Беги - они уже близко - Стелла Камерон

— Вижу, тебе хорошо знакомо слово «амбиции». — Паула опустила глаза. — Извини. Это было нескромно с моей стороны. Как долго ты пробудешь в Амстердаме?

Интересно, она спросила, потому что это интересно ей или кому-то еще? Например, Бенно с радостью воспринял желание Кристофа догнать Паулу и не стал его удерживать.

— Пока не знаю. А ты?

Его не так просто заманить в ловушку.

— Мы же уже решили, что я останусь здесь навсегда. Тебе надо завершить дела?

Кристоф старался контролировать каждое свое движение, каждое слово. Все-таки ее кто-то неплохо проинструктировал.

— Я приехал просто так, без особой цели.

— А ты большую часть времени проводишь в Цюрихе или… просто ездишь по разным странам без особых целей?

— Все зависит от работы.

В любое другое время он, возможно, с удовольствием принял бы такую словесную игру, но сейчас его это раздражало. Кристоф должен все выяснить о ее отце и не отклоняться от темы.

— Когда твой отец умер, ты стала сама заниматься делами? Тебе это нравилось?

Паула открыла было рот, но отвернулась. Кристоф успел заметить, как по лицу пробежала тень.

— Я была не одна, — пробормотала Паула так тихо, что Кристоф едва расслышал.

— Скучаешь по отцу?

— Очень сильно. Порой это просто невыносимо.

Довольно мучить человека бесконечными вопросами.

— Не боишься, что здесь ты можешь узнать то, что причинит еще немало боли?

— Например? — Паула резко повернулась и буквально впилась в него взглядом. — Папа очень любил этот город. Что здесь плохого?

— Иногда обстоятельства выше нас. — Теперь Кристоф отвернулся, не выдержав ее взгляда. Разговор совсем измотал его, но не принес никакой полезной информации.

Перед ними сидела пара и целовалась. Кристоф посмотрел на красивую длинную шею женщины, на ее слегка опущенные ресницы и опустил глаза. Он убрал руку с сиденья за спиной Паулы и, нагнувшись, уперся локтями в колени. Господи, почему он пытается сесть так, чтобы Паула не могла увидеть целующуюся парочку? Что с ним происходит?

Бедро коснулось ноги Паулы, и Кристоф почувствовал, как она напряглась, однако не отодвинулась. Он взглянул на девушку. Ее лицо было грустным, казалось, она полностью поглощена своими мыслями. Гид что-то говорил о достопримечательностях, но Кристоф его не слушал. Паула тоже не производила впечатления человека, заинтересованного архитектурой и историей Амстердама. Они сидели рядом, но были далеки друг от друга.

— Похоже, нам не о чем поговорить, — сказал Кристоф, когда пауза стала невыносимо долгой. — Ты чувствуешь себя со мной неуютно. Я понял это еще за ужином.

— Ты… не прав. Просто у меня не большой опыт общения. Не знаю, о чем говорят люди во время приемов.

Кристоф внимательно изучал ее лицо. Он хотел верить в то, во что не имел права верить. Прежде всего его должно интересовать расследование дела Колей, все остальное отходит на второй план.

— Если ты хочешь увидеть цветочный рынок, надо выйти на следующей остановке.

— С удовольствием, — кивнула Паула. — Я была там днем, но очень хочу побывать вечером, при свете огней.

— Ты любишь красивые вещи, верно?

— Да, — ответила девушка, слегка покраснев.

Лицо Паулы было так близко, Кристоф почувствовал, что она смотрит на его губы, и не знал, радоваться или огорчаться, что катер уже причалил к пристани и надо было выходить.

Они сошли на берег на противоположном от рынка берегу. На улице было многолюдно, в воздухе витали разнообразные ароматы: индонезийских специй, лодочного топлива и, наконец, нескончаемые запахи всевозможных цветов.

— Не уходи далеко, можешь потеряться. — Кристоф положил руку Пауле на талию. Ей было так хорошо, так спокойно рядом с ним. Черт, не надо забывать, что долг превыше всего. — Расскажи мне что-нибудь. О живописи, театре, музыке, о чем хочешь. Только не молчи. Я начинаю нервничать.

Паула остановилась:

— Ты? Нервничать? Да что ты, Кристоф.

Ветер распахнул полы пиджака, накинутого девушке на плечи. Кристоф не смог удержаться и впился глазами в грудь Паулы, красиво подчеркнутую легким шелковым платьем. В будущем надо избегать дел, в которых замешана красивая женщина.

— Ну, может, нервничаю и не совсем подходящее слово. — Кристоф чувствовал себя глупым мальчишкой. — Расскажи что-нибудь, — едва смог вымолвить он.

Паула на минуту задумалась.

— Я люблю музыку, особенно джаз. Люблю танцевать. Доволен? Думаю, ты ненавидишь и то и другое.

Кристоф заразительно рассмеялся. Его веселило, когда она высказывала свою точку зрения и затем принимала бойцовскую стойку, готовая выслушивать аргументы против и защищаться.

— Что смешного? — Лицо ее было напряженным.

Кристоф повел Паулу к мосту, ведущему в сторону рынка.

— Ты. — Взглянув на ее сосредоточенное выражение лица, он опять засмеялся. — Для скрытной, даже замкнутой женщины ты слишком раздражительна и вспыльчива. С чего ты взяла, что я ненавижу джаз? А танцевать я очень люблю. Особенно с тобой. — Кристоф не ожидал, что может произнести такую фразу. Нет, это был не Кристоф Сен-Джайлс, который всегда думал, прежде чем сказать.

Паула посмотрела на него с подозрением. Это откровение совсем не вязалось с ее представлением о Кристофе.

— Какой чудный аромат цветов! — сказал Кристоф, немного запинаясь.

— Я чувствую только отвратительный запах канала, — с вызовом ответила Паула.

Он едва подавил усмешку. Паула ему нравилась, очень нравилась, и это вызывало совсем неоднозначные чувства.

— Что ж, каждый видит то, что хочет увидеть. Лично я ощущаю запахи цветов.

Впереди сверкал и переливался огнями цветочный рынок Амстердама. Ничто не могло испортить Кристофу настроение. Сегодня он будет замечать только все хорошее и наслаждаться жизнью.

Многочисленные прохожие задевали Паулу плечами, подталкивая ее все ближе к Кристофу, хотя она и старалась держаться подальше.

— Интересно, жители этого города когда-нибудь спят? — спросила она, устав от постоянной борьбы.

— Нет, если могут это не делать. — Кристоф сжал ее руку. — К такому красивому платью просто необходимо приколоть цветок. Чтобы подчеркнуть его цвет. Как он называется?

Паула нахмурилась, но затем весело и как-то по-детски улыбнулась.

— Не знаю, думаю, аквамарин.

— Мне кажется, тебе пойдут твои любимые камни. — Его взгляд затуманился.

О чем он думает?

— Так какие цветы ты любишь? — спохватился Кристоф.

Паула почувствовала, что ей передались его задор и хорошее настроение. Кроме того, опустившийся на город вечер придавал всему происходящему необъяснимое очарование.