Супруг для леди - Элоиза Джеймс

– А мне – нет, – заявила она и, говоря правду, на мгновение даже позабыла о хрипотце в голосе. – Мне бы очень хотелось… узнать вас поближе, лорд Ардмор. Вы не возражаете, если я буду звать вас Эваном?

Вот те на! Как, скажите на милость, ей удалось запомнить его имя? Он сам практически его позабыл: столько раз за последние несколько недель его величали лордом Ардмором.

– Конечно же, – ответил он. – И мне тоже хотелось бы узнать вас поближе.

– В таком случае… почему бы нам не провести вместе некоторое время? – Этот бархатистый шепот почти гипнотизировал его, как и рука, блуждающая по его груди.

Он сглотнул.

– Конечно.

– Хорошо. – Она выпрямилась. – Я приду к вам в одиннадцать часов. – Она огляделась, собираясь встать и уйти.

– Погодите! – Он схватил ее за запястье. – Вы хотите сказать… Что вы имеете в виду, говоря, что придете ко мне?

Легкая морщинка недовольства сдвинула ее брови – он в первый раз ощутил вспышку влечения к ней.

– Я приду к вам, – старательно выговорила она. – Поскольку в настоящее время я проживаю в доме, который мне не принадлежит – хотя я намереваюсь купить дом в городе, как только я обрету независимость, – я приду к вам, а не наоборот.

– В одиннадцать часов, – повторил он.

Она кивнула – теперь с вполне деловитым видом.

– Вечера? – уточнил он.

Морщинка недовольства появилась снова.

– Разумеется. Утром я обыкновенно бываю весьма занята тем, что принимаю гостей.

– А… – Что ж, похоже, у них были разные намерения. – Я не из таких мужчин.

– Нет? – Вид у нее был изумленный.

– Нет. Видите ли, я приехал в Лондон для того, чтобы найти жену.

Теперь морщинка стала поистине свирепой. В сущности, она больше не была прелестной и угрожающе напомнила ему тетю Мардж, которая однажды разбила половину фарфорового сервиза фабрики Споуда. О голову его дяди.

– Между нами нет настоящей страсти, – мягко сказал он.

– Нет, есть! – выпалила она.

Эван бросил взгляд на вершину склона, но никто на них не смотрел. Он протянул руку и запрокинул ее голову назад, после чего, наклонившись, приблизил свои губы к ее губам и поцеловал. Это было довольно приятно, но не более. Сравнивать этот поцелуй с поцелуем ее сестры было бы кощунством.

– Видите, барышня?

Она бросила на него свирепый взгляд.

–. Если вы не хотели затащить меня в постель, то вам незачем было поднимать вокруг этого шум!

Боль в ее глазах была столь велика, что он инстинктивно положил руку ей на плечи.

– Не прикасайтесь ко мне! – выкрикнула она. – Там полно мужчин, которые более чем готовы… готовы сделать все, что я пожелаю!

– Я нисколько в этом не сомневаюсь, – сказал он, но она вырвалась из его объятий.

– Не смейте меня жалеть! – прошипела она. – Граф Мейн прекрасно мне подойдет. Он не мягкотелый шотландец. Я догадываюсь, почему вы приехали в Лондон подыскивать невесту. Потому что все мои соотечественницы прознали, что вы испытываете затруднения в спальне, не так ли? Я слышала, подобные сведения быстро распространяются.

– Слава Богу, нет, – ответил он. Но чувство тревоги росло в его груди, и он схватил ее за руку. – Вы не можете обратиться к Мейну: я встречался с ним прошлой ночью.

– Он желает меня, – сказала она, пытаясь высвободиться. – Он желает меня, а вы – нет, так что все говорит в пользу этого.

– Он слишком стар для вас. Губы ее презрительно скривились.

– Мейн едва разменял четвертый десяток. И поскольку он был обручен с моей родной сестрой, то мне все про него известно. И поверьте, во всем, что касается этого дела, он в превосходном рабочем состоянии!

– Он стар не телом, а кое-чем другим, – молвил Эван, не сомневаясь, что знает правду о Мейне. Она была написана у него на лице: мужчина не мог дожить до тридцати с лишним лет без того, чтобы в его глазах не запечатлелись следы былых прегрешений. – Мейн – мужчина, который переспал со слишком многими женщинами. Он устал.

– Ха! – воскликнула она. – Устал! Быть может, это вы оправдываете себя подобным образом, но уверяю вас, Мейн ни разу не разочаровал женщину.

– Но их было так много!

– Что ж, это будет тем приятнее для меня, – вызывающе молвила она. – Если вы не отпустите меня, то я закричу!

– В таком случае вам придется выйти за меня замуж, – сказал он, и наконец слова довольно легко слетели у него с языка. Эта бедняжка нуждалась в спасении более, чем все тонувшие котята, которых он когда-либо вытаскивал из запруды у мельницы. Она была в отчаянии. – Выходите за меня замуж, Имоджин. Выходите за меня.

Она закатила глаза.

– Я никогда не выйду за вас замуж, поэтому будьте столь любезны, выпустите мою руку.

– Нет, пока вы не пообещаете рассмотреть мое предложение.

– Ни за что. Извольте отпустить меня!

– Я отпущу вас, если вы пообещаете прийти в мои покои сегодня в одиннадцать часов вечера.

Брови ее поднялись.

– Значит, вы передумали?

– Женщина с такой силой духа стоит того, чтобы мужчина мог пересмотреть свое решение, – сказал он, надеясь, что она купится на эту чушь. Что она и сделала. Более наивной девушки он никогда не встречал. Теперь оставался лишь один вопрос: сможет ли он помешать ей самой нанести своей душе рану, от которой она никогда не оправится?

– Я приду в ваши покои, но я никогда не выйду за вас замуж, – отчетливо сказала она.

Эван выпустил ее запястье.

– Я остановился в отеле «Грийон».

Он посмотрел ей прямо в глаза и намеренно грубо сказал:

– Как вам известно, любовная связь – это не брак. Вам нет нужды приносить ночную сорочку, потому что мы, разумеется, будем спать обнаженными. И я надеюсь, ваш муж научил вас тому, как ублажать мужчину.

Румянец тронул ее бледные щеки, но он был беспощаден.

– Вы знаете, что такое кроличий поцелуй[3]? Он едва не заплакал, увидев выражение ее глаз.

– Но я готова научиться.

– Тогда скажите: «кроличий поцелуй». – Он наклонился к ней, сознавая, насколько он велик, нарочно грозно нависнув над ней. – Ну же, говорите.

– Нет.

– Вы знаете, что такое кролик?

– Нет!

– Тогда почему вы не желаете этого говорить? Давайте: «кроличий поцелуй». Скажите это. – Он придал своему голосу оттенок порочно-чувственного желания, одарив ее похотливой улыбкой вроде тех, которыми злодей из мелодрамы одаривает бедную служанку. – Кроличий поцелуй.