Клуб Одиноких Сердец - Рэдклифф

— Не нужно ничего объяснять, — сказала Рэйли.

— Джулия, моя бывшая позвонила, когда я выходила из дома. Я и так разозлилась на нее, и теперь подумала об Энди… просто слишком много эмоций. Лиз выдохнула и повернулась к Рэйли. — Я понимаю, мы с тобой так мало знакомы, но у меня правда есть причины…

— Лиз, — перебила ее Рэйли, ее лицо выражало неожиданную нежность. — Нет ничего странного в том, чтобы расстраиваться из-за того, что твоя сестра в самом центре этой проклятой войны. Или из-за того, что твоя бывшая позвонила с утра в субботу и вывела тебя из равновесия. Это вполне весомая причина, чтобы плакать… или ругаться.

Лиз улыбнулась, и момент, который был подходящим для тяжелых разговоров, закончился. Ей на самом деле не хотелось говорить о Джулии, а если бы она сказала о ребенке, ей пришлось бы выложить всю эту историю. Ей захотелось быть свободной хотя бы какое-то время. Свободной от Джулии и от своих ошибок. Свободной от боли, засевшей в ее сердце. А Рэйли так замечательно поднимала ей настроение. Что плохого в том, чтобы почувствовать себя свободной хотя бы на несколько часов?

— Ты права. Ты хочешь есть?

— Умираю от голода. Я с утра пробежала пару миль, а потом съела только половинку черствого шоколадного батончика.

— Не могла заснуть? — Лиз снова вернулась на дорогу.

— Да, бессонная ночь, — небрежно ответила Рэйли.

— Это не из-за пива, ведь ты же выпила всего две или три бутылки.

— Это на две больше, чем я должна была, учитывая то, что я не ужинала.

— Тогда неудивительно, что ты такая голодная.

Лиз повернула к парковке рядом с закусочной. Блестящая алюминиевая конструкция напоминала фюзеляж самолета, только без крыльев, даже овальные окна были как у самолета.

— Ты из тех трудоголиков, которые забывают позаботиться о себе?

— В общем-то нет. Но я не откажусь, если ты предложишь мне немного любви и заботы.

Лиз ничего не ответила, потому что не была уверена, как воспринимать эти слова. В закусочной было шумно и многолюдно, но они нашли последний столик у окна. К несчастью, кондиционеры работали плохо, и жара вместе с запахом, оставшимся от вчерашней жареной еды, вызвали у Лиз небольшую тошноту. Тем не менее, она не собиралась сдаваться.

— Кофе и «специальный завтрак», — сказала Рэйли официантке, которая сразу же подошла к их столику.

— Пожалуйста, воду со льдом, яичницу и тосты, — добавила Лиз. Она откинулась на спинку стула и подумала, что можно сказать что-нибудь ни к чему не обязывающее и не значительное. Но ничего рядом с Рэйли не казалось ей незначительным. — Так почему ты не спала?

Рэйли посмотрела на нее, видимо, решая, отвечать на этот вопрос или нет.

— Ты можешь ответить мне, что это не мое дело, я не обижусь, — тихо сказала Лиз. — Потому что это и правда не мое дело.

— Воспоминания.

Лиз изучала глаза Рэйли, пытаясь понять, что спросить дальше. Она умела мягко расспрашивать людей, но сейчас было очень важно сделать все правильно.

— Как ее звали?

— Энни.

— Она была ирландка?

Рэйли кивнула.

— Правда, не такая рыжая, как ты. Волосы у нее были светлее, а глаза, наоборот, темнее.

— Ты сказала, это было довольно давно. — Лиз заметила Это сравнение. Неужели Рэйли думала о ней и сравнивала ее с Энни? Если так, было бы интересно узнать, к каким выводам она пришла.

— Да, почти пять лет назад.

Лиз вслушивалась в тембр ее голоса, пытаясь понять, насколько Рэйли больно вспоминать об этом. Она слышала сожаление, но не горе. Она также не слышала в голосе Рэйли нежелания говорить, но ей все-таки не хотелось бередить ее старые раны.

— Это был несчастный случай?

Рэйли подождала, пока официантка расставит напитки, и взяла чашку кофе обеими руками.

— Нет. У нее был удар. Аневризма.

— О Боже. Это ужасно.

— Да. — Рэйли вздрогнула, как будто стряхивая воспоминания, потом криво улыбнулась. — Извини, не очень приятный разговор для завтрака. Спасибо, что ты спросила.

— И ты прости меня. — Рана больше не кровоточит, подумала Лиз, но и не затянулась до конца.

— Энни было примерно столько же, сколько тебе, когда она умерла. Она была на девять лет старше меня.

— Значит, — Лиз провела подсчет, — тебе сейчас тридцать один.

— Правильно.

— Примерно такая же разница в возрасте, как у нас с Кэндис.

— Вы с ней встречались? — спросила Рэйли, уничтожая свой завтрак. — Или… до сих пор?

— Боже мой, нет, — быстро сказала Лиз. — В смысле, да, мы встречались, но больше не встречаемся.

— Мне просто стало интересно. Она, кажется, готова за тебя шею перегрызть.

— Кэндис, Бренда и я дружим уже много лет. Они мне так же близки, как и сестра, может быть, даже ближе, потому что я люблю Энди, но не понимаю ее.

— Твоя сестра лесби?

— Да. Но она одинока и, в общем-то, никогда ни с кем не встречалась.

— Может быть, это из-за ее профессии.

— Отчасти да. — Лиз надкусила тост, и отставила недоеденную яичницу подальше. С желудком было все в порядке, но аппетит пропал. — Мои родители развелись, когда нам было по четырнадцать, и мы жили по полгода у мамы и полгода у папы. Мне кажется, из-за этого ее не привлекают отношения.

— Но на тебя это не повлияло, — утвердительно сказала Рэйли, отодвигая свою пустую тарелку.

— Ну, я стараюсь, — печально засмеялась Лиз. — Но пока у меня не очень получается.

— Как я уже сказала, — проворчала Рэйли, — Джулия идиотка.

— Точно, — улыбнулась Лиз. — Ты отлично влияешь на мою самооценку.

— А ты — на мою игру. Так что все честно.

— А когда будет следующая?

— Завтра днем.

Воздух сразу наполнился вопросами, и Лиз отчаянно пыталась найти ответы. Было ли это приглашение? Действительно ли Рэйли флиртует с ней, или ее сердце все еще принадлежит прошлому? И, что еще более важно, не притворяюсь ли я, что мой интерес к ней ничего не значит? Не вру ли я себе, как врала по поводу того, что происходило с Джулией последние месяцы?

— Нужна команда поддержки? — спросила Лиз, пока внутренний голос не успел отговорить ее.

— Да, — сразу ответила Рэйли.

— Хорошо, — ответила Лиз, обрадованная предвкушением чего-то, чего ей давно не хватало, плюнув на то, что все ее вопросы остались без ответа.