Розовые очки - Наталия Доманчук

Катя повернулась к сыщику спиной, чтобы он не видел ее слез, а Марк их почувствовал сразу:

— Катюша, прости. Послушай меня…

А сам не знал, что сказать. Что делать? Что ему сейчас делать?

— Я и так вчера вела себя как истеричная баба, сегодня просто боялась тебя добить своей глупостью… — она тихо всхлипнула.

К ней подошел сотрудник пляжа и на итальянском сообщил, что пляж закрыт и она должна его покинуть.

Марк зарычал. Он давно не чувствовал себя таким бессильным и бесполезным. Стал вспоминать, есть ли у него знакомые в Италии, хоть кто-то? Может, позвонить Владимиру? Нет, надо решать сейчас, времени на звонки нет. Может, вызвать полицию?

Катя вытерла слезы. Она вспомнила, как еще недавно хотела умереть. Может, так, с запозданием, сбываются ее мечты?

— Ладно, Марк. Все ок. Я пойду…

— Куда ты, мать твою, пойдешь??? — заорал он.

Совсем башню снесло, он так громко крикнул, что в его кабинет ворвались два охранника. Он отмахнулся от них, а они увидели, что он говорит по телефону, и закрыли за собой дверь.

Марк редко кричал на кого-то. За всю жизнь это было всего несколько раз. Даже если его разрывало внутри, он умел себя держать в руках, за считанные секунды успокаивался и после говорил тихо, почти шепотом. Подчиненные знали, чем тише его голос, тем сильней его злость.

— Подойди к нему и дай ему трубку, — приказал он почти шепотом.

— Что? — не поняла Катя.

— Иди к нему, к этому сыщику, передай ему свой телефон и скажи, что с ним хотят поговорить. Иди. Быстро!

Марк как-то вмиг собрался мыслями и понял, что делать.

Катя взяла в руки рюкзачок, закинула на плечо мокрое полотенце и направилась к мужику в хлопковых брюках. Марк слышал, как она говорит ему:

— С вами хотят поговорить.

Сыщик взял телефон в руки и поднес к уху.

— Ты меня хорошо слышишь? — спросил Марк.

Мужчина кашлянул.

— Если с нее упадет хоть один волосок, я тебя урою своими же руками, понял? У меня есть твое фото, и я тебя из-под земли достану. Ты меня слышишь?

Сыщик молчал, только испуганно смотрел на Катю.

— Кто тебя послал? — опять заорал Марк.

Мужчина сглотнул и ответил:

— Марк Борисович, простите, это ваш сын меня послал найти эту девушку.

Марк облегченно выдохнул:

— Скинь мне свой телефон, наберу тебя через полчаса. А сейчас проводи девушку до машины и следуй за ней до отеля. Все понятно? Дальнейшие инструкции дам позже. Вперед!

— Все понял! Все сделаю! — и вернул Кате телефон.

— Он тебя проведет, не бойся, иди, телефон не отключай, я жду, пока ты дойдешь до машины, хорошо?

— Да.

— Умница. Иди.

Только сейчас его стало чуть отпускать. Марк плюхнулся в кожаное кресло и прислушался к звукам в телефоне: как Катя долго поднимается по ступенькам. Но подъем действительно протяженный, и вот уже наконец она открывает дверцу автомобиля и садится за руль.

— Все, я еду в отель?

— Да, Катюш. Напиши мне сразу. Прям сразу, хорошо?

— Обязательно.

Она не помнила, как доехала, все было на автомате, и даже мыслей никаких в этой дороге не было. Припарковала свой маленький автомобиль возле отеля. Агент ехал за ней всю дорогу, но она его уже не боялась. Когда она направилась к зданию, увидела, что сыщик заглушил мотор, но из машины не вышел.

Катя вошла в свой номер и написала Марку:

«В гостинице».

«Отлично. Отдыхай».

А он набрал Владимира и рассказал ему про сына, который нанял ищейку, чтобы следить за Катей:

— Скорей всего, это делает один из твоих сыщиков, он знает меня. Наведи порядок в своем отделении, я тебя очень прошу. И сыну моему объясни сам, что так дела не делаются. Он тебя лучше послушает…

— Хорошо, Марк, сейчас все решу. Сам как?

— Нормально.

— Тогда до встречи. Наберу!

Катя, как зашла в номер, бросила телефон на кровать и пошла набирать ванну.

Пока та наполнялась, Катя смотрела на себя в зеркало, и слезы опять текли по щекам. Кто-то должен перекрыть этот краник! Сколько можно реветь?

Но она не могла остановиться.

Именно в такие моменты, когда понимаешь, что жизнь твоя ничего не стоит, хочется жить. Даже если до этого мечтала сдохнуть. После таких переживаний открывается второе дыхание, и появляется непреодолимое желание вдохнуть полной грудью и сделать то, чего боялась.

И еще в таких ситуациях проясняется главное. И Катя поняла это — у нее есть только он. Марк. Больше никого.

Она пролежала в ванне больше часа, отмокая, смывая с себя этот липкий пот ужаса и животный страх за свою никчемную жизнь…

Затем обмоталась полотенцем и в нем же плюхнулась в постель. Телефон разрывался: куча сообщений и двадцать семь звонков от Марка.

Может что-то случилось?

Катя даже не успела просмотреть, что он ей писал, как раздался звонок.

— Да, Марк, — еле слышно произнесла она.

— Где ты? — грозно пробурчал он.

— Принимала ванну. Сейчас в постели.

Он тяжело дышал, хотя, когда услышал ее голос, его стало отпускать. А до этого он целый час себе представлял черт знает что. Она зашла в отель? И почему она не отвечает? Куда она пошла? А вдруг за ней кто-то другой следит? И напал на нее. В отеле? Бред. Но почему тогда она не отвечает? Где она?

И вот такие вопросы и рассуждения целый час.

— Почему телефон не взяла с собой?

— В ванную?

Он кашлянул. Ему было стыдно. Вел себя как ревнивый, глупый мальчишка.

— Я испугался за тебя, — уже хриплым голосом сказал он.

Катя очень устала. А сейчас была просто разбита. Он признается ей в любви? Или это просто забота? Зачем он это говорит? Ведь это так больно слышать и знать, что им не быть вместе!

— Ложись спать, — почти приказ.

— Спокойной ночи.

Она отключила телефон, коснулась головой подушки и сразу уснула.