Непристойное предложение - Жаклин Бэрд

Кэти решительно встала, сбросила белье и, завернувшись в плед, отправилась в ванную. Она не допустит позора отца, для спасения «Мелдентон Чайна» она пойдет на все, даже если для этого придется стать любовницей Джейка.

Гордо выпрямив спину, она скинула плед, включила воду и встала под душ. В конце концов ей, может, удастся каким-то образом перехитрить Джейка, кто знает. К тому же у нее есть собственные деньги, а стоит ей позвонить в Париж Клоду, как она снова сможет вернуться в шоу-бизнес, надо только заручиться поддержкой какого-нибудь банка, готового дать ей солидную сумму под залог ее будущих доходов в качестве топ-модели Лины Лоренс.

Она вышла из ванной и обозрела содержимое платяного шкафа. Все давно перевезено в новую квартиру, здесь остался только норковый жакет, подаренный отцом, который она так ни разу и не надела, да еще пара платьев.

Выбрав более скромное, желтовато-зеленое шелковое платье, мягко подчеркивающее изгибы фигуры, она принялась одеваться. Оправила тонкую ткань юбки и уселась за столик. Через пять минут длинные белокурые волосы были аккуратно уложены, на лицо нанесено немного декоративной косметики. Бросив последний взгляд в зеркало, Кэти поспешила в кабинет.

Утром Джейк застал ее врасплох. От неожиданности она позабыла главное правило делового мира: читай все, включая напечатанное мелким шрифтом. Перед сегодняшней встречей она ознакомилась с отчетом по «Мелдентон Чайна», проигнорировав имущественные права компании.

То, что она услышала от Джейка, потрясло Кэти, нанесло сокрушительный удар по ее самолюбию. Теперь она владеет собой и не допустит больше ошибок.

Усевшись за отцовский стол, Кэти пододвинула к себе телефонный аппарат.

– Здравствуй, Клод. – На отличном французском она объяснила другу, чего от него ждет. Ей срочно нужен новый контракт, на как можно более выгодных условиях, и пусть Клод найдет для нее столько заказов, сколько сможет. Ответа от него она ожидает сегодня.

Положив трубку, Кэти задумалась; ясный чистый лоб омрачился. Клод обещал сделать все, что в его силах, правда, оговорился, что не очень уверен в успехе, учитывая названные ею темпы. Но он обязательно сегодня же перезвонит.

Кэти раскрыла портфель и достала пачку документов. Двумя часами позже в кабинет вошла экономка миссис Томас. Кэти подняла голову, моргая уставшими от долгого чтения глазами.

– Простите, мисс, я хотела спросить, останетесь ли вы к обеду.

– Да, останусь, – улыбнулась Кэти. Миссис Томас не так давно заменила их прежнюю экономку, и с тех пор отец не переставал нахваливать ее хозяйственные и кулинарные способности. По его словам, ему страшно повезло, что она, овдовев, едва ей исполнилось пятьдесят, попала к нему на службу. Да и сама миссис Томас была благодарна ему за то, что он предоставил ей работу и жилье.

Кэти устало вздохнула. Изучив документацию, она сомневалась теперь, будет ли в ближайшем будущем у рабочих их компании крыша над головой. Дела оказались в более плачевном состоянии, чем она предполагала, но фирму все же можно было спасти, вложив в нее все сбережения Кэти и остатки отцовского капитала.

За обедом Кэти почти ни до чего не дотронулась, зато успела поделиться с отцом своими планами.

– Понимаешь, па, на наши общие деньги и на то, что я заработаю в течение следующих двух лет, мы прекрасно продержимся. И дела на рынке недвижимости обязательно поправятся, вот увидишь.

– Кэти, милая моя Кэти, я недостоин такой дочери. Ты готова отдать мне свои деньги, готова всем пожертвовать…

– Это все ерунда, па, – оборвала его Кэти. – Самое главное сейчас – это наша компания. – Он только что пришел в себя, и ей не хотелось, чтобы он снова впадал в сентиментальность.

– Все равно, Кэти, это не выход из положения. У меня не такое большое состояние.

– Но ведь дед оставил тебе море денег!

– Верно, оставил, но Моника оказалась слишком дорогостоящей женой. Вилла в Испании, яхта в Средиземном море, обслуживающий ее персонал, меха, драгоценности… Я исполнял любые ее прихоти. Нельзя, конечно, целиком винить одну только Монику, и моя вина в том есть. Я рискованно играл на бирже…

– О, нет! – воскликнула Кэти, заранее догадываясь, что последует за этим признанием.

– Несколько лет назад наступила расплата. Мое состояние за одну ночь уменьшилось наполовину, а в прошлом году бракоразводный процесс совсем выбил почву из-под моих ног. Я собрал все свои сбережения, но этого все равно не хватило, и мне пришлось отдать Монике половину акций в счет алиментов на содержание.

Кэти охнула от негодования, но его это не остановило.

– Тогда мне казалось, что все средства хороши, лишь бы избавиться от этой женщины, да и риск был минимальный. Мой адвокат добился того, что Моника на два года лишалась права перепродажи акций, а мне предоставлялось преимущество при их выкупе. На бумаге это все так здорово выглядело! Казалось, за два года я с огромной выгодой успею продать квартиры в обоих домах, выкуплю у нее акции и по-прежнему останусь главой фирмы. К сожалению, я не смог предусмотреть грядущего обвала на рынке недвижимости.

Кэти слушала отца с замиранием сердца. Обе его жены, каждая по-своему, разрушили его жизнь, а она, его единственная дочь, ничем ему не помогла.

Зазвонил телефон, и Кэти приободрилась. Встала из-за стола, вышла в холл, взяла трубку. Это был Клод.

– Добрый вечер, Клод, – ответила она на его приветствие. Последовала длинная сбивчивая речь, в процессе которой лицо Кэти все больше мрачнело. Она не слышала, как отворилась дверь, и когда сильные загорелые пальцы сомкнулись на ее запястье, она подпрыгнула от неожиданности. – О, Джейк!

Забрав у нее трубку, Джейк быстро произнес:

– Спасибо за звонок, Клод. Спокойной ночи.

– Что ты делаешь? Я же разговаривала! Это важный для меня звонок, – прошипела Кэти, как только обрела дар речи.

– Клод тебе не поможет, Кэти, – отрывисто сказал Джейк.

Кэти посмотрела в глаза, полные спокойной уверенности в себе. Да, он прав, Клод не может помочь: по какой-то причине он отказался возобновить контракт. Но как об этом узнал Джейк? Он что, ясновидец?

– Клод был не только моим антрепренером, он мой хороший друг. Какого черта ты врываешься в этот дом? Кто тебе дал право прерывать мои разговоры с друзьями? – гневно выпалила Кэти.

– Никуда я не врывался, милая Кэти. Добрая женщина, ваша экономка, открыла дверь и любезно проводила меня сюда. Что же касается Кло-о-да, – это имя он протянул с насмешкой, – осмелюсь предположить, что ваша дружба только что закончилась, как это ни прискорбно.

– Ерунда, – коротко откликнулась Кэти. Он еще будет советовать ей, кого выбирать в друзья! Но в глаза ему посмотреть она не смогла, взгляд скользнул по его фигуре.

Как он прекрасно выглядит, беспомощно думала Кэти. Одет, как всегда, с элегантной небрежностью, унаследованной от итальянских предков. На плечи накинут легкий темно-синий плащ, спускающийся ниже колен, под плащом строгий смокинг и безупречно белая сорочка, на шее темно-бордовая пышная бабочка. На любом другом такая бабочка выглядела бы женоподобно, но на Джейке была великолепна.