Отзвуки сердца - Л. А. Кейси

Затем камера показала сотни детей, которые кричали:

— Мы вас любим, мистер Джонс!

Видео закончилось. Все захлопали в ладоши, проектор выключили и включили свет в зале. Мистер Джонс встал со своего места на небольшой импровизированной сцене, которую каждый год собирали на выпускной. Он пожал руку директору школы, который стоял рядом с ним, а затем подошел к микрофону.

— Спасибо тебе за твою кропотливую работу над фильмом, Сара. Я буду бережно его хранить. — Мистер Джонс улыбнулся. — И спасибо моим ученикам и коллегам за прекрасные слова. Если честно, сейчас изо всех сил стараюсь не заплакать. Это трудно, потому что всем сердцем я люблю время, проведенное в этой школе. Помню всех своих учеников прошлых и настоящих и ценю каждого из вас.

Все снова захлопали, пока он вытирал глаза. Я тоже смахнула с лица слезы. Этот человек был настоящим джентльменом и я желала ему только самого лучшего. Он заслуживал всего хорошего, что было в этом мире. И заслужил отправиться в шестимесячный круиз со своей женой — он всегда шутил об этом, когда я училась в школе.

— Теперь, когда я избавился от слез и благодарностей, перехожу к самой волнующей части этого дня. Я получил разрешение от руководства школы озвучить предупреждение. — Бывший уже психолог и учитель музыки, ухмыляясь, потер руки. — Если я увижу, что хоть один ученик бросается к сцене или встает со своего места это будет означать — мгновенное отстранение. Это относится и к родителям: если вы выйдете на эту сцену, ваш ребенок возьмет вину на себя и будет жить в пузыре стыда до конца семестра.

Все, кроме меня, начали смеяться. Я же стала понимать, что последует за этим. Мистер Джонс своими предупреждением дал понять кто выйдет на сцену.

— Пожалуйста, присоединяйтесь ко мне, чтобы поприветствовать бывших учеников нашей школы и мировых суперзвезд: Риска Келлера, Мэя Актона и Хейса Харли. Они сделали перерыв в своем плотном графике, чтобы приехать домой в Саутволд и присутствовать на этой церемонии в мой последний год в школе им. сэра Джона Лемана. Они привезли с собой и Эйнджела Рейеса! — Мистер Джонс просиял. — Наши мальчики из Саутволда дома! Отдайте должное «Blood Oath»!

Шум. Иисусе. Громкость была запредельной, но когда открылась боковая дверь в зал, мне пришлось заткнуть уши руками такой стоял грохот. Ничего толком не было видно — все вскочили на ноги и только я осталась сидеть. Похоже, я — единственный человек, который не был рад видеть «Blood Oath», но у остальных и не было такой истории с солистом-гитаристом группы, как у меня. На протяжении двух минут были слышны только крики, визг и аплодисменты.

Все это время меня словно приклеили к стулу.

Когда толпа наконец заняла свои места, я почувствовала, что испытываю внетелесный опыт и, это было потому, что увидела его впервые с тех пор, как заставила уйти от меня девять лет назад. От его вида перехватило дыхание, а для астматика это опасно. Сделав глубокий вдох, я не сводила с него глаз. Риск изменился и в то же время нет. Его волосы были все такими же белокурыми, как и всегда, но прическа другой. Типичный викинг: на боках — выбрито, а на макушке заплетено в косу, спускающуюся на шею.

Он все еще был восхитительно высоким, но больше не худым. Прибавил в весе, но все это только мышцы. Его плечи всегда были широкими, но теперь они выглядели мускулистыми и очень сильными. Он весь стал как будто мощнее. Я сглотнула и продолжила его рассматривать. Понятно, почему женщины и даже мужчины хотели его. Мало того, что у него был голос, который звучал как влажный сон, он и сам выглядел очень сексуально.

Риск был великолепен. Говорят, он прошёл курс реабилитации после какого-то инцидента с наркотиками и это, явно, пошло ему на пользу. Он действительно выглядел невероятно.

Риск, Мэй и Хейс крепко обняли мистера Джонса, а Эйнджел, единственный не являющийся первоначальным участником группы, пожал ему руку и улыбнулся чему-то, что сказал мистер Джонс. Взглянув на Мэя и Хэйса, я отметила, что в их внешности тоже произошли изменения. Преображение Мэя было невероятным, вплоть до его кроваво-красных волос. Без лишнего веса, его тело теперь выглядело таким же подтянутым, как и у Риска. И, хотя Хейс не был таким мускулистым, как его друзья, но, Боже, он был красивым мужчиной. Красивый мужчина, который женился на девушке, с которой до этого встречался два года. Это была быстрая свадьба, как сказала мне Анна.

Трое парней, которых я когда-то хорошо знала, теперь казались мне незнакомцами. Осознание этого факта ударило по мне со скоростью несущегося навстречу поезда. Невероятно трудно было оттолкнуть Риска. Мне до сих пор очень больно, но встреча с ними дала мне понять, насколько я застряла в прошлом. Прошло девять лет с тех пор, как мы присутствовали в жизни друг друга. Девять. Теперь они — знаменитости, рок-звезды, в то время как я все еще работала в той же старой закусочной и жила в том же коттедже с одной спальней недалеко от пирса. Мои лучшие воспоминания были о прошлом с Риском и другими, в то время как они создавали новые воспоминания каждый день… это заставило что-то внутри меня разбиться вдребезги.

Я не смогу это выдержать. Думала, что смогу, но нет.

Я стала тихо пробираться на выход. Пришлось извиняться перед каждым, мимо кого проходила и как раз когда я достигла края ряда, ребенок, который шел к сцене с родителем, остановился, увидев меня. Все затихли, когда мистер Джонс вернулся к микрофону. Глаза девчушки остановились на моем лице и почти мгновенно расширились.

— Эй! — воскликнула она. — Разве ты не та девушка на видео, которая целовалась с Риском?

С таким же успехом она могла использовать мегафон, потому что ее голос в тишине прозвучал на весь зал. Теперь все посмотрели в мою сторону. От смущения можно было умереть прямо на месте. Переведя взгляд с ребенка на сцену, я почувствовала, что мои ноги вот-вот откажут. Там стоял, уставившись прямо на меня, Риск Келлер. Я поперхнулась воздухом и вместо того, чтобы улыбнуться, кивнуть или что-то сказать, повернулась и выбежала из зала.

Я добралась до парковки. Поспешно села в машину, достала из сумки ингалятор и сделала несколько затяжек. Сердце билось так быстро, как будто собиралось разорваться. Он увидел меня. Риск смотрел прямо на меня, черт побери. Я ошибалась, считая себя достаточно взрослой, чтобы принять все,