Водитель для дочери - Елена Сокол

Всё как-то изменилось. Что именно — сразу и не скажешь. Но было ощущение, что всё.

Мысли путались.

Ксюша, как и полагается, собиралась утром второпях. Тетрадки и карандаши упрямо валились из рук, телефон так и остался не заряженным, юбка куда-то пропала. «Ах, вот же она!» Висела все это время на стуле. Прямо у нее под носом. И почему она ее не увидела?

Хм.

Да, в общем-то, честно говоря, и неудивительно. Всё это время она думала о чем угодно, только не о том, о чем нужно. А если конкретнее — о ровных, круглых пяточках нового водителя и о его господи-как-бы-не-ослепнуть потрясающем теле. Неужели, мужчины с такой фигурой существовали где-то, кроме спортивных журналов?

Еще как существовали. И она сама вчера видела. Своими глазами.

И стоило только вспомнить плоский, твердый пресс с выступающими под кожей кубиками, как во рту снова пересыхало. О чем это она? Ах, да, о юбке. Какой юбке? Той, что все это время висела у нее под носом. На стуле. Каком стуле?

«О. Боже. Мой»…

Ксения поспешно натянула юбку, заправила под нее край рубашки и уставилась в зеркало.

«Да что с тобой? Приди уже в себя! Витаешь в каких-то облаках!»

«Ты должна думать о Стасе. Вот сейчас. Прямо в этот самый момент. О его милой мордашке, о его широкой улыбке, об уверенной походке с вызывающей ленцой. Думать о вашем поцелуе, в конце-то концов!»

А она не могла.

Не проходило и десяти секунд, как мысли снова переключались на Влада. На эти его спортивные штаны, еле держащиеся на узких бедрах и почти не оставляющие простора для воображения! На маленькие твердые соски на широкой мощной груди, на стальные мускулы на руках, на снисходительную ухмылку, говорящую о том, что он видел ее насквозь.

Ну, и дела…

Да ведь она впервые думала о ком-то, как о мужчине. Не о детских играх «ты на меня посмотрел, я тебе улыбнулась», а о реальном желании, о реальном интересе к противоположному полу.

— И как теперь выкинуть тебя из головы? — Ошарашенно спросила она у самой себя, медленно оседая на кровать.

— Ксюнечка, ты опаздываешь, — напомнила Наталья, стучась в ее дверь.

— Ага. Иду…

Тонкие колготки, следом удобные лоферы, волосы в низкую косу, немного прозрачного блеска на губы.

Она оглядывала свое отражение в зеркале придирчивее обычного. Отыскивала все новые и новые недостатки. И находила. Потратила еще минут десять на то, чтобы причесать и подчеркнуть тенями бровки, привести в порядок и накрасить ресницы, поправить непослушные волосы. Вытащила из прически пару прядей и оставила так, чтобы они свисали к лицу. Небрежность вроде как добавляла ей сексуальности.

Почему ее, вообще, теперь так беспокоила собственная сексуальность?

Злясь на саму себя, Ксюша спустилась вниз.

— А ты, я смотрю, не торопишься. — Не смогла промолчать Надя, едва завидела девушку.

— А ты, я смотрю, опять набрала пару килограмм. — Парировала Ксюша, направляясь к двери.

Она просто не могла не съязвить той в ответ.

— Да как ты… — чуть не задохнулась мачеха, бросаясь к зеркалу.

Девушка довольно улыбнулась и вышла на крыльцо. Она ощущала удовлетворение от сказанного Наденьке. Это было ее маленькой местью за то, что мачеха вчера флиртовала с ее водителем.

«Так. Стоп. Опять мысли вернулись к нему. Почему?».

— Доброе утро. — Его взгляд смеялся.

Парень выглядел свежим и бодрым. Этот костюм определенно добавлял ему привлекательности и стати.

Влад открыл дверцу, приглашая ее присесть.

Ксюша ощущала необыкновенное волнение под его взглядом. Ей должно было быть все равно, что этот тип о ней думал, и как на нее смотрел. Но девушка почему-то очень хотела видеть в его взгляде восхищение. Ей очень хотелось нравиться Владу. Почему — сама не понимала.

— Когда это оно стало добрым? — Проворчала она, спускаясь по ступеням и довольно замечая, что его взгляд скользит по ее стройным ногам.

— Что? Плохо спалось? — Усмехнулся Влад.