Попаданка против Ведьмы в академии Дрэгонхолл 2 - Любовь Свадьбина

Как объяснила Ксанта, Дафна была завидной невестой, особенно на военной кафедре: состоятельная семья боевых драконов, полный оборот у всех родственников до седьмого колена. Молодые и дерзкие студенты не оставляли надежды впечатлить и захомутать. Увы, пока безуспешно.

Вздохнув, я вышла из тени крыльца на освещённые солнцем ступени. Двое охранников следовали за мной на небольшом расстоянии, но теперь приставленные к потенциальным жертвам хранители академии вели себя более расслабленно, чем раньше.

— Леяна, подожди! — послышалось сзади.

Я развернулась: Кара, придерживая подол платья, степенно спускалась посередине крыльца. Солнце отражалось от её до блеска приглаженных светлых волос, мерцало в камушках серёжек.

Кара была не единственной, кто внезапно изменил отношение ко мне в сторону дружелюбия, и это меня немного забавляло: я больше не лаборантка, и мой архонт сидит в камере по подозрению в убийствах, но частные тренировки с ректором Гилиеном, о которых неизвестно как узнала вся академия, и внимание со стороны Вальдеса делали меня звездой и желанной гостьей не только девичьих, но и некоторых мужских компаний — все хотят налаживать связи с архонтами.

Кара в том числе, она с удовольствием готова послушать о жизни архонтов и их делах. Охрана свободно пропустила её ко мне. Кара остановилась напротив и спросила:

— Ты сейчас на тренировку?

Я кивнула, хотя назвала бы это не тренировкой, а сессией садо-мазо, потому что программы обучения карателей, к подразделению которых относился Гилиен и его род, действительно оказались тяжелее, чем военная подготовка Рэйдана. Но и результат впечатлял, я уже чувствовала себя другим человеком с совершенно иной скоростью реакции. Впрочем, я теперь не человек, а дракон, пусть и недоделанный. И в моих глазах Ксанта, выдерживающая всё это с детства, героиня, достойная десятиметрового памятника терпению и выдержке. Может, даже двадцатиметрового.

— Я пройдусь с тобой на пару слов? — предложила Кара.

Она местами была немножко слишком вежливой.

— Мне есть что тебе сказать, — добавила она тише.

Я посмотрела на крыльцо за её спиной: студенты наблюдали за нами, но моих близких знакомых среди них не было.

— Хорошо, конечно, — согласилась я.

Десять шагов спустя Кара неловко сказала:

— Я случайно услышала разговор…

Я ожидала продолжения и гадала, попросит она в награду порекомендовать её архонтам или нет. Пока она не навязывалась, как некоторые другие студенты и даже преподаватели, и одно это делало Кару более приятной собеседницей.

— Твои тренировки очень беспокоят Фледу Сакар, — пояснила Кара. — Она опасается, что с подготовкой Палача ты победишь её на дуэли, поэтому хочет вывести тебя из строя до того, как ты станешь слишком сильной.

После всех приключений я даже не удивилась такому повороту чужой злобной мысли. Но на охрану свою оглянулась: эти хранители академии плелись за нами, как недобитые собаки, и утирали со лбов капельки пота. Бдительности во взглядах — ноль.

Я помахала рукой, привлекая их внимание:

— Меня тут убить или покалечить собираются, вы слышали?

— Слышали, — лениво отозвался первый.

— Нам студенческие козни не страшны, — заявил второй.

Я закатила глаза и понадеялась на свои защитные браслеты. У меня их теперь три: Гилиен свой вручил для полноты комплекта.

Моё внимание снова сосредоточилось на Каре. Она шла рядом шаг в шаг. Я позавидовала её причёске: из-за жары я тоже заделывала свои непослушные рыжие волосы в пучок, но у меня вылезали отдельные волоски, топорщились петухи, и пучок выглядел, словно гнездо. У Кары же волосок лежал к волоску, ни один не выбивался.

— Ты слышала, что они планировали? — спросила я.

— Я слышала что-то о том, что это будет позор для тебя, после которого ты не посмеешь высунуться из комнаты до срабатывания клейма, поглощающего магию.

— Позор как средство не допустить меня на дуэль? — с сомнением уточнила я.

Кара пожала плечами:

— Я не очень хорошо расслышала. Возможно, позор только один из элементов противодействия.

— И чем можно опозорить настолько, чтобы невозможно было пойти на дуэль? — спросила я: мало ли какие у них традиции. Может, прыщ на носу вскочил — и всё, на дуэль позорно проходить, автоматически засчитывается поражение.

Чуть сбившись с шага, Кара удивлённо посмотрела на меня. И от этого удивлённого взгляда я тоже сбилась с шага:

— Я что-то не то сказала?

Кара заморгала и отвела взгляд. Мы размеренно зашагали дальше. Кара думала, я прикидывала, стоит беспокоиться или нет. Если бы речь шла только о Фледе и Лузиро, я бы и в голову их пакости не брала, но их архонт ближе к простому народу, чем мой, в свиту свою их пускать не гнушался и точил зуб на Рэйдана, так что не исключено, что эта интрига на самом деле направлена не только на меня.

— Беременные не участвуют в дуэли, если не ошибаюсь, — неуверенно сказала Кара. — Раньше не участвовали. Я не очень в этой теме разбираюсь.

У меня в глазу появилось подозрительное напряжение, как будто предвестник нервного тика: что эти идиоты задумали?

Глава 17. Такое в местной больнице не лечится

Кара попрощалась со мной на перекрёстке к кольцевой дороге, а я в задумчивости продолжила путь к жилищу Гилиена, во дворе которого проходили тренировки.

Как ни странно, известие о заговоре Фледы не только не огорчило меня, но воодушевило: правильной дорогой иду, раз враги бояться начинают!

* * *

После тренировки мы с Ксантой обычно отмокали в источнике Гилиена. Вот и сейчас я валялась в тёплой, наполненной магией воде, а расположившаяся напротив Ксанта разглядывала красные жёсткие пупырышки на моих вытянутых руках.

Один такой пупырышек она поковыряла, я скривилась от странного ощущения и высвободила руку.

— Чешутся? — спросила Ксанта.

— Пугают, — честно ответила я.

Эти пупырышки были зачатками чешуек. Полноценно они у меня не появлялись, только такими наростами, словно я подцепила какую-то жуткую болезнь.

— Почему ты не радуешься? — в светлых глазах Ксанты мерцали отражения светильников. — Это такой прогресс в сравнении с тем, что было с самого начала…

С самого начала у меня даже пупырышков-зачатков чешуи не было. Я смотрела в ясные, полные искреннего любопытства глаза Ксанты и не могла сказать, что меня смущает внешний вид моего прогресса. Скорее бы уже полноценные чешуйки появились: даже с проплешинами чешуя будет явно симпатичнее этого ужаса.

— Они больше похожи на сыпь, чем на чешую…

«И хорошо, что Рэйдан этого уродства не видит…» — непроизвольно подумала я и ужаснулась, а