Тайна ее поцелуя - Анна Рэндол

— Нет, ничего не случилось. Но мне надо кое-что обсудить.

Он начал натягивать мундир, но она остановила его.

— Наслаждайтесь прохладой, Беннет, пока еще не слишком жарко.

Он мгновение колебался, затем повесил мундир на спинку кресла, стоявшего рядом.

— Прошу прощения, я ждал служанку. Но очень хорошо, что вы пришли. Мне тоже надо с вами поговорить. Садитесь.

Он выглянул в холл и закрыл дверь.

— Не беспокойтесь, меня никто не видел.

Мари осмотрелась в поисках стула. Ее взгляд вдруг остановился на кровати, и она тотчас покраснела и вздрогнула.

А Беннет снял со спинки кресла свой мундир и с улыбкой сказал:

— Сюда, пожалуйста.

Мари поспешила сесть и снова откашлялась.

— Должна вам сообщить, что прекратила работать на британское правительство, — заявила она.

Майор замер.

— Простите, что?..

— Я закончу эскиз, который начала днем, но это — все.

Беннет пристально посмотрел на нее.

— Я не могу этого допустить.

Она прищурилась.

— Не имеете права, майор. Я не солдат. Я свободна приходить и уходить, когда захочу. А теперь я предпочитаю уйти.

Она встала.

Беннет тоже поднялся. Затем обошел ее и преградил ей дорогу.

Ах, почему она не позволила ему надеть мундир? А теперь этот соблазнительный кусочек кожи на его шее дразнил ее. Она уже целовала эту кожу, и ему понравилось.

Мари отступила на шаг и посмотрела Беннету прямо в лицо. А он, нахмурившись, проговорил:

— Но вы не можете…

— Мое решение твердое, — перебила Мари.

Он тяжко вздохнул.

— Британскому правительству нужен еще один чертеж.

Они все требовали и требовали! Хотя у них не было никакого права что-либо требовать от нее. Она ничего им не должна!

— Где? — спросила Мари.

— Им нужен точный чертеж укреплений Вурта.

О Господи, Вурт!.. Там была настоящая пустыня, где не существовало никаких законов. И этот форт находился скорее на Черном море, а не на Средиземном. Они обсуждали эту тему с Нейтаном и пришли к согласию, что опасность превышала любую стратегическую пользу, которую могли бы получить греки от такого чертежа.

Помолчав, Мари проговорила:

— Но мне сказали, что это не требуется…

Беннет поджал губы.

— Увы, приказы иногда меняются.

Почему она ожидала, что этот человек поймет ее?

— Эта местность означает смерть. Почему я должна опять рисковать своей жизнью?

На скуле Беннета задергался мускул.

— Поверьте, риск будет минимальным. Со мной вы в безопасности.

Мари невольно сжала кулаки.

— Ваше обещание ничего не стоит. И вы это прекрасно знаете.

Действительно, ничто не гарантировало безопасность. Безопасность — это иллюзия. Например, ее мать, бесстрашная участница восстания, умерла, потому что не вынесла британской погоды. Проклятая погода!.. А ее, Мари, даже там не было, когда умерла мать.

Она со вздохом спросила:

— А почему бы не послать туда кого-нибудь другого?

Беннет заметно помрачнел.

— Вы о чем-то умалчиваете? — допытывалась девушка.

— Двое агентов уже пропали, пытаясь получить сведения об этом форте.

Мари с трудом перевела дыхание. Выходит, Нейтан не преувеличивал опасность. И это означало…

Она пристально посмотрела на Беннета.

— Значит, я представляю меньшую ценность, чем один из ваших агентов, не так ли?

Майор еще больше помрачнел.

— Не знаю, — ответил он, и в голосе его прозвучала усталость.

Мари снова вздохнула. Она знала: посол устроит сцену, когда узнает, что она отказывается работать. Но она думала — надеялась! — что Беннет ее поймет…

— Но если вы хотели убедить меня, майор, то почему не солгали?

— Я обещал Абингтону, что вы узнаете всю правду.

А если бы он не дал такого обещания?.. Тогда бы солгал ей?

Майор тут же добавил:

— Есть еще одна причина, по которой вы должны продолжать.

Мари в удивлении приподняла бровь. Она не знала ни одной причины, заставившей бы ее подчиниться.

— Сэр, единственное, что я могу, — это согласиться закончить последний рисунок.

— Вы кое-что забыли, Мари. Дело в том, что я — единственный, кто может опознать человека, следившего за вами. Если я вернусь в Англию, он по-прежнему будет представлять для вас угрозу.

Ее эротические фантазии тотчас же исчезли. Выходит, никакой романтики, одни угрозы. Что ж, знакомая история…

— Я перестану делать рисунки, и эти люди утратят ко мне интерес.

— Но мы еще не знаем, кто следил за вами. Может, враг вашего отца? А может быть, отвергнутый поклонник?

Она покачала головой:

— Нет. Думаю, мы оба знаем, что это не тот случай.

— Тогда мы вынуждены предположить, что слежка как-то связана с вашей работой на британское правительство. Возможно, враги давно знают о вашей деятельности. И если вы не будете кричать на каждом углу о том, что больше на нас не работаете, то едва ли они об этом узнают. Вас уже зачислили в британские шпионы. Когда же вражеские шпионы перестают представлять интерес, их уничтожают.

Мари вздрогнула. Ох, она и не подумала об этом!

Беннет же продолжал:

— Пока мы не узнаем, кто они, вы будете подвергать риску не только себя, но и всех ваших близких, слуг и друзей.

Чудовищность собственной наивности ошеломила Мари. Такого она от Беннета не ожидала. Значит, майор совсем не отличался от своего кузена. Он тоже шантажировал ее. Говорил о людях, которые ей дороги…

А Беннет вдруг протянул руку и взял ее за подбородок.

— Я сожалею, что вынужден сказать вам об этом.

Она отстранила его руку.

— Нет, не сожалеете! — У нее перехватило горло. — Просто вы хотите запугать меня. — Она содрогнулась и добавила: — Ладно, я сделаю чертеж Вурта.

— Вот и хорошо, — кивнул Беннет.

Он не мог вынести выражения испуга, появившегося на лице девушки после его слов. Но неужели он и в самом деле верил, что она пробудила в нем душу? Ох, как ему сейчас хотелось вернуться в свое бесчувственное прошлое.

Помолчав, майор пробормотал:

— Мне действительно жаль, что я испугал вас.