Денежный мешок - Мари Мишель

– Какой простор! Какое раздолье! Ты один тут живешь? – звучал ее голос простодушно удивленной интонацией.

– Недавно перевез кое-какие свои вещи. Еще не обжился, – не искажая правды скромно ответил молодой человек.

– Бильярдный стол. Домашнее казино. Гольф. Кинотеатр. Качели! У тебя можно зависнуть! – умилилась Полина и присела на качели, покачаться.

– Эффект будет лучше, если открыть балконную дверь, – предложил ей Максим.

– Можно, – согласилась танцовщица.

Сдвинув балконную дверцу в сторону, Макс качнул Полину посильнее. Она взмыла ввысь, куда-то в бескрайний космос и не долетев до космоса, вернулась обратно в комнату и снова полетела ввысь, лишь касаясь ногами вселенной, возвращалась законом притяжения. И так раз десять, пока маятник качелей не перестал раскачиваться и не остановился в исходном положении.

– Ну как? – спросил Макс.

– Легко и воздушно, как в детстве, – заразительно улыбнулась она.

Максим понимающе кивнул:

– Пойдем на верхний этаж. Посмотришь, что там, – предложил он и потянул ее за руку к деревянной лестнице. Она повиновалась и стала за ним подниматься.

Максим вдохновенно представил ей свой пентхаус:

– Тут кухня, тут гардеробная, тут гостиная, тут ванная, тут туалет, а тут спальня, – и распахнул дверь в спальную комнату, подведя к кровати.

– Удобная, – одобрила Полина, плюхнувшись на кровать и немного попрыгав на ней.

Макс приблизился, присев около ее ног. Близкая Полина казалась ему родной и, с молчаливым изумлением он любовался ею. Кожа как дорогая порча, пропитанная молочной клубникой и томным ароматом – пачули, – звучала.

От окутанной сладкой аурой и пеленой афродизиака у него кружилась голова.

– Ты чудесная! – негромко вымолвил он, с перехваченным дыханием и по велению души его руки прикоснулись к ее стопам переходя выше и выше, потихоньку направляя их вверх. Сердцебиение Макса усиливалось, и он не мог больше сдерживать себя.

Полина притянула его к себе, и их губы сомкнулись в поцелуе, после чего Макс метеором скинул с себя последнюю одежду.

Волшебную усладу испытали они этой ночью, что захватила их в эротическом танце закручивая в тонкие грани любви и не отпускала до пяти утра, заснув потом в нежных объятиях друг друга.

34

На сегодня репертуар неба такой: – утром моросящий дождь, днем мерцающее знойное солнце, а вечером ночь в ретуши, слившийся с горизонтом как одно целое.

Фараончик был не в духе, зол и голоден, он чувствовал себя униженным и разбитым. У него ломило тело и болела каждая косточка. За ночь он ни на минуту не смог сомкнуть своих глаз. Полночи и полутра он просидел в «обезьяннике» со всякого рода отбросами общества, к которым он себя никак не относил. А что с гостями, он не знал. Их развезли по разным полицейским отделениям и сидеть им придется теперь ох как долго, если не откупятся немаленькой суммой.

За Фараончиком приезжал сам Леопольд, у которого был доступ к сейфу с наличными и единственный из всех сотрудников, кому доверял сам босс.

– Кошмар! – орал Фараончик, с убийственно холодным взглядом. – Эти гады посадили меня в бомжатник, где воняло ржавой тиной! – Ну и ночку я провел! – громко возмущался он, сильно раздосадованный. – Я найду того, кто нас сдал, и ему не повезет! – пригрозил босс и косо посмотрел на Леопольда.

– Нет. Нет! – отрицал все Леопольд, с глазами полными огненного страха, присыпанные пеплом. – Вы же знаете, я не мог. Я верен вам и предан! – отводил он от себя любые подозрения.

– Бар закрыт! Кофе мне и никого не впускать! – скомандовал Фараончик, и по его лицу прошла леденящая тень.

– Да, босс! Одну минуту, – ответил Леопольд, уже мчавшись к входной двери, чтобы передать вышибалу, что «Птичий остров» закрыт. Но с улицы успел зайти инспектор Госпожнадзора.

– Закрыто! – воспротивился было Леопольд, оторопело.

– Будете дерзить, будете месяц закрыты! – серьезно произнес важный, суровый гражданин в форме.

За ним заскочил коренастый пристав, который тут же начал суетливо что-то писать в протоколе.

– Почему же это? – осмелился поинтересоваться Леопольд, закусив толстую губу.

– Старший инспектор Госпожнадзора, Кириллов, – ответил инспектор не мешкая и ткнул в лицо Леопольда своим удостоверением. – Проверка пожарной безопасности! Будете препятствовать? – вопросительно уставился он на Леопольда. – Алексей Викторович, записывайте:

– Осмотру помещения препятствуют.

– Помечаю в протоколе, – откликнулся Алексей Викторович: – «препятствуют».

– Нет, не надо никаких протоколов. Мы не препятствуем. Заходите, милости просим, – взмолился Леопольд, улыбнувшись снисходительно.

– Хорошее начало, но милости не просим и взяток не берем, – смягчился одобрительно инспектор.

Мужчины прошли вглубь бара.

– Так, давайте по порядку. Где у вас огнетушители?

– Огнетушители? – задумался Леопольд, почесав свой затылок.

В этот момент со своего места сорвался Фараончик:

– Леопольд, я же тебя предупредил, что бар закрыт! Кто это?

– Не кипятитесь, мужчина! Старший инспектор Госпожнадзора, Кириллов! – представился инспектор непогрешимо. – А вы кто, представьтесь, пожалуйста!

– Я владелец, – гордо сказал Фараончик, выставив свой длинный нос на показ.

– Вы-то нам и нужны, – подловил его инспектор, с каменным лицом. – Пройдемте-ка, осмотрим состояние вашего помещения. Кто ответственный за безопасность? А? – спросил инспектор, уставившись с кусающейся твердостью на владельца бара «Птичий остров».

Фараончик замешкался и стал вспоминать, кто же у него ответственный.

– Ответственный – администратор, конечно! – сообразил босс, на кого переложить всю ответственность.

Леопольд от ужаса выкатил глаза. Его огромное сердце закручинилось, проявляясь негодующими пятнами на лице.

– Хорошо. Приступим. В любом случае Вы тоже с нами, – указал инспектор владельцу, не отступаясь. – Давайте посмотрим, что у вас тут есть. План эвакуации отсутствует!? – подвергал их нешуточному испытанию Госпожнадзор, спрашивая в лоб.

Леопольд пожал плечами, тая в поту на глазах, беззвучно шевеля губами, как у рыбы-кит.

– Огнетушители и паспорта на них? Пожарные щиты? Пожарная сигнализация подключена? Протоколы замера сопротивления изоляции? – заваливал вопросами Кириллов, на которые у Леопольда не было ответа и его ноги под грузом происходящего поволочились, шаркая.

Солнце нетусклое преломлялось у окна, падая тенью на пол, а день у Фараончика был окончательно испорчен, вместе с настроением.

Старший инспектор дошел до кухни и остановился. Его нос уловил волшебный аромат неизвестного, но, судя по запаху, очень вкусного блюда. Он сглотнул слюну и зашел на кухню. Повара в белых халатах остановили работу и уставились на вошедшую в «святая святых» кухню – комиссию.

– Где проходят вентиляционный и газовый каналы? – провел Кириллов глазами по потолку и вытяжкам. – У вас плиты газовые или электрические? Акты проверки имеются на них? – с громким возбуждением рявкнул Кириллов и уставился на бестолкового Леопольда. – Замеры делали? – ответа он так не дождался. Леопольд набрал в рот морской воды.

Обойдя всю кухню по кругу, инспектор вернулся к теме:

– Значит, так: –