Огненный отбор - Мария Метельская

После разговора в кабинете прошло три дня. Казалось бы, какие-то трое суток, но уже был случай отравления. Невесту в тяжёлом состоянии доставили в императорский лазарет буквально вчера. Одно хорошо, виновницу нашли быстро – ею оказалась служанка, подосланная другой невестой.

Совсем не понимаю, ведь ещё только самое начало, даже фаворитки не определены. Зачем нужно идти на такие меры? Кто поймёт этих крылатых…

Вот Катриона, в отличие от меня, чувствовала себя в разы лучше. Пока я передвигалась по императорскому дворцу в амёбообразном состоянии, принцесса умудрилась передружиться со всеми иноземными избранницами. Она довольно быстро отошла после неприятных событий и с полной серьёзностью заявила, что твёрдо намерена побороться за право стать императрицей. Наш королевский цветочек уверен, что духи сохранили ей метку не просто так, а это, видите ли, судьба! И вот попробуй её переубеди. Говорить про то, что кто-то за неё просил перед прародителями, я не стала. Мало ли, начнёт выяснять, кто это, проблем создаст.

Поэтому пришлось смириться с её невероятными амбициями. Теперь вот не знаю: плакать или смеяться. Будь я всего лишь мимо проходящим наблюдателем, посмеялась бы. А так лучше поплачу, потому что тоже косвенно задействована в её планах.

От нерадостных мыслей меня отвлекло какое-то движение сбоку. Лениво скосив взгляд на садовую дорожку, я сразу же подалась вперёд.

Рейнард и Савейя. Парочка шла бок о бок, о чём-то непринуждённо беседуя. Советник не изменял себе – ледышка-ледышкой, но изредка на его лице проскакивала тень улыбки. Распорядительница тоже не изменяла себе: светилась от радости, кокетничала, что-то рассказывала, но я ничего не слышала. Окно закрыто, и, как назло, открыть его сейчас я не могу. Сразу заметят шум.

Но так интересно послушать, о чём они говорят, аж руки чешутся! Может, хотя бы пару слов про отбор обронят?

Я оперлась руками о подоконник и подтянулась ещё ближе, но пользы это не принесло.

Интересно, это просто дружеская беседа? Или беседа совсем не дружеская? Невооружённым глазом видно, что Савейе нравится Рейнард. Но взаимно ли это?

А вообще, ну их. Меня не касаются чужие отношения.

Хотя-а-а… Рейнард и Савейя. Герцог Эстанвиль и герцогиня Ла Фрейн. Придурок и стерва.

Из них определённо получится милая пара.

Словно услышав мои мысли, Рейнард резко вскинул голову наверх и посмотрел на окна.

На мои, блин, окна!

Я отлетела от подоконника как ужаленная, врезалась спиной в диван и быстро залезла на него с ногами.

Ящер глазастый. Он же не видел, да? Нет, нет, нет, нет. Он не видел. Или всё-таки увидел?

Сердце заколотилось так, что его стук был слышен в ушах. Я не заметила, как начала раскачиваться из стороны в сторону и что-то бубнить.

Может, он просто решил посмотреть наверх? Или заметил другую невесту, тоже смотревшую в окошко?

Точно, мои покои не единственные выходят в этот сад. Не мог же Рейнард мысли мои услышать, в конце концов?

– Ливи? – обеспокоенно раздалось от приоткрытой двери. – Катриона сказала, что ты у себя, но ты не отреагировала на стук. Я подумала, что-то случилось.

– Ты стучала? – Надо же, совсем ушла в себя. – Извини, я задумалась просто.

– Понимаю. Там наша принцесса тебя зовёт. Все невесты должны пройти в главную гостиную.

– Зачем?

– Говорят, объявят, в чём будет заключаться второе испытание. – Мириэль лукаво подмигнула, подзывая меня рукой. – Пошли скорее. Может, повеселеешь, а то на тебе лица нет.

И то верно. Тяжело вздохнув, я встала с дивана и пошла с эльфийкой. А что мне ещё делать остаётся? Куда Катриона, туда и я. Впрочем, всё-таки это неправильно. Я охранница, а не преданный пёс. Нужно на принцессу повесить маячок и дать защитный кулон, чтобы не бегать за ней по пятам. Кулон – как раз моя дипломная работа, над которой я корпела днями и ночами. Он уже тестировался и относительно неплохо себя показал. Осталось ещё чуть-чуть доработать, и получится прекрасное средство защиты.

До главной гостиной шла как в тумане. За подопечной заходить не пришлось, она сама сбежала с другими невестами. Видимо, оцепенение первых дней совсем спало, и к нам снова возвращалась прежняя Катриона.

– Ты из-за метки расстроилась? – прервала молчание Мириэль, увидев моё отрешённое выражение лица.

– Можно и так сказать. Это очередное доказательство того, что не стоит зарекаться раньше времени, – грустно ответила я. – Я же постоянно повторяла, что мы не задержимся на отборе, а вышло всё в точности до наоборот.

– Не расстраивайся, Ливи. Везде есть свои плюсы.

– Это уж точно. Только в Аргарионе я их никак не могу найти, – пробормотала я еле слышно. – Мириэль, скажи, когда ты узнала, что Катриона не прошла испытание, случаем, не просила у духов вернуть метку?

– Не-ет, – протянула она, странно на меня посмотрев. – В смысле, мне, безусловно, было жалко Катриону, но, если честно, я чуток опасаюсь духов. Они же общаются только с теми, в ком течёт наследная кровь. Мало ли, ещё разозлятся, если попытаюсь к ним обратиться.

Я задумалась. Значит, Мириэль не знает о возможности избранниц обращаться к драконам-прародителям… В эту тайну посвящают не всех. Как бы Рейнард не потребовал клятв о неразглашении.

Главная гостиная дворца была просторной, светлой, с панорамными окнами, широким балконом и кучей диванчиков, пуфиков, кресел, столиков… в общем – падай куда хочешь и сиди себе на здоровье. Вот только невесты так не считали.

Вид нам открылся, мягко говоря, многообещающий.

На мягких диванах друг напротив друга сидели девушки: с одной стороны драконицы, с другой иноземные невесты, в том числе и Катриона. А взгляды, которые они кидали друг на друга, определённо точно говорили, что будет гром, гроза и буря.

Не сказав ни слова, мы с Мириэль прошли к принцессе и присели рядом.

– Ливи, они такие противные! – шепнула подопечная. – Так бы и повырывала этим ящерицам тощим все их волосы.

Я выгнула в удивлении бровь и посмотрела в сторону тощих ящериц. Лбы нахмурены, челюсти сжаты, ноздри раздуваются. Почему мне кажется, что