Игры кошачьей богини - Ирина Игоревна Фельдман

Меня похвалили? Меня похвалили! Жизнь прекрасна!

Лишь бы сейчас не выглядеть кокетливой девочкой.

– Оз, ты только не думай, что я псих. Это была самооборона.

– Это было гениально.

– А ты круто ему вмазал!

– Предлагаю продолжить обмен комплиментами в другом месте. Мы здесь чужие, а за этими детишками стоят люди, которых наши с тобой трюки не смутят.

Мы с не свойственной приличным джентльменам прытью выбежали на забитую экипажами улицу.

– Как выберемся из этой клоаки, может, посидим в приличном пабе? – даже не отдышавшись, предложил Оз.

– Лучше в кофейне. Умираю как хочется кофе с тортиком, – выпалила я.

Вместо того чтобы поднять меня на смех, Оз, не выпендриваясь, принял моё предложение.

Да мы с ним спелись! Жизнь определённо налаживается.

А дома обязательно досмотрю «Гравити фолз», которому теперь обязана всем. Фантазия фантазией, а нужные слова иногда бывают банальными цитатами.

Глава 7. Аффтар жжот

«Эмма и Фредерик были самыми гадкими и непослушными детьми во всём Лондоне…»

Начало новой сказки мисс Боунс

Чарли неспешно разглядывала мои рисунки. Стопочка приличная накопилась, так как мой досуг в последнее время был сильно ограничен. А я, лёжа в обнимку с подушкой, не сводила глаз с её распущенных волос. Каштановые, с золотистым отливом, они покрывали её спину как шёлковый плащ. Красотища, всю жизнь о таких мечтала. Мои волосы тоже каштановые, но гораздо темнее и им не хватает лоска. Наверное, испортила, когда стала в старших классах баловаться краской и тониками. Будь я сестрой Чарли, обязательно бы расчесала эту красоту хоть разочек. Вот только я брат, и мне как бы не полагается так себя вести. Что за жизнь такая, я тут уже почти неделю, а всё никак не привыкну к викторианству, да и, если честно, тяжело строить из себя джентльмена. Я же, на крайний случай, леди!

Едва взглянув на очередной рисунок, Чарли вдруг разразилась смехом, за который матушка её бы непременно отчитала.

– Чё ржёшь, я тоже хочу! – Я отлепилась от подушки и, подпрыгнув на кровати, заглянула ей через плечо.

Оказывается, девушку насмешила сценка, нарисованная в чиби стиле. В маленьких большеголовых человечках с лёгкостью угадывались члены её семьи. Бен и Джон были связаны между собой длиннющим шарфом, и его кончик вёл к живо орудующей спицами миссис Хант. Над женской фигурой висело облачко с надписью «Теперь моим мальчикам будет тепло», а над её жертвами – «Мам, на дворе июль!!!».

– Ты никогда раньше так не рисовал, – выдавила сквозь смех Чарли.

От её реплики у меня пропало желание веселиться.

– Скажи, только честно. Тебе не противно со мной общаться?

– Что? Да как ты мог об этом подумать?

Она оторвалась от картинок и посмотрела на меня с укором.

– Ну… Джон говорит, что больше не видит во мне брата. Что я примитивное существо, занявшее его тело.

– Нашёл кого слушать, – вспыхнула Чарли. – Ты ничуть не изменился. Просто память иногда подводит. С кем не бывает?

Девушка притянула меня к себе и, обняв, чмокнула в лоб. Сопротивляться не было смысла, она по силе сама как парень.

– Бенни, всё в порядке. Ты всего лишь забыл о некоторых дурацких правилах, и тебя не сковывают приличия. Как бы мне хотелось оказаться на твоём месте…

Это уж вряд ли.

– Ты же не тупо меня утешаешь? Может, я на самом деле ужасный зануда?

– Ты зануда только для Джона и его недалёких дружков. Не обращай на них внимания.

Высвободившись из объятий, я вернулась к подушке. Пришла пора спросить то, что не давало мне покоя целый день.

– Чарли, а как тебе Оз?

– Оз? Тёрнер? – Она поправила ночную сорочку и села поудобней. – Никогда о нём раньше не слышала. У тебя не очень много друзей, ты более разборчив в связях, в отличие от Джона. И, честно говоря, я очень удивилась тому, что ты пригласил его к нам. Это мало на тебя похоже, ведь получается, что вы познакомились до того, как ты потерял память. Значит, уже тогда что-то произошло.

– А может, он так сильно мне понравился. Так как он тебе?

– И ты не теряешь надежду выдать меня замуж? – усмехнулась Чарли. – Зачем ему, самодовольному красавцу, такая как я? Портить породу? Да он даже не смотрел на меня.

Блин, из меня брат какой-то бестактный получается.

– Он не говорил с тобой обо мне?

– Нет, – призналась я, чувствуя, что начинаю стыдиться своих слов. Была бы девчонкой, разговор бы в нужную сторону пошёл, а так фигня выходит. – Но вы с ним даже не общались, так что не всё потеряно.

– Не переживай за меня, я всё равно не собираюсь замуж. Боюсь стать такой, как мама. Серьёзно, Бен! Я не хочу быть в тени мужа. Не хочу рожать ораву детей, чтобы избежать сплетен о постыдных болезнях и холодных отношениях с супругом.

У неё даже руки стали подрагивать. Большие сильные руки, не подходящие утончённой леди. Миссис Хант не раз при мне стыдила дочь за то, что краснеет из-за неё перед модистками.

– Мама довольна своей жизнью. Ей доставляет удовольствие даже её кривое рукоделие, а я так не могу.

– А что будет, если ты не выйдешь замуж?

– Останусь старой девой. Сначала в родительском доме, потом, если вы будете ко мне добры, кто-нибудь из братьев возьмёт меня к себе приживалкой.

Я как представила себя на её месте, у меня аж всё внутри похолодело. Одно дело быть женой, и совсем другое – жить у родственников на птичьих правах, изо дня в день слышать упрёки в свой адрес и терпеть змеиное шипение жён своих братьев.

Палка о двух концах. Выйдешь замуж – будешь мужу в рот заглядывать, не выйдешь – будешь кем-то вроде бесполезной старушки Мэгги. Вот средневековые нравы!

– Чарли, я постараюсь найти для тебя хорошего мужа, а не козла, который будет тебе всё запрещать.

– Хорошо бы, – то ли в шутку, то ли всерьёз ответила она.

Девушка вытащила из стопки рисунок, на котором я в анимешном стиле изобразила Тауриэль и Кили. Она с грустной улыбкой полюбовалась на влюблённую парочку киногероев.

– Если нравится, забирай.

– Спасибо, заберу… Ты сам их придумал?

– Не знаю, – не стала я присваивать себе лавры Толкиена и Джексона. – Может, в памяти всплыло. Читал или видел… в театре.

– А я люблю придумывать истории, – мечтательно произнесла Чарли. – Только