Давай будем друзьями - Татьяна Новикова

Спросите, как я планировала рожать, если не хотела даже целоваться с парнями?

Видимо, без поцелуев.

Я жалею подругу следующие тридцать минут, попутно отбирая у неё то бутылку с коньяком, то бутылку шампанского, то какой-то жуткий вздутый пакет домашнего вина. Всякий раз, уходя за новой заначкой, Марина произносит:

– Ща кое-что покажу, – и я уже понимаю, что показанное придется убирать куда подальше.

Да откуда в квартире столько пойла?!

А потом меня спасает звонок. Счастливая Катюшка даже не может членораздельно прокричать о помолвке. Она издает что-то типа: «А-а-а-ау-у-уа-а-а-да-а-а!!!», и мне приходится расшифровывать каждый звук.

– Пусть приезжает, – заплетающимся языком произносит Марина. – За это надо выпить. За это и за моё разбитое сердце.

Вскоре Катька вваливается в квартиру со звенящим пакетом наперевес. Она собирается хвастаться (хоть и без кольца, но предложение сделано), Маринка – жаловаться. Самое время оставить их наедине с алкоголем.

– Ну, вы тут развлекайтесь, – решаюсь я, когда подружки открывают бутылку шампанского. – Мне пора идти.

– Куда? – в один голос.

Да черт его знает.

– Надо добить курсовую, – бормочу я, завязывая шнурки и вылетая из квартиры быстрее, чем неугомонные алкоголички начнут смешивать коктейль «Северное сияние» из водки и шампанского.

Уже на улице, подставив лицо слабому осеннему ветерку, от которого ещё не веет холодами, понимаю, что до чертиков хочу набрать номер Кострова. Друзья могут звонить друг другу?

– Привет, – улыбаюсь, когда он отвечает хрипловатым «слушаю». – У тебя есть планы на сегодняшний вечер?

– Что хочешь предложить? – спрашивает скорее с предвкушением, чем с опаской.

– Пока ещё не решила, но тебе могут понадобиться презервативы.

– А ты умеешь убеждать, детка, – хмыкает Денис, а я с горечью понимаю, что хочу быть для него не «деткой», а Оксаной.

Впрочем, а на что я рассчитывала?

Сама приняла правила игры в друзей.

***

Как понять, что свидание пошло не по плану? Вы сидите на кухне, пьете чай и между вами нет напряжения. Никакого. А ещё тебе хочется взвыть от скуки.

Поэтому звонок в домофон становится спасением.

Пришел!

Сердце стучит где-то в пятках. Во рту пересыхает, и в горле скребется ком.

Он пришел за мной…

– Кто? – спрашивает Эдик в домофон.

Он невысокий, но крепкий. Всё, что должно быть у красивого парня, в достатке: широкие плечи, большие руки, квадратный подбородок. История прозаична. Мы познакомились в метро, а на первое свидание он позвал меня… к себе домой.

О чем вы подумали?

А вот и не за этим. Эдик приглашает меня, чтобы показать коллекцию автографов футболистов и… весь вечер показывал эту чертову коллекцию. Расписанные футболки и постеры, мяч, блокноты. В какой-то момент мне кажется, что я нахожусь в музее, потому что трогать вещи категорически запрещается.

– Кто? – повторяет Эдик.

– Доставка пиццы, – раздается веселый голос.

– Я не заказывал.

– А я доставил. Всё оплачено, друг, бери и ешь.

Эдик пожимает плечами, но поддается. И это становится его роковой ошибкой, потому что никакой пиццы не существует. Есть только человек-неприятность по имени Денис Костров. Он приезжает на лифте, смотрит вначале на меня, затем на Эдика. Тяжело вздыхает и говорит:

– Так вот на кого-то меня променяла.

– В смысле, променяла? – хозяин квартиры оборачивается на меня, а я изображаю милую улыбку.

– Я вызываю тебя на дуэль, – добавляет Костров, закатав рукава, причем лицо его при этом мрачнеет, а в глазах появляется тьма.

– Эй, какая дуэль?.. Я её второй раз в жизни вижу, – сглатывает Эдик и пятится.

– Тем более! – бушует Костров. – Она ушла от меня к тому, кого видит второй раз в жизни. Бросила наших детей!

– Детей? – ошалело спрашивает меня хозяин квартиры.

– Детей, – с сомнением соглашаюсь я.

– Троих, – добавляет Денис важным тоном.

Сцена затягивается, а лицо Эдика – вытягивается.

– Кажется, мне пора идти.

Я хватаю с порога кроссовки и выхожу в общий коридор, а мой горе-кавалер от греха подальше захлопывает дверь. Весь вид его выражает: «Ну вас в баню, многодетная семейка».

Лифт закрывается за нашими спинами. Всё, можно выдохнуть.

– Ты меня спас, – смеюсь, чмокнув Дениса в щеку.

– Я же твой друг, – отвечает с мрачной улыбкой и притягивает меня так близко, что вскипает кровь.

Ага, друг.

Который ворвался в мою жизнь и перевернул её с ног на голову.

Иногда мне кажется: лучше бы я не знала Дениса Кострова. Не обжигалась об его кожу. Не думала о нем бессонными ночами.

Было бы проще.

Мы встречаемся уже несколько недель.

Наверное, правильно назвать это свободными отношениями. Я сплю только с Денисом, но периодически пытаюсь ходить на свидания, чтобы выветрить его из головы. Настойчиво ищу приключения на пятую точку. Знакомлюсь в транспорте. Проблема в том, что ни один парень даже близко не сравнится с Костровым.

С кем спит Денис, не подозреваю и спрашивать не хочу. Мы не лезем в чувства друг друга. Но если я пишу «выручай», Костров приезжает и вытаскивает меня из лап очередного недо-самца.

Я специально пытаюсь преломить эту реальность, изменить правила игры. Найти того самого, с кем смогу забыться.

Не получается.

Черт возьми, не получается.

Никак.

Денис Костров просто существует, как существует и наша связь.

Наша дружба.

Наше проклятие длиной в несколько недель…

***

Я не хожу на бои Дениса, но иногда жду его возле клуба после них. Это похоже на ритуал. Раз уж я жду, он обязан выйти на своих двоих. Живой и невредимый. Впрочем, ни разу ещё не было такого, чтобы Кострова выносили под руки и кидали в меня со словами: «Не в этот раз, друг». Он всегда одерживает победу.

Всегда.

И это нешуточно пугает.

Кажется, что беспроигрышная полоса закончится, и поражение окажется фатальным. Но Денис в драках, как и в сексе, выкладывается на все сто. Не обдумывает, не планирует, не боится. Живет страстью.

Я стою, опершись локтем о крышу его машины, и подставляю лицом лучам ноябрьского солнца. Ноги в тонких колготках занемели, но надеть на «свидание» с Денисом теплые джинсы не позволяет чувство прекрасного.