Эксперимент - Теодора Игнатова

Илья покашливал в кулак, сдерживая смех, Богдан выпрямился и не ответил подруге, только нервно глянув на неё.

— Вернуть ничего не хочешь? — голос Богдана сел.

Алекса пристально и откровенно его рассматривала с полуулыбкой на лице. А внутри бушевала злость, злость на него, на всех. А он красивый и даже интересен… Но враг! Оборвала себя Никольская. Два неприятных чувства, сожаление и злость ожесточенно боролись, принося душевные мучения. Что это с ней сегодня? Сама не своя и душа не на месте…

— А ты попроси, — полушёпотом Алекса, наклоняясь к нему.

А он красавчик, снова пронеслось в голове и эта овца ему совсем не подходит, слишком обыденна для него. Оценила Никольская Богдана и его подружку.

— Обычно такой разговорчивый, а сейчас язык проглотил.

— Тебя выпороть надо, — так же полушепотом Богдан, наклоняясь к Алексе.

— А ты попробуй, — смотря на его губы. Чуть потянись и можно коснуться. Он проглотил слова от её томного взгляда, которые готовы были слететь ещё секунду назад. Алекса резко отодвинулась от него, швырнула на стол ключи, — забирай и больше мне не попадайся. Уродец!

Встала и пошла на поиски туалета, чувствовала себя очень нехорошо. Не было сил разыгрывать задуманный спектакль до конца. Самочувствие её ухудшалось с каждой минутой. Тело начинало знобить, на ходу одела жакет, но это не согревало, холод шёл изнутри. Уходя она не слышала ржания Ильи, шипение спутницы Богдана и полупьяные философские изречения любителя водки. Богдан провожал её глазами обернувшись, до тех пор, пока она не затерялась среди людей. Ответил невпопад спутнице и сорвался с места вслед за Алексой. Алёна, перепугавшись решимости Богдана, пыталась последовать за ним, но Илья удержал. Убедив, что сейчас бить он Алексу уж точно не намерен, а он его знает ни один год. Алёне не понравился пошлый тон Ильи, её разрывало на две части между Ильей и переживанием за подругу.

Алекса найдя туалет, почти дошла до заветной двери, как её с силой припечатали к стене. От удара воздух со стоном вылетел из легких, поплыло перед глазами. Она моргнула, слегка тряхнув головой. Перед лицом чернющие глаза Богдана. Красивый… В который раз подумалось Алексе. А она уж думала не побежит следом, все-таки побежал… Да как всегда не вовремя. Как всегда всё испортил.

— Что за новая игра? Заиграться не боишься? — прошипел Богдан, придвигаясь ближе, полностью нарушая её личное пространство.

От его близости стало трудно дышать, она чувствовала теперь уже знакомый парфюм и тёплое запыхавшееся дыхание на своём лице. Слишком близко. Щеки полыхнули румянцем. Воздух вокруг них потрескивал от разрядов электричества бегающих по коже.

— Я ничего не боюсь, — попыталась его отпихнуть, он поддался лишь на секунду и сразу же обеими руками обнял за талию крепко прижимая к себе.

Никольская ахнув, беспомощно уперлась руками ему в грудь. Она тысячи раз могла сейчас применить к нему тысячи приемов, но растерялась настолько, что ни сделала ничего и даже запаниковала, оказавшись прижатой к огромному телу Богдана. Задрав голову чтобы смотреть ему в глаза зашипела:

— Ты меня с кем-то путаешь, не на ту лапы распускаешь.

— А мне кажется именно на ту. Не ты ли так жаловалась на свидание, что я испортил. Желание девушки закон, завершаю свидание по всем правилам, — промурлыкал жарко Богдан наклоняясь к ней.

Сердце девчонки неслось, как бешеное, руки чувствовали напряженные мышцы груди парня, в которые она упиралась, пытаясь увеличить между ними расстояние. Горячая кожа жгла ладони через тонкую ткань футболки. А в глазах Богдана горело торжество. Вот она, растерянная и смущенная мужской близостью. Обычная маленькая девочка и румянец на щеках, такую её невозможно обидеть, только защищать. Вот кто прячется под шкуркой колючего злого ёжика, маленькая девочка.

— Жалуется на свидание твоя овца, которая сейчас, как я думаю, визжит на весь клуб, — тяжело дыша прорычала "маленькая девочка".

— Я кажется уже говорил, думать тебе совсем не идёт, — сжал он её сильнее, наслаждаясь ароматом духов, провел кончиком носа по виску.

— Тебе кажется, тебе всегда кажется и глючит тебя по страшному.

— Детка, да ты ревнуешь, — расцвёл улыбкой Богдан.

— Такого уродца как ты? Да и было бы к кому, — голос уже заметно дрожал.

Алекса вырывалась изо всех сил, уже во всю брыкаясь в панике, в не от страха, а от собственных ощущений.

— Лапы убери урод! — рычала Никольская, чуть не визжа от беспомощности.

Богдан несильно ухватил её за волосы на затылке и потянул, запрокидывая голову назад.

— Я предупреждал, что язык вырву? — голос сочился ядом.

Никольская в упор посмотрела на него, впервые почувствовав настоящую угрозу. И сразу же пришла в себя, сосредоточилась и рассмотрела сто один способ, как вырваться из его рук и ударить побольнее. Но у Богдана были другие планы. Он притянул за волосы к себе приближая лицо и резко припал к губам. Все мысли из головы Алексы вылетели мгновенно, голова закружилась. Разряд прошел через всё тело, поражая до глубины души. Он уже не тянул за волосы, а бережно обнимал обеими руками, поглаживая пальцами. Целовал настолько нежно, одновременно и напористо, что она отдалась поцелую с головой. Пропустив тот момент, когда стала отвечать с не меньшим желанием целовать. Оторвавшись от губ, переведя дыхание посмотрел ей в глаза. Как не боролся с собой, но он поцеловал эту мелкую нахалку. Собирался конечно же сделать совсем не это, или как раз именно это.

— Понравилось? — сбивчиво спросила Никольская, обретя дар речи. А внутри всё перевернулось.

— Да, — севшим голосом ответил Богдан и смотрел в её лицо так, будто любуется и сейчас продолжит то, что прервал и даже потянулся к ней снова.

Её тело сжигал жар, в голове лёгкий туман, но мозг уже работал на все сто процентов. Дурман рассеился

— А мне нет, — неожиданно для него прорычала Никольская и применила чётко отработанный бросок через плечо, к которому готовилась пока оба приходили в себя после поцелуя.

Парень не ожидавший подставы, рухнул с грохотом на пол. Она злостно пнула его ногой, пытаясь попасть по рёбрам, это было её ошибкой. Он перехватил ногу с опасным каблуком и дёрнул на себя. Она упала, приземлившись на пятую точку, но ногу сразу же выдернула, только туфля осталась в руке Богдана и этой же ногой ударила изо всех сил в лицо. Не любуясь на результат, и не дожидаясь ответного удара, сорвалась с пола, скидывая вторую туфлю по пути. Пронеслась по клубу, будто за ней сам чёрт гонится, расталкивая посетителей на своём пути, и выбежала на