Счастье с отсрочкой на год - Марион Леннокс

– Да вы знаете, сколько корпораций пригласили бы меня на работу? У меня высокая квалификация и опыт, чтобы начать все сначала, но развалить наследие моей семьи из-за глупой прихоти?

– Не думаю, что это была прихоть. Ваша бабушка считала, что ваш кузен дурно обращался с женой, и она захотела искупить…

– Ну вот опять. Все сходится на моем никчемном кузене. – Аласдер посмотрел на Джинни со всем презрением, на которое был способен. – Вы ведь вышли за него замуж.

– Нет необходимости впутывать сюда Алана.

– Неужели? Эйлин всю жизнь потратила, чтобы исправлять его ошибки. Не хотела верить, что он лжец и вор, эта слепота явно передалась и вам. О чем она вообще думала? Жениться на вдове Алана? На вас? Я лучше пройду по горячим углям. Вы здесь домоправительница, не более. Жениться на такой, как вы? Нет уж, увольте!

Симпатия к нему улетучилась.

– На такой, как я? Ничего себе. Большое спасибо, сэр. За подобное высказывание можно и по физиономии получить.

– Иной характеристики вы не заслуживаете.

– Тогда, возможно, вам повезло, что я не желаю сделать это?

Он выругался и снова отвернулся к окну. Короткий приступ гнева быстро прошел, и Джинни снова пережила шок.

– Замуж? За Аласдера? О чем ты думала, Эйлин? – Она снова обратилась к покойной леди Макбрайд.

О том же, о чем тогда, когда заставила Алана жениться на ней? По крайней мере, сейчас это было озвучено. Все карты раскрыты. Все в завещании прописано предельно ясно. Это приказ Аласдеру.

– Женитесь на Джинни – получите свое наследство. С единственным условием: один год брака. Если нет – не наследуете ничего.

О, Эйлин!

– Мне кажется, сейчас не до сердитых слов. – Адвокат собрал бумаги в аккуратную стопку, собравшись уезжать, но его сухой деловой голос окрасился теплотой. – Вам нужно все обдумать прежде, чем принимать поспешные решения. Я понимаю, эмоции переполняют, однако взвесьте все. Никто из вас не состоит в браке. Милорд, если вы женитесь на миссис Макбрайд, сохраните почти все поместье. Миссис Макбрайд, если вы выйдете замуж за его превосходительство, то через двенадцать месяцев получите замок. Год, прожитый вместе, – невысокая плата, ведь у вас ничего нет.

– Замок принадлежит моей семье, – проворчал Аласдер. – Эта женщина не имеет к нему никакого отношения.

– Ваша бабушка считала Джинни членом семьи.

– Она не член семьи. Она такая же, как…

– Милорд, умоляю вас не делать и не говорить ничего поспешно. Включая заявления, которые лишь усугубляют ситуацию. Предлагаю вам переждать пару дней и все обдумать.

«Пару дней? Он, должно быть, шутит», – подумала Джинни. Перед лицом этого безумия можно принять только одно решение. И она его приняла. Джинни посмотрела на широкую спину Аласдера, напряженные плечи и почти ощутила вкус его гнева и раздражения.

«Покончи со всем этим, – убеждала она себя, – защищайся, уходи отсюда быстрее!»

– Аласдер не хочет на мне жениться, да и зачем ему? Я, естественно, не хочу выходить за него замуж. Эйлин была добрейшей, хотя и коварной женщиной. Ей нравилось дергать за веревочки, но иногда она не видела, что цена этому невозможно высока. Я вышла замуж за одного из ее внуков. И не выйду за другого. Покончим с этим. Спасибо за то, что приехали, сэр. Мне вызвать вам такси, скажем, минут так через пятнадцать?

– Было бы превосходно. Спасибо. Вы были прекрасной домоправительницей в Данкерне, миссис Макбрайд. Эйлин вас очень любила.

– Знаю, и я ее любила. Правда, иногда… В общем, в семье знают о ее гордыне. Но на этот раз она зашла слишком далеко. Я думаю, империя Данкернов готова рухнуть, но ничего не могу с этим поделать. Всего доброго, джентльмены.

И она вышла, закрыв за собой дверь.

Ушла! Наконец-то!

Тишина, тишина и еще раз тишина. Адвокат дал им время, и Аласдер должен быть ему благодарен.

А он не был.

Мысли вернулись к дедушке, чье доверие к жене было абсолютным. Он управлял финансовой империей Данкернов железной рукой. Сильно разочаровавшись в двух сыновьях – отцах Аласдера и Алана, – старик оставил контроль над поместьем в руках Эйлин.

– К тому времени, как ты умрешь, я надеюсь, что наши сыновья наберутся финансового опыта, и ты определишься, кому лучше передать бразды правления.

Ни один из сыновей не выказал заинтересованности в поместье. Они лишь просили у Эйлин больше денег. И оба ушли раньше матери. Один – в результате несчастного случая в горах, другой – от сердечного приступа, вызванного, скорее всего, тем, что он проводил все время в Мишленовских ресторанах.

Не имеет значения. Это уже история. Эйлин была потомком древнего рода расчетливых шотландцев, и в лице Аласдера нашла достойного наследника ее деловой хватки.

А теперь такое!

– Это явно незаконно.

– Что незаконно?

– Принуждать жениться.

– Это не принуждение. То, как ваша бабушка это выразила…

– Вы помогали ей в этом.

– Составлять черновик ей помогал мистер Дункан Маккгрег, самый старый юрист фирмы, чтобы избежать юридических лазеек. – Внезапно адвокат стал строгим и неприступным. – Она ясно понимала, чего хочет. Завещание гласит, что вся финансовая империя плюс другие активы, принадлежащие ей, должны быть переведены в наличные и поделены на равные части между большим количеством благотворительных фондов, занимающихся бездомными собаками. Особо отмечено, что единственным способом приостановить действие завещания может стать ваша женитьба на Макбрайд.

– Эта женщина не Макбрайд.

– Она миссис Макбрайд, и вы знаете это. Ваша бабушка любила ее, обращалась как с членом семьи и хотела, чтобы эти отношения были закреплены. Так что собачью благотворительность можно отложить, если через месяц после ее смерти вы с миссис Джинни Макбрайд официально поженитесь.

– Мы оба знаем, что это бред. Даже она не задумалась об этом ни на минуту. Это шантаж.

– Это не шантаж. Завещание составлено так, что в случае, если вы женитесь, ваша бабушка будет рассматривать вас как семью.

– А если не поженимся?

– Тогда все состояние пойдет на приюты для собак.

– А если мы опротестуем?

– Могу дать совет, сэр. Я сам был удивлен условиями завещания и потому взял на себя смелость и проконсультировался с несколькими моими коллегами. Официальный вердикт – единодушное признание завещания.

Снова тишина. Аласдер потянулся за виски и обнаружил, что натворил. Стол был покрыт осколками стекла. Нужно позвать кого-то, чтобы убрали.

Миссис Макбрайд? Джинни.

Жена его кузена управляла домом, превращенным в гостиницу последние три года. Работала кухаркой, домработницей и хозяйкой гостиницы. И хорошо выполняла свои обязанности, он не может не признать этого.