Библиотека всего на свете - Хелен Рольф

Адам пододвинул ей шоколадное печенье, которым они с Заком лакомились после ужина.

Айла взяла печенье и улыбнулась Адаму. Ее голубые глаза сияли молодостью.

– Очень понравилось. Столько солнца, океан, простор…

– Прекрасная страна.

– Я слышала, вы там долго прожили?

– Там замечательные края. – Адам не стал уточнять, как он любил Мельбурн, ставший для него вторым домом. Он не разлюбил этот город – совсем наоборот, но альтернативы отъезду не было.

– Я жила в Новой Зеландии, – продолжала Айла. – Каталась на лыжах, занималась экстремальным спортом…

Адам доел свое печенье.

– Как-то не очень похоже на йогу. Мы сейчас говорим о скайдайвинге и прыжках с тарзанки?

– Об этом самом.

– Да что вы? У меня никогда не хватало смелости. Друзья пробовали, а я даже смотреть на них не мог. – Адам тихо зарычал, показывая, как невыносимо ему было. – Не по-мужски, да?

Если он что-то ненавидел, так это ощущение недостатка мужественности в себе.

– Ну, я могу сразу сказать, что в жизни больше не прыгну с тарзанки. Сущий кошмар.

– А зачем вы вообще на это решились?

Айла не успела ответить – в кухню, шаркая, приплелась Зоэ, сразу бросив хмуриться и сутулиться при виде гостьи, модной молодой женщины, составлявшей контраст с ее отцом. Адам уже заметил на щиколотке Айлы маленькую татуировку в виде якоря с крошечной надписью, которую он не мог разобрать. Пока они с Зоэ болтали, Адам поймал себя на мысли о том, есть ли у Айлы еще татуировки и в каких местах.

– Какая милая девочка! – сказала Айла, когда Зоэ ушла к себе наверх.

– Бывает и милой.

– Как они с вашим сынишкой осваиваются в Кловердейле?

– Уже успели завести друзей, чему я очень рад.

– Зак ведь дружит с Арчи, сыном Дженнифер?

– Да, они лучшие приятели. А Зоэ нашла прекрасную подругу в лице Авы, дочери Виолы.

– Я мало знаю Аву, но Виола вроде ничего.

– Кажется, они с Дженнифер когда-то были знакомы?

– Да. У них много общего – обе довольно любезные, обе ханжи… – Айла зажала рот ладонью. – Ох, вечно мой длинный язык… Я не должна говорить так о тех, с кем вы в приятельских отношениях. Вот это Дженнифер и беспокоило.

– Ничего. Я склонен с вами согласиться, но сердце у Виолы доброе. Я даже не успел с ней толком познакомиться, но она с готовностью приняла мое приглашение зайти и обсудить переделку комнаты Зоэ, а потом, может быть, и Зака. Слава богу, не придется возиться самому.

– Девочки привередливы насчет своих спален. Зоэ придет в восторг, когда все будет готово.

– Надеюсь, она хоть немного повеселеет.

– Что, не слушается? – Айла пожала плечами. – На то она и подросток.

– Наверное, вы правы.

– Если вам нужно выговориться, можете поделиться со мной, раз ее мамы нет рядом…

Адам рассказал о том, как Зоэ норовит перейти границы дозволенного, не желает признавать главенства отца и его права иногда что-то запрещать.

– Буквально только что поссорились из-за соцсетей, – признался он. – Я не хочу, чтобы дети заходили в соцсети, а Зоэ считает, что она достаточно взрослая для этого.

Айла покачала головой на предложение нового печенья.

– Я понимаю ваше беспокойство. Сейчас там много травли, особенно в девчоночьей среде. Маленькие паршивки отправляют с телефонов гадкие сообщения, делают отвратительные снимки. Это гнусно.

– Но Зоэ вообще нет в соцсетях.

– Как, ни в одной?!

Адам захохотал.

– Вы так реагируете, будто я не позволяю ей носа из дома высунуть!

Он не мог признаться Айле, по какой причине так недолюбливает социальные сети.

– Но молодежь сейчас так общается! Заявляю как девочка, что Зоэ довольно много теряет. В соцсетях идут беседы, а она не входит ни в одно сообщество… – Айла замялась, но Адам настоял, чтобы она высказалась начистоту. – У меня детей нет, но я кое-что знаю о женской психологии. Помню, как в подростковом возрасте я дорожила доверием родителей. Когда тебе доверяют, чувствуешь себя взрослее; наступает внутренняя зрелость, учишься принимать самостоятельные решения, ну, и набиваешь первые шишки. Если ты не выходишь у родителей из доверия, то пользуешься определенной свободой. Мне, например, доверяли одной ходить в магазин. Если я честно рассказывала, кого я видела по пути, вовремя возвращалась и хорошо себя вела, родителей это устраивало.

– Не исключено, что вы правы.

– А вы-то сами есть в «Инстаграме»?

– Нет.

– Тогда можно я кое-что предложу?

– Попробуйте.

– Может, вместо уроков йоги я устрою вам краткий курс по «Инстаграму», прежде чем вы разрешите его Зоэ? С такой форой вы будете знать, куда смотреть, когда Зоэ начнет пользоваться «Инстой», и максимально ее обезопасите.

Адам не был недотепой, он сумел бы сориентироваться и сам, а заядлым пользователем соцсетей не был по той же причине, по какой и своих детей держал подальше от интернета: им нужно было оставаться инкогнито.

– А у вас получится?

Ну и что, что он в состоянии разобраться без помощи, раз его возьмется учить красивая женщина?

– Эй, вы же научили меня сверлить! А я познакомлю вас с «Инстой».

– Признаться, такое предложение мне нравится гораздо больше йоги. Я согласен.

– Договорились. Только, знаете, однажды я попыталась что-то посоветовать Дженнифер насчет ее близняшек и получила известное: «Ты не мать, ты ничего не понимаешь». Вы не обязаны меня слушаться.

Адам, не скрываясь, улыбнулся. Ему нравилось, что Айла сидит у него в гостях; он жалел, что она спешит в паб, потому что он мог так сидеть и разговаривать хоть до ночи.

– Можно дать вам совет?

– Ну, давайте. Я-то вам отсыпала много советов.

– Может, вам с Дженнифер нужно какое-то время пожить бок о бок, чего вы не делали уже много лет?

– Она считает меня легкомысленной младшей сестрой без царя в голове. Вы бы видели ее лицо, когда я упомянула про танцы на пилоне.

Адам ухмыльнулся. У него в голове этот самый царь тоже куда-то отлучился, и Адам отчетливо представил себе Айлу, занятую этим специфическим танцем.

– Что бы между вами ни произошло – я не любопытствую, поверьте, – но, возможно, вам стоит восстановить отношения?

– Этот процесс должен быть двусторонним. Я ведь не твержу ей при каждой встрече, что она зря вышла замуж и родила детей, забросив карьеру. Вот и ей нечего… – Айла махнула рукой. – Все, я умолкаю. Вы с ней друзья, я не должна ее критиковать.

– Продолжайте-продолжайте, сегодня у нас будет вечер критики. Давайте разбираться.

– Она не одобряет мой стиль жизни.

– Вот как?

Айла начала перечислять, загибая пальцы,