Пират в любви - Барбара Картленд

— Ты вполне можешь присоединиться к его высочеству.

— Я бы не выдержал и месяца всех этих поклонов и расшаркиваний, — ответил Д'Арси. — Будь у меня выбор, я бы скорее предпочел уехать с тобой.

Лорд Сэйр усмехнулся:

— И был бы сильно разочарован. Мало того, что приходится бесконечно расшаркиваться перед местными набобами и отвешивать им поклоны, там порою чувствуешь себя крайне неуютно Увидел бы ты. в каких условиях мне приходится жить, ты бы немало удивился

— Ну уж. наверное, не к худших чем когда мы вместе служили в армии

— Это верно. — согласился лорд Сэйр — Я почти забыл о такого рода неудобствах, как маневры и форсированные марши, а также о бессмысленных разговорах в общей столовой

— В разговорах во время последнего уик-энда не больше смысла. — заметил Д'Арси Чарингтон — Чарли окончательно впал в маразм со своими старыми историями, которые он без конца повторяет с одними и теми же ужимками. Разве что принца позабавил.

— Я начинаю думать, что слишком уже стар для всей этой суеты, — сказал лорд Сэйр.

— В тридцать один год? — изумился Д'Арси. — Мой дорогой Тейдон, ты явно болен. Уж не любовью ли?

— Вот уж нет! — воскликнул лорд Сэйр. — Для вящей убедительности позволю тебе повторить: не влюблен и влюбляться не намерен.

— Большое облегчение для премьер-министра, — заметил Д'Арси Чарингтон

Лорд Сэйр вопросительно поднял брови.

— Старик панически боится потерять тебя, — пояснил Д'Арси. — Он как-то говорил моему отцу в палате лордов: «Из-за affaire de Coeur[2]я потерял больше молодых людей, чем было убито на полях сражений!»

— Твой отец может успокоить премьер-министра. Любовь совершенно не входит в мои планы, и потому никаких осложнений в моих отношениях с премьер-министром не предвидится.

— Но когда-нибудь ты все-таки женишься.

— Зачем?

— Хотя бы для того, чтобы обзавестись наследником. Должен же кто-то унаследовать всю эту гору имущества. — Д'Арси помолчал и добавил: — Я нередко думаю, что Сэйр-Хаус нуждается в хозяйке и куче детишек, чтобы выглядеть обитаемым. Дом слишком хорош в архитектурном смысле, чтобы пустовать.

— Я люблю его таким, какой он есть, — сказал лорд Сэйр. — К тому же скажи, Д'Арси, ты можешь представить меня женатым?

— Очень легко! Гертруда, например, выглядела бы великолепно в фамильных бриллиантах Сэйров.

— Поскольку мы говорим не для протокола, — ответил лорд Сэйр, — открою тебе, что на роль моей супруги Гертруда подходит меньше, чем кто бы то ни было.

— Потому что она чересчур требовательная и властная? — В голосе Д'Арси прозвучало откровенное сочувствие.

— Да, и, кроме того, сомневаюсь, что у нее есть хоть какие-то мозги. Она красива, спору нет, одна из самых красивых женщин, каких мне приходилось встречать, но не более того.

— Господи, Тейдон, чего же еще тебе надо?

— Очень многого, если говорить всерьез.

— Скажи мне.

— Ни под каким видом! Сделай я это, ты бы тотчас принялся за поиски создания, мною описанного, а найдя такое совершенство, загнал бы меня в церковь хотя бы ради того, чтобы выступить в роли шафера.

Д'Арси Чарингтон захохотал:

— Ладно, Тейдон, иди своим путем. Наслаждайся своей интеллектуальной изоляцией, но предупреждаю тебя: в старости ты почувствуешь себя очень одиноким, сидя во всей своей славе у себя в Сэйре без спутницы жизни или как там это называется.

— Я буду вполне удовлетворен обществом друзей, таких, как ты, Д'Арси, и стану крестным отцом их детям; впрочем, крестники у меня и сейчас уже есть.

— Бог мой! И что же, ты отрекся от похоти и других искушений дьявола ради них?

— Разумеется, — согласился лорд Сэйр, — но не ради себя самого! Мои крестные отец и мать, которые уже умерли, ничего не делали для меня, когда были живы.

— А ты что делаешь для своих крестников?

— Посылаю им по гинее к Рождеству и по десять гиней к конфирмации и умываю руки.

— Весьма похвально, — насмешливо произнес Д'Арси. — Но я предпочел бы видеть тебя отцом собственного сына и одной или двух хорошеньких дочек.

— Боже сохрани! — засмеялся лорд Сэйр. — Но более всего, Д'Арси, я хотел бы избежать чужих дочерей. В прошедший уик-энд герцогиня весьма прозрачно намекала, что Кэтрин была бы мне весьма подходящей супругой.

— Надеюсь, ты и мысли такой не допускаешь, — поспешил заметить Д'Арси Чарингтон.

— Почему же? Ведь тебе так хочется, чтобы я женился.

— Только не на дочери герцога! Что может быть более неприятное, чем иметь такого тестя? К тому же, насколько я могу судить, его отпрыски чем-то похожи на скаковых лошадей и невероятно скучны и пресны.

— А тебе не кажется, что все молодые девушки таковы? — спросил лорд Сэйр. — Мне по крайней мере другие не попадались.

— Почему же, кругом полным-полно привлекательных молодых девиц, — возразил Д'Арси Чарингтон. — В конце концов гадкий утенок становится прекрасным лебедем, и та же Гертруда и ей подобные когда-то были птенцами.

— И разумеется, скучными и пресными, — съязвил, в свою очередь, лорд Сэйр.

— Ладно, вернемся к этой теме, когда ты прибудешь с Востока. Вдруг к тому времени ты отдашь свое сердце какой-нибудь пленительной черноокой гурии. Кто знает?

— Кто знает? — повторил лорд Сэйр с легкой улыбкой.

Поезд подъезжал к вокзалу; Д'Арси Чарингтон погасил сигару и надел шляпу.

— Извини, Тейдон, но я выскочу, как только поезд остановится. У меня назначено очень важное свидание.

— Важное свидание? — переспросил лорд Сэйр. — С мужчиной или с женщиной?

— С мужчиной, да к тому же управляющим банком.

— А эта персона куда более значительная, нежели многие другие, — усмехнулся лорд Сэйр.

— В моем случае, безусловно, — согласился Д'Арси Чарингтон. — Я не смею сообщить отцу размеры моих долгов, а управляющий, как правило, относится ко мне с пониманием.

— В таком случае желаю удачи! Надеюсь увидеть тебя нынче вечером в Мальборо-Хаусе.

— Да, принц пригласил меня. Может быть, там будет весело.

— А скучно станет, можем оттуда еще кое-куда заехать, — предложил лорд Сэйр. — Мне есть с кем попрощаться, ведь я отбываю на несколько месяцев.

Друг ответил понимающей улыбкой.

— Я уверен, что мадам Аспанали встретит нас с распростертыми объятиями, — сказал он. — Слышал я, что к ней доставили из Парижа новых очаровательных, хотя и не слишком невинных голубок.