Сердца трёх - Лана Алвин

Просыпаюсь я оттого, что Ник легонько тормошит меня за плечо.

— Просыпайся, Лена, прилетели.

Открываю глаза, потягиваюсь и улыбаюсь. Смотрю в иллюминатор. Ах, какая красота! Улетали, когда была зима, а вернулись — солнышко светит, небо чистое и голубое. Только не совсем понятно, почему вокруг маленькие самолёты. Ведь если мы в международном аэропорту, здесь должны быть огромные лайнеры. Разве нет? Всматриваюсь пристальнее.

Странно. Вижу здание аэровокзала, только оно какое маленькое. И на флагштоке флаг нерусский. Полосы на нем не горизонтальные, а вертикальные. Причем слева направо идут зеленая, белая и красная. Мы что, до России не долетели? Поворачиваю голову к Наде. Та тоже ничего понять не может. Сидит и плечами пожимает.

— Ник, скажите, а где мы?

Он улыбается ещё шире.

— Вы же сами мечтали, Лена, увидеть Италию. Вот, ваша мечта сегодня начала сбываться.

У меня дар речи пропал.

— Мы… в Италии? Это что, шутка какая-то?

— Нет, — отвечает Ник. — Абсолютно. Мы на маленьком аэродроме для частных самолётов, и я готов устроить для вас несколько незабываемых дней в этой чудесной солнечной стране с древней историей, множеством памятников и шикарными, не побоюсь этого слова, пейзажами. Уж не говоря о винах, картинах и прочих радостях.

Хлопаю глазами, перевожу взгляд на подругу. Та в не меньшем шоке от услышанного.

— Что же вы, дамы? Неужели не рады? — говорит Ник. — Вставайте, поехали наслаждаться жизнью!

— Но у меня работа, — подает робкий голос Надя.

— И что? Хотите, я дам вам спутниковый телефон, вы позвоните своему начальству и договоритесь.

— Боюсь, не получится. Если я завтра не выйду, то меня уволят.

— И что же вы предлагаете?

Смотрю на подругу взглядом умоляющего котика из мультфильма «Шрек». Та видит мой взгляд, но остаётся неумолима.

— Простите, — говорит, — но я правда должна вернуться.

— Неужели вам не хочется Италию посмотреть? Хотя бы одним глазком? — хитрит Ник, прекрасно зная: стоит нам из самолёта выйти, как мы тут можем и на несколько дней застрять.

— Хочется. Но я не могу, — Надя отвечает не упрямо, а скорее принципиально.

Знаю в ней эту черту. Как упрется — трактором не сдвинешь.

— Ну, а вы, Лена? Тоже хотите домой, в снег и холод?

— Не хочу.

Надя смотрит на меня расширенными глазами.

— Вы не оставите нас на пять минут? — предлагаю Нику. Тот кивает и удаляется в соседний отсек. Закрывает дверь.

— Ты совсем рехнулась? Содержанкой богатого мужика решила стать? — шипит на меня Надя.

— Ничего я не решила. Просто хочу Италию посмотреть, — отвечаю. — Это же мечта всей моей жизни. Ты не понимаешь?

— Я тебя не понимаю. Мы с тобой, между прочим, не шалавы какие-нибудь, а приличные девушки. Если ты хочешь изменить своим принципам и стать содержанкой, то я ничего против не имею. Оставайся, пусть он тебя катает. Только помни: кто девушку кормит, тот её и танцует. Так же хочешь, да?

Задумываюсь. Даже губу прикусила почти до боли. Конечно, Надя во многом права. Вот так взять и решиться, оставшись с Ником в чужой стране, фактически без собственных денег, — верх безрассудства. Но все то время, что мы провели рядом, он вёл себя, хотя и иронично, порой даже слишком, но оставался джентльменом. Не пытался лезть ко мне с приставаниями, руки не распускал. Потому мне и теперь кажется… да я практически уверена, что и здесь, в солнечной стране, всё у нас будет хорошо. То есть он покажет мне местные красоты, и это будет чисто дружеская увеселительная поездка.

Свои мысли сообщаю Наде. Она крутит пальцем у виска:

— Не знала, что ты такая романтичная дурочка, Лена. Но знаешь что? Я тебя дольше отговаривать не стану. Если ты хочешь жизнь себе испортить — пожалуйста. Но смотри, не прогадай. Если он тебя тут поматросит и бросит одну, то… эх, глупая ты! Помогу, конечно. Чем смогу. Так что вот мой номер, — она достала из сумочки блокнот, написала, вырвала и протянула мне листок. — Звони, когда припечёт.