Я и беременный босс - Айрин Лакс

Филипп не стал пререкаться. Я нарочно медленным шагом решила прогуляться до отеля. Злорадствуя над тем, как временами лицо Филиппа искажается от страдания. Я же в мужском теле не испытывала и десятой доли его мук.

В отеле он попытался вручить мне этот мерзкий букет. Здесь нас уже никто не видел и не подслушивал, поэтому можно было и пошуметь. Филипп настойчиво пытался вручить мне букет, бормоча извинения. Я швырнула букет на пол.

— Кроссворды, как орешки, щёлкаешь, а до элементарного догадаться не можешь? Если у моего тела разболелась голова от аромата лилий, значит, я терпеть не могу эти цветы. Нюхай их сам!.. Кретин!

Филипп оторопел на мгновение. Но потом решил избавиться от букета. Пока он пристраивал букет в хорошие руки или просто относил на мусорку, я разделась, решив расслабиться… Я достала своё любимое полотенце из чемодана. Нежно-сиреневого цвета.

В ванной уже журчала вода. Огромная шапка пены росла на глазах. Я разожгла свечки и поставила их всюду, куда только можно. Филипп молчал, наблюдая за моими приготовлениями, но не вытерпел, увидев ведёрко мороженого у меня в руках.

— Это обязательно? Я не ем сладкое!

— Теперь ешь! — рявкнула я и удалилась в ванную.

Вода в ванной была горячей. Сначала я по привычке едва ли не выкрутила вентиль холодной воды до упора. Но потом вспомнила, что беременность и все её примочки теперь легли на плечи начальника.

Поэтому залезла в горячую воду и начала лопать мороженое.

Через несколько минут в дверь ванной постучал Филипп и решил зайти. Сначала я всполошилась, прикрывая рукой грудь. Но мужская грудь Филиппа была размером «минус один», поэтому я расслабилась. Всё, что было ниже груди, прикрывало шапкой пены.

Да и мне было всё равно, увидит ли босс свой член.

Главное, чтобы на моё тело сильно не пялился.

— Извини, — сказал Филипп, прислонившись к стене. — Похоже, что я здорово налажал. Везде, где только можно.

Я гордо вздёрнула нос и зачерпнула ложкой мороженое. Но, по правде говоря, это была уже десятая ложка мороженого. И она никак не хотела в меня залезать.

Похоже, что босс на самом деле не ел сладкое. Филипп категорически не переваривал его в таких количествах. Пришлось отставить ведёрко с мороженым в сторону.

— Если не против, можем прогуляться. После того, как ты отдохнёшь, разумеется. Менты посоветовали пельменную, говорят, там подают домашнюю еду, — предложил Фил. — Простую, но вкусную. Согласна?

— Пельменная, — фыркнула я. — Самое романтичное место, куда меня приглашали.

— Если хочешь, свожу тебя в тот гадюшник, где отравился я сам. Цены высокие, обстановка помпезная… К тому же в этом захолустье, пельменная, похоже, единственное место, где можно перекусить без вреда для здоровья.

Я молчала.

— Неля. По возвращении я организую тебе поход в полноценный СПА и компенсирую ущерб…. Не знаю чем, но компенсирую. Всё, что пожелаешь.

— Верни мне моё тело, изверг.

— Вот об этом мы как раз и подумаем. После того, как поужинаем…

Я обиженно дула губы на Филиппа. Я пыталась понять, за что мне это наказание в виде тела босса? Но мысли, как назло, разбегались в разные стороны. И ужасно сильно хотелось есть. Поэтому я приняла предложение босса.

Не мудрствуя лукаво, создатели чудесной пельменной назвали её «Пельмеш’ок». Обстановка внутри была довольно простой, но пахло вкусно. Как у мамы на кухне. Готовили на самом деле домашнюю еду. Так что я с удовольствием ела пельмени и салат.

— Не ешь столько, — посоветовала я боссу, глядя, как он уминает пельмени.

— Я голодный, — отозвался он. — Первый раз за эти два дня ем что-то нормальное…

В пельменной стоял гул голосов, поэтому можно было довольно спокойно переговариваться, сидя друг напротив друга за маленьким столиком.

— Что мы будем делать?

— Надо разобраться, как и почему это произошло, — резонно заметил босс. — Решим проблему и вернёмся… Возвращаться в таком виде…

Филипп сокрушённо покачал головой и задумался.

— Где же я мог так налажать?

— Да везде! — ответила я. — Ты — самый несносный и вредный босс. А временами, откровенный самодур. Единственное, я не могу понять, почему Вселенная решила наказать тебя, а пострадала при этом я? Я и мой Царевич.

Босс погонял вилкой пельмешку по тарелке, быстро взглянул на меня. Но, кажется, сказал он совсем не то, что хотел сказать. Я-то знаю, какое выражение лица у меня бывает в такие моменты.

— Царь — это прозвище ласковое? — поинтересовался босс.

— Нет. Так будут звать моего сына, — спокойно ответила я, откусывая блинчик с творогом.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍