Любовь срывает маски - Валери Боумен

– Сэр, экипаж вас ожидает.

Гаррет взглянул на дворецкого, замершего возле двери кабинета в позе сосредоточенного внимания. Два лежавших на ковре чалых спаниеля, как по команде, подняли головы и помахали хвостами.

– Выйду через пару минут, Картрайт.

Дворецкий коротко кивнул.

Гаррет снова сосредоточился на письме. Присыпал листок песком, встряхнул, аккуратно сложил и запечатал разогретым воском.

Раздумывать было некогда: экипаж стоял наготове. Ночью отдохнуть почти не удалось, но ощущение усталости давно вошло в привычку: кошмары возвращались с жестокой регулярностью.

Гаррет посмотрел на адрес:

«Миссис Лэнгфорд

12 Чарльз-стрит

Лондон».

Подобные письма он посылал регулярно, каждые две недели. Продолжалось это вот уже десять лет – с тех пор, когда ему только что исполнился двадцать один год. Содержание всегда оставалось неизменным, но имя Гарольда Лэнгфорда – погибшего на войне друга – никогда не упоминалось.

Гаррет на миг зажмурился, встряхнул головой и решительно встал из-за стола; собаки тотчас вскочили. С письмом в руке он направился к двери. Последние две недели прошли в неустанных хозяйственных заботах. Хотелось уладить все дела, чтобы со спокойной душой насладиться деревенской жизнью. Сегодня Гаррет уезжал в графство Суррей, на свадьбу давнего приятеля. Новый граф Свифтон, Джулиан Свифт, наконец-то женился на своей невесте, леди Кассандре Монро. Шесть месяцев траура по Доналду, старшему брату графа, подошли к концу.

Свадьба планировалась роскошная, а вот на предварительное семейное торжество собирался только узкий круг самых близких друзей. Кузина Гаррета Люси обещала приехать вместе с мужем, герцогом Кларингтоном. Кассандра и Свифтон, разумеется, тоже собирались присутствовать. А еще ждали мисс Джейн Лаундз. Гаррет закатил глаза. Мисс Лаундз его то раздражала, то выводила из себя, а порою умудрялась делать все сразу. Впрочем, одну неделю, наверное, вытерпеть все-таки удастся. Странно, что Люси так упорствует в дружбе с этой самоуверенной, знающей все на свете особой.

Картрайт все еще стоял возле двери, ожидая распоряжений.

– Проследи, чтобы это отправили сегодня. – Гаррет отдал письмо.

– Как прикажете, – с поклоном ответил дворецкий.

Гаррет вернулся к массивному, красного дерева, письменному столу, снял со спинки кресла сюртук и сунул руки в рукава. Собаки не сводили с хозяина глаз. Он вышел за дверь, и спаниели потрусили следом. За ними чинно зашагал дворецкий. Миновав коридор, господин остановился, чтобы погладить любимцев, а слуга тем временем предупредительно распахнул дверь.

– Позаботься о собаках, Картрайт, – распорядился Гаррет, надел шляпу и вышел на улицу, где стоял экипаж. Устроился на бархатном сиденье и бросил прощальный взгляд на свой лондонский дом.

Прекрасный особняк рождал в душе чувство законной гордости. Гаррет числился предполагаемым наследником графа Оулдриджа, однако дом в элегантном районе Мейфэр, равно как и все его содержимое, включая слуг, оплачивался из тех средств, с которыми матушка вступила в брак со вторым сыном графа, и из наследства, оставленного дедом по материнской линии. Гаррет обладал собственным состоянием, причем немалым.

Экипаж тронулся, и мистер Апплтон отправился в графство Суррей – в поместье невесты, леди Кассандры Монро, где предстояло провести целую неделю.