Синдром зверя - Наташа Шторм

Часы тянулись мучительно долго. Без четверти пять я постучала в кабинет начальницы.

— Госпожа Раймона! Вы не отпустите меня домой?

Начальница взглянула из-под густо накрашенных ресниц затуманенным взглядом.

— Ступай. Ищи своего кота. Всё равно жизни тебе без него не будет.

Я попятилась. Откуда она узнала про Ваську? Впрочем, Раймона знала всё. Прошмыгнув в двери, шустрым кабанчиком я доскакала до остановки, втиснулась в переполненную маршрутку и через полчаса подходила к родному подъезду. Опять собрание! Ага, вот и управляющий, Владимир Степанович. Я только открыла рот, чтобы попросить ключ от катакомб под домом, как тяжёлая рука мужчины легла мне на плечо.

— Мужайся, Алёнушка. Мы все скорбим вместе с тобой.

— Что? Что случилось?

Татьяна подошла ближе, сжимая в руках сразу двух близнецов.

— Погиб твой Васька, ещё утром погиб.

В глазах потемнело. Я стала медленно опускаться на землю. Парень, недавно въехавший в наш дом, ловко подхватил меня и усадил на лавочку.

— Пусть тебя утешит то, что погиб он мужиком.

Слабое утешение!

— Как это случилось?

Римма Алексеевна, юркая бабуля с первого этажа, подкармливающая всю бездомную живность в округе, вышла вперёд.

— Я! Я живой свидетель. Всё видела собственными глазами. Если надо, и в суд пойду. Пусть посадят этого гада пожизненно, а лучше расстреляют.

— Короче, Алёна, твой Васька из подвала вылез, решил на газон сбегать по малой нужде, ну… или по большой, как уж там получится. А тут мужик на иномарке. ― Управдом сделал паузу. ― Знаешь, иномарка такая огромная, как дом.

— А мужик страшный, аж жуть. ― Кивнула Татьяна. ― Настоящий бандит. В тёмных очках, чтобы глаз, значит, никто не увидел.

— Ага. Тут, значит, визг тормозов, маты…

— Где тело? ― первые слезинки выкатились из моих глаз, как предупреждение, что сейчас слёзный канал прорвётся.

— Нет тела. Ирод этот увёз с собой. Наверное, где-нибудь закопает. Я фильм смотрела. Бандюки всегда трупы прячут в свежие могилы. ― Римма Алексеевна перекрестилась.

Я поднялась с лавочки и направилась в подъезд. Василий пал смертью храбрых в борьбе за собственную независимость. Бедный пушистик! Я шмыгнула носом и вошла в лифт.

— Эх, хороший был кот. ― Донеслось с улицы.

— А пел как!

Квартира казалась особенно пустой и тихой. Порядок раздражал. Я увидела следы от когтей на штукатурке, перевела взгляд на песочницу с сухим наполнителем, на полные нетронутые миски с кормом и разрыдалась. Если бы я не поехала на работу, если бы кинулась на поиски сразу! Я выла в голос, коря себя, на чём свет стоит.

Нужно было помянуть парня по-человечески. Вытащив из холодильника бутылку водки, нашла целый стакан. Я никогда не употребляла алкоголь. Отец говорил, что у нас в организме не хватает каких-то ферментов, расщепляющих напитки удовольствия. Поэтому все праздничные застолья проходили под звон бокалов, наполненных газировкой. Этих ферментов не было только у нас с отцом. Но мама всегда поддерживала нашу трезвую компанию, когда мы хотели сообразить на троих.

Водка появилась в холодильнике ещё зимой, когда Римма Алексеевна, узнав о моём ларингите, посоветовала делать компрессы. Я выплеснула остатки в стакан. Ровно треть. Как её пить? На помощь пришёл навороченный телефон, реагирующий на голос. Я приблизила его к губам. «Как пить водку?» В интернете было несколько рецептов коктейлей, но, в основном, русский национальный напиток вливали внутрь чистым. Тяжело вздохнув, я подняла стакан.

— Прощай Василий! Я буду помнить тебя всегда. Ты был лучшим мужчиной в моей жизни, да что там, лучшим? Ты был единственным.

Мелкими глотками, краснея и задыхаясь, превозмогая тошноту и противную горечь, я проглотила-таки грамм пятьдесят мерзкого пойла и забегала по кухне, пытаясь найти то, что можно сунуть в рот, дабы погасить огонь, сжигавший меня изнутри. На глаза попался пучок кинзы. Пойдёт. Медленно пережёвывая душистые листики, я развалилась на кухонном диванчике, прислушиваясь к новым ощущениям. Тепло разливалось по телу, перед глазами медленно кружилась пустая бутылка вместе со столом. Встать на ноги получилось не сразу. Я решила добраться до кровати, а, если не выйдет, хотя бы до дивана в зале и отключиться. Пройдя по стеночке, я добрела до своей обшарпанной гостиной и решила передохнуть. Взгляд упал на аквариум. Марфа печально смотрела на меня сквозь плотное стекло, понуро опустив плавники. Я снова разрыдалась.

— Остались мы с тобой вдвоём, рыбка. Нет больше Васеньки.

Скалярия беззвучно открывала рот, но я была не настолько пьяна, чтобы понять её мысли на данную тему. Пошатнувшись, я упала на диван и отключилась.

Никогда не видела таких ярких снов. Раймона пробралась в моё подсознание и принялась трясти перед носом указательным пальцем с длинным нарощенным когтем.

— Ищи Василия! Жизни без него тебе не будет! И лучше выпей ещё, для храбрости.

Я проснулась и вздрогнула. Одиннадцать вечера. Видимо, папа ошибся. Ферменты, расщепляющие алкоголь, в моём организме присутствовали. Во всяком случае, мышечная координация и ясность ума частично вернулись, а вместе с ними и непроходимая тоска. Раймона права. Нужно выпить ещё!

Я натянула куртку и спустилась на лифте. Круглосуточный был за углом. Правда, спиртное там уже не продавали, но, если хорошо попросить Татьяну, работавшую там по ночам, выдать бутылочку, а чек пробить завтра…

Четверть часа я пыталась найти магазин. Район был новый, с совершенно одинаковыми домами. Но, то ли водка сбила мои прицелы, то ли появившаяся дорожка мимо сданной вчера девятиэтажки повлекла меня в другую сторону… В общем, я проплутала по полутёмным закоулкам и споткнулась-таки у заветной двери. Татьяна бросила единственного посетителя и кинулась ко мне.

— Аль, ты что, напилась?

Я икнула и покраснела.

— Сейчас запру тут всё и домой тебя отведу. Эй, мужчина, да выбирайте Вы скорее свой хлеб. Он весь одинаково жёсткий. Шевелитесь. Не видите, девушке плохо?

Пожилой посетитель схватил первую же буханку, кинул деньги на прилавок и поспешно удалился.

— Тань! Дай водки. Деньги завтра занесу.

Соседка вернулась за прилавок и протянула бутыль.

— Бери! Я же всё понимаю. Камеры всё равно пока не работают. Только из квартиры ни ногой. Хочешь, я тебя провожу?

Я отрицательно покачала головой.

— Доберусь. Спасибо.

Медленно и печально я поплелась обратно. Знакомая дорожка была перекопанной. Мало того, на ней валялся строительный мусор и куски арматур. Нужно идти в обход. Я же как-то попала сюда без травм? Сделав небольшой крюк, я остановилась.