Суженая - Аврора Майер

Молча выслушивала его речь и всё ждала, когда он, убедившись, что я не режу себе вены и не вытаскиваю на улицу его плазму, чтобы продать барыгам, уйдёт. Он, напротив, сел за стол, потирая глаза.

— Может, чайку? — заботливо предложил он и поставил чайник.

Всё-таки он таким и остался, приторно правильным мальчиком. Меня от таких тошнило. С детства мне его ставили в пример. Но сейчас я ему была благодарна, что вытащил из такой задницы. Хотя, может, было бы и лучше, если… Отогнала мрачные мысли прочь и вернулась к плову.

Мы сидели в абсолютной тишине. Марк пил чай, я ела плов руками из кастрюли. Минут через пятнадцать он сказал:

— Ну ладно, я пошёл спать.

Встал и ушёл так же тихо и неожиданно, как пришёл. Может, он лунатик?

За ним пошла и я.

Проснувшись в следующий раз в двенадцать часов дня, я будто выспалась за всю жизнь. И наконец-то чувствовала себя относительно неплохо.

Комната была просторной, большой и светлой. Обставлена в классическом стиле и почему-то мне напоминала общагу колледжа. Не хотелось выходить. Здесь я чувствовала себя защищённой и отгороженной от внешнего мира. Но конечно, не очень вежливо злоупотреблять гостеприимством хозяина. И хоть он прямо мне не указывает на дверь, сомневаюсь, что рад соседке. Поэтому я принялась собирать свои вещи. Принимать душ в чужом доме не хотелось, пожалуй, потерплю минут тридцать до дома.

— Вышла из комнаты и прямиком направилась к выходу. В гостиной сидел Марк.

— Привет. Ты куда?

— Привет. Спасибо за всё. Я домой.

Он встал и подошёл со встревоженным взглядом.

— Ты уверена? Хочешь, поживи здесь, сколько тебе нужно.

— Всё нормально.

— Ну, смотри. Ты там больше не…

Он так и не закончил фразу, а я уже была на улице. Не хотелось слышать окончание. Да, сама знаю, я конченый человек, но напоминать постоянно об этом не нужно.

Светило вовсю солнце. Воздух наполнял лёгкие свежим воздухом, хотелось заменить им весь мрак в душе. Если бы это было так легко… Надела солнцезащитные очки, чтобы отгородиться от внешнего мира, и отправилась в свою квартиру.

Приехала домой. Как только пересекла порог, словно по волшебству, захотелось выть и рвать на себе волосы. Опять то же самое. Дома был беспорядок, такой же, как в моей душе. И я не представляла, что мне здесь сейчас делать? С чего начать новую жизнь? Или всё же покончить со старой? Последняя мысль не понравилась, она свидетельствовала о том, что берусь вновь за своё. Что делать? Хватит ли мне сил побороть саму себя? Можно было пойти к матери, но у неё там, как всегда, всё ванильно-розово и наверняка отирается какой-нибудь новый бойфренд моего возраста. Ей, в общем, не до меня. Да и вряд ли она меня поймёт. А я ей и не буду всё рассказывать. Слишком сложно.

Походила, побродила по комнате. Выбежала прочь, пока руки вновь не нашли клочок бумажки с номером дилера. И тогда всё пойдёт по кругу. Ну я же не тупая безвольная дура? Вопрос в пустоту, и, скорее, на него ответ утвердительный. И всё же я не дура. И где-то глубоко во мне живёт очень сильное стремление к жизни. Зачем мне это, я ещё не разобралась. Но точно знаю, неправильно лишать себя жизни.

Бежала прочь. Пелена застилала глаза. Сама не помню, как оказалась у двери Марка. Позвонила. Он открыл. Не удивился. И просто сказал:

— Можешь жить сколько хочешь, ты мне не помешаешь.

Я вошла и без всяких разговоров ушла в «свою» комнату.

В гостевой чувствовала себя, словно в крепости, где меня никому не достать, а живой человек за дверью сдерживал от глупостей. В присутствии постороннего я не позволю себе лишнего и не доведу опять до суицида. Когда-нибудь скажу ему большое человеческое спасибо. Когда станет чуть получше и я приду в себя. Динамика есть, но пока всё ещё очень плохо. Я жутко нестабильна.