Железный принц - Джули Кагава

Он не сводил с меня огромных, фасеточных, точно у насекомого, глаз, и медленно моргал. В них я видел сотни своих отражений. Тут он открыл рот, напоминавший бритвенное лезвие, и выдохнул:

– Я доставил тебе предупреждение, Итан Чейз.

Я подавил желание съежиться. В этом существе чувствовалось что-то очень… неправильное. Ему не место в реальном мире. Фейри, которых я когда-либо видел, даже железные, все еще считались частью нашей действительности, пусть они и скользили между этим миром и Небылью. А эта особь… словно не синхронизировалась с остальным миром, тело мерцало и расплывалось, будто ее не было здесь на самом деле. Или она не имела осязаемой формы.

Фейри поднял длинный костлявый палец и указал на меня.

– Не вмешивайся, – прошептал он. – Не принимай участия в том, что грядет. Это не твоя борьба. Нам не нужны проблемы с Железным Двором. Но если ты вмешаешься, человек, то подвергнешь риску тех, кто тебе дорог.

– Вмешаюсь куда? Кто ты такой? – мой голос прозвучал более хрипло, чем мне того хотелось. – Полагаю, ты не из Благого и не из Неблагого Дворов.

Тонкий рот фейри, похоже, дернулся в улыбке.

– Мы ничто. Мы – Забытые. Никто не помнит наших имен и что мы некогда существовали. И ты тоже, человек, должен нас забыть.

– Угу. Получается, ты выследил меня, дал о себе знать и пригрозил моей семье, чтобы после велеть забыть о вас?

Фейри отступил, скользя над землей.

– Мы предупреждаем, – повторил он и бросил к моим ногам что-то маленькое и серое. – Вот что произойдет с теми, кто вмешается, – прошептал он. – Наше возвращение только началось.

Я присел, настороженно наблюдая за фейри, и покосился на то, что валялось на земле.

Пикси. Та самая пикси, которую я видел с Тоддом, это уж точно. Хотя ее кожа потускнела, стала блекло-серой, словно из нее высосали все краски. Я медленно наклонился и приподнял ее, баюкая в ладони. Она перевернулась и моргнула, взгляд ее больших глаз был пустым, отстраненным. Пока я смотрел на пикси, крошечное тельце пошло рябью, а затем… его сдуло. Как туман на ветру. Не оставив после себя вообще ничего.

Я внезапно ощутил невероятный холод. Мне довелось увидеть, как умирали фейри: они превращались в листья, ветви, цветы, насекомых, грязь, а иногда просто исчезали. Но такого с ними не случалось никогда.

– Что ты с ней сделал? – потребовал я ответа, вскакивая на ноги.

Особь не ответила. И снова замерцала, становясь прозрачной, будто бы ей тоже грозила опасность разлететься на части от ветра. Она подняла руки и уставилась на свои пальцы, мерцавшие, как плохо настроенный телевизионный канал.

– Недостаточно, – прошептало существо и покачало головой. – Всегда недостаточно. Тем не менее это уже кое-что. Ты можешь меня видеть, говорить со мной. Это только начало. Возможно, полукровка окажется сильнее.

Особь стала ускользать.

– Мы будем наблюдать за тобой, Итан Чейз, – предупредила она и внезапно повернулась, как будто заметила что-то сбоку. – Ты ведь не хочешь, чтобы из-за тебя пострадало больше людей.

Больше людей?

«О нет», – подумал я, а затем до меня дошло, на что намекает фейри. Сперва мертвая Тисл, а теперь он упомянул полукровку. «Тодд».

– Эй! – рявкнул я, шагнув вперед. – А ну-ка стоять. Ты кто такой?!

Фейри улыбнулся и, заиграв рябью на солнце, поплыл прочь, прежде чем перемахнуть через забор и скрыться из виду. Я бы бросился в погоню, но меня привлек звук движения за трибунами, и я обернулся.

Рядом со скамейками стояла Кензи с блокнотом в руке и таращилась на меня. Судя по выражению ее лица, она слышала каждое слово.

Глава 6. Исчезнувший

Я проигнорировал Кензи и быстро зашагал через футбольное поле, не оглядываясь.

– Эй! – крикнула она, несясь за мной.

У меня голова шла кругом. «Тодд был прав, – возникла в голове мысль. – Его что-то преследовало. Черт, что это была за штука? Я никогда не видел ничего подобного».

В груди вдруг защемило. Все повторяется. Неважно, что это была за тварь, но проклятые фейри вновь желали разрушить мою жизнь и причинить боль всем вокруг меня. Необходимо найти Тодда и предупредить его. Я только лишь надеялся, что с ним все в порядке. Полукровка, конечно, действовал мне на нервы и отличался невежеством, но он не заслуживал страдать из-за меня.

– Итан! Секунду! Ты не мог бы, пожалуйста, подождать? – Мы достигли окраины поля, и Кензи ускорила шаг, чтобы преградить мне путь. – Ты скажешь, что происходит? Я слышала голоса, но никого не видела. Тебе кто-то угрожал? – Она прищурилась. – Ты ведь не занимаешься ничем незаконным?

– Кензи, убирайся отсюда, – рявкнул я. Жуткий фейри все еще мог наблюдать за нами. Или подкрадываться к Тодду. Надо избавиться от нее сию же секунду. – Просто оставь меня в покое, ладно? Я не стану давать тебе чертово интервью. Мне плевать, что ты или эта школа, или кто-либо еще думает обо мне. Включи это в свою статью.

Она сверкнула глазами.

– Парковка в другой стороне, крутой парень. Куда ты идешь?

– Никуда.

– Тогда ты не будешь возражать, если я пойду с тобой.

– Ты не пойдешь.

– Почему?

Я выругался. Кензи не сдвинулась с места, но меня не покидало странное чувство, что я могу опоздать.

– У меня нет на это времени, – проворчал я и, протиснувшись мимо нее, помчался в школу, а там по коридору в сторону библиотеки. Кензи, конечно же, следовала за мной по пятам, но больше не занимала мои мысли. Если этот мерзкий фейри доберется до Тодда и сотворит с ним то же, чему подверг пикси, вина будет лежать на мне. Опять.

Я резко ворвался в библиотеку, и библиотекарь злобно зыркнула сначала на меня, а потом и на подоспевшую сзади Кензи.

– А ну притормозите, – рявкнула она, когда мы проходили мимо стойки. Кензи пробормотала извинения, а я проигнорировал ее и сразу направился к задней секции, надеясь найти полукровку в проходе между книжными стеллажами. Пусто, пусто, парочка целуется в разделе истории, пусто. Мне становилось все тревожнее. Куда он запропастился?

– Что мы ищем? – прошептала Кензи мне в спину.

Я развернулся и уже приготовился сказать ей убираться отсюда, какими бы тщетными ни казались мои попытки спровадить ее, как вдруг нечто под окном привлекло мое внимание.

Плащ Тодда. Лежал под подоконником скомканной кучей. Я уставился на него,