Прогноз погоды для двоих - Рейчел Линн Соломон

Я не смогла расстаться с Гаррисоном в октябре и не могу взять его с собой в январь, поэтому оставляю его в декабре. В новом году буду заботиться о себе – стану вести себя иначе. Разбужу свою внутреннюю королеву и начну ходить на свидания, как советуют на всех женских сайтах. Может быть, научусь не делать из каждого свидания событие и смогу спокойно (в отличие от матери) переносить одинокие пятничные вечера.

На случайных свиданиях можно не рассказывать о семье, депрессии и черных днях. В конце концов, все равно непонятно, как об этом говорить и когда. На третьем свидании?.. На седьмом?.. Перед сексом?.. Для таких откровений никогда нет подходящего момента.

Я снова устанавливаю приложение, в котором познакомилась с Гаррисоном, а когда Алекс спрашивает, смогу ли на следующей неделе навестить мать, новая версия меня отвечает: «Договорились». Я отказываюсь от приглашения встретить Новый год с его семьей и устраиваю свидание с собой, чего раньше никогда не делала: бронирую столик в своем любимом итальянском ресторанчике и качаю головой, когда официант интересуется, подойдет ли кто-нибудь еще.

Телефон я оставляю в сумке, чтобы в полной мере проникнуться атмосферой и одиночеством. Как ни странно, мне нравится. С удовольствием слушаю Синатру в исполнении струнного квартета, и никто не отвлекает меня разговорами.

Только раз я достаю телефон, пока жду следующего блюда, и обнаруживаю, что Рассел поздравил меня с Новым годом. Пишу такое же поздравление с кучей смайликов, но не сразу решаюсь отправить.

То, что у него есть дочь, меня смутило. Стыдно сказать: я прошерстила все соцсети, однако Рассел весьма благоразумно не завел себе ни одного аккаунта. Так или иначе, я уверена, что он не женат: у него нет кольца, и он ни разу не упоминал о жене. Впрочем, и о дочери-то я услышала впервые…

Я отгоняю мысли о Расселе. Меня ждет год случайных, ни к чему не обязывающих свиданий. Буду учиться жить одна и ходить в рестораны сама по себе. В подкрепление этого намерения я заказываю на десерт торт с двойным шоколадом и съедаю его подчистую.

А в первый день нового года регистрируюсь на сайте «Костко»[17] и покупаю мизинчиковые батарейки – сразу шестьдесят четыре штуки.

9. ПРОГНОЗ: ожидается мороз и теплые чувства

Начинаем мы с малого. На вечеринке в честь семидесятипятилетия гендиректора (на которую он не явился) я узнала, что Торренс и Сет – единственные в нашем коллективе пламенные поклонники морковных тортов. Торренс, скорее всего, заказала именно такой торт, потому что знала – никто другой на него не польстится.

Сразу после новогодних праздников Рассел покупает в одной из пригородных пекарен морковный торт и оставляет его на кухне. Приложенная записка гласит: «С ГОДОМ ХОРОШИХ НОВОСТЕЙ!» – и внизу мультяшный телевизор в праздничном колпачке.

– На кухне морковный торт! – сообщаю я, постучав в приоткрытую дверь Торренс, а Рассел информирует Сета. Может быть, у них улучшится настроение, когда они пообщаются за кусочком любимого торта.

На этой же неделе я выбираю в магазине самый красивый и неприхотливый суккулент. Торренс, конечно, любит растения, однако чем меньше они нуждаются в поливе, тем лучше.

Подарок выходит недешевый, но того стоит. Я заказываю доставку, не приложив карточку с именем отправителя.

– Какой милый суккулент! – замечает на следующий день Сет, и я мысленно шлю ему лучи благодарности: будь тайным отправителем он сам – и то не смог бы отреагировать лучше!

– В самом деле, – соглашается Торренс, подыскивая горшочку место на рабочем столе. Видно, что она едва сдерживает желание спросить, не от Сета ли подарок.

Проблема в том, что мы общаемся с ними недостаточно близко и потому не знаем, есть ли от нашей затеи какой-нибудь толк. Всю неделю мы обмениваемся идеями по электронной почте и эсэмэс, а к выходным на нас сваливается неожиданная удача.

* * *

Кутаясь в шарф, я осматриваю ряды сидений на стадионе в поисках Рассела. Он машет рукой, и я пробираюсь мимо зрителей, сумок и пивных стаканов, бормоча на каждом шагу: «Извините!.. Прошу прощения!..»

– Ты все-таки пришла! – улыбается Рассел. Волосы, приплюснутые вязаной шапкой, лезут ему в глаза. В отличие от меня, укутанной в пуховик, он одет гораздо легче – должно быть, привык к холоду. – Боялся, что передумаешь или заблудишься.

– Да я здесь уже была с племянниками – смотрели «Холодное сердце на льду». Звучит, конечно, как масло масляное!

Я сажусь рядом и растираю замерзшие руки в варежках. Не думала, что знакомство с миром спорта состоится так скоро, однако этот матч – прекрасная возможность узнать больше о второй стороне в битве Ливни против Ливни. У Сета есть четыре сезонных абонемента, которыми он часто делится с корреспондентами спортивного отдела, и Рассел решил воспользоваться предложением.

Для первой послепраздничной недели на стадионе неожиданно много народу. Воздух заряжен нетерпением и приправлен ароматами пересоленных закусок и свежего пива. Надо признать – это заразительно.

– Имей в виду, за упоминание мяча здесь отправляют на галерку! – предупреждает Рассел.

– Учту. А как насчет «ледяного мяча»?

– А тогда еще не забывай погромче кричать «Эдмонтон», вперед!», особенно когда вернется Сет, – усмехается Рассел.

Я подношу ладонь к виску.

– Вас понял!

Возвращается Сет в компании мужчины, которого представляет как «старинного друга Уолта». Тот с оскорбленным видом ерошит седеющие волосы.

– Ну, что скажете, Ари? – спрашивает Сет, пристраивая пивную банку в держатель. – Расс говорит, это ваш первый хоккейный матч?

– Прежде всего, очень холодно! – отвечаю я, и все посмеиваются, разводя руками. – А вообще очень интересно, спасибо, что позвали!

– Скоро вернусь, – предупреждает Рассел, и я встаю, чтобы его пропустить.

Сет тостует пивом и кивает мне с неловкой улыбкой.

– Как дела на работе?

Стандартная тема для разговора малознакомых коллег.

– Отлично, спасибо.

– Хорошо. Кстати, видел рекламный щит на Аврора-авеню. Поздравляю!

Я киваю так энергично, что едва не теряю шапку. И почему только люди считают погоду дурной темой для светской беседы?.. Куда хуже разговоры о работе с людьми, которые ничего, кроме работы, друг о друге не знают.

Возвращается Рассел, в руках – два стакана алкогольного горячего шоколада и ведерко картошки фри с чесноком, которая издает аппетитнейший аромат. Даже не знаю, кому его возвращение приносит больше облегчения – Сету или мне. Наверное, все-таки Сету: он тут же отворачивается и заводит с Уолтом разговор об одном из игроков.

– На «Холодном сердце» такого точно не было, – замечаю я, с восхищением принюхиваясь к картошке. – Ты супер! Спасибо!