старалась уесть секретаршу шефа. Поэтому, не спрашивая ее более ни о чем, Элис предупредила гостей, что вынуждена на время отлучиться, и направилась к выходу.

— Эта девушка настоящая находка для фирмы Маккинли, — заметил старик Брайтли, глядя ей вслед.

Ты бы не стал так говорить, если бы она путалась с твоим зятем за спиной твоей же дочери, подумала мисс Крэш, уверенная в пустоголовости и распущенности всякой женщины, обладавшей внешностью более привлекательной, чем ее собственная. Взгляд Доры тоже был направлен в сторону двери, за которой скрылась Элис. В душе мисс Крэш ликовала. Она то знала, что через пару минут для смазливой Элис наступит час персонального Ватерлоо, если только нрав Мигеля Кальсады и впрямь окажется столь же крутым, как о нем судачат.

Тем временем Элис прошла по ковру приемной мимо своего рабочего стола к кабинету шефа. Дверь была плотно закрыта, но это ничего не означало. Наскоро постучав, чтобы известить о своем появлении, Элис вошла.

— Боб, между прочим, я на тебя сержусь! — заявила она с порога. — Разве можно так поступать! Все давно собрались, ждут… Где ты пропадал все утро?

— Я не Боб, — прозвучал приятный, низкий, совершенно незнакомый голос с иностранным акцентом.

Элис в этот момент закрывала за собой дверь. Резко обернувшись, она замерла от неожиданности при виде того самого высокого и стройного незнакомца, которого ранее заметила в зале. Он сидел за письменным столом Роберта, причем с таким видом, будто это было самым естественным делом!

Незнакомец даже снял пиджак, и его белоснежная рубашка контрастно выделялась на фоне черной кожаной обивки, зрительно увеличивая и без того широкие плечи и грудь, вид которых вновь породил у Элис то же ощущение чувственной уязвимости, которое не так давно атаковало ее нервы.

— Кто вы такой? И почему здесь находитесь? — возмущенно спросила Элис.

Однако чужак и не подумал ответить. Он изучал взглядом стоящую перед ним девушку с головы до ног — от сияющей бронзой макушки до изящных черных туфелек. У Элис возникло ощущение, будто его глаза, как два черных лазера, сдирают с нее одежду, выставляя голой на всеобщее обозрение.

— Я задала вам вопрос, — напомнила она.

— И даже не один, а сразу два, — сухо поправил чужак. В его голосе появилась хрипотца.