Постучись в мою дверь - Ярослава А.

Жаль, что идиллия длилась недолго.

Вскоре после свадьбы Вера стала манипулировать папой и намеренно пытаться рассорить нас с ним. Причем козни свои она виртуозно продумывала до самых мелочей и всегда выступала в роли несчастной, всеми униженной жертвы.

Великолепная актриса!

Но и это мы с Русом стоически терпели, ради папы, пока вскоре он не заболел и стал буквально угасать на глазах. Врачи диагностировали запущенное двухстороннее воспаление легких. Два дня реанимации и он умер.

Я на тот момент была в довольно длительной командировке и, вернувшись первым делом, накинулась на молодую вдову: как она могла пропустить у отца такое заболевание? Но та в ответ, только заливалась показными слезами и причитала.

Похоронили отца, и тут начался самый настоящий кошмар…

Каким-то невероятным образом оказалось, что незадолго до смерти папа умудрился набрать кучу долгов. Куда он дел это деньги, взятые в различных организациях неизвестно. Но факт остается фактом. Все наше наследство ушло в счет погашения долгов.

Вот только маленький нюанс: Вероника после продажи с молотка нашего особняка, так и осталась в нем жить. Теперь уже на правах законной владелицы, потому что выкупила его.

Откуда у Вероники взялись такие деньги, история умалчивает, но то, что все это дело тянет на уголовное преступление, я даже не сомневаюсь.

Была попытка обратиться в правоохранительные органы. Но они состава преступления тут не увидели. Заявлению ходу не дали, и посмеялись над моей силишкой буйной фантазией.

В итоге мне пришлось смириться.

Погруженная в свои мысли и воспоминания, не сразу замечаю, что мы подъехали к моему дому.

— Думаю, ты сейчас не в том настроении, чтобы смотреть кино, — криво улыбаясь говорит Паршин и я пораженно вскидываю глаза.

Мужчина умеет удивить и проявляет почти фантастическую чуткость.

— Как ты догадался?

* * *

Влад загадочно улыбается и тянет ко мне руку.

Первая реакция испуганно отшатнуться, но я делаю над собой усилие и замираю на месте, не глядя на мужчину. Теплая ладонь ложиться мне на подбородок и мягко приподнимает его.

— Я заслужил сегодня поцелуй от прекрасной дамы?

Он говорит это с высокопарным придыханием, словно…словно рыцарь. Ассоциации смешиваются, и перед мысленным взором встает образ другого рыцаря. Высокого, широкого в плечах лысого мужика с золотыми зубами, что не побоялся в одиночку отбить девчонку у насильников.

Нет-нет-нет!

Я запрещаю себе о нем думать и уж тем более страдать!

Прикрыв веки, подаюсь чуть вперед к Владу, как бы показывая, что вовсе не против поцелуя и…ничего не чувствую.

Мягкие губы Паршина уверенными опытными движениями, обхватывают мои, лаская, соблазняя, а я ни черта не чувствую!

Где тот ураган эмоций?

Где влечение?

Легкий интерес на худой конец?

Ничего…

— Мне…пора, — выдавливаю, когда Влад, увлекшись, пытается залезть руками под расстегнутую верхнюю одежду.

— Не хочу тебя отпускать, — искушающее шепчет, и мне даже жаль, что этот его страстный порыв оставляет меня равнодушной.

Хороший же, интересный мужчина.

И что со мной не так?

— Прости, — отстраняюсь от него и берусь за ручку двери, — Спасибо за чудесный вечер.

— Ты хотела сказать за испорченный вечер, — грустно, с ноткой иронии замечает он, намекая явно на инцидент в ресторане.

Не нахожусь с достойным ответом и, улыбнувшись на прощание, выскакиваю из автомобиля, испытывая лишь одно желание — поскорее оказаться дома.

Машу мужчине на прощение и быстро забегаю в подъезд, испытывая легкую досаду и как ни странно облегчение.

Дома неожиданно тихо.

Скидываю верхнюю одежду, ботинки и первым делом заглядываю в комнату к Русу. Брат спит, звездой раскинувшись прямо поверх покрывала. Из одежды на нем только домашние шорты. Я, с тревогой глянув на выпирающие с боков ребра, качаю головой и накрываю его одним пледом.

Пусть спит.

Умаялся ребенок…

Тихонько прикрываю за собой дверь и не успеваю даже дойти до кухни, как в дверь раздается стук.

Замираю со стаканом воды в руке и настороженно прислушиваюсь.

Острое чувство дежавю простреливает от макушки до пяток.

А вдруг это он?

Несусь к двери и внезапно нерешительно замираю.

Боже, что я делаю?

С бешено стучащим о ребра сердцем все же нахожу в себе силы и смелость, что бы тихо спросить:

— Кто?

— Доставка! Примите посылку?

Это что еще за номер!

— Я ничего не заказывала!

— Значит вам подарок.

— От кого?! — вопрос скорее риторический, конечно.

За дверью как-то жалобно вздыхают и чуть раздраженно уговаривают:

— Девушка, послушайте, у меня еще шесть заказов, а уже почти ночь. Может все же заберете свой?

Приходится все же открыть дверь.

Первое что я вижу огромный букет нежных кремовых роз.

— Распишитесь, пожалуйста, — невысокий парень в теплой шапке и форме курьерской службы протягивает мне планшет для подписи.

— Э-это мне? — ахаю я.

— Вам-вам, — устало кивает парень, и едва я ставлю свою подпись, мчит вниз по лестнице, оставив меня в полно прострации разглядывать столь неожиданный презент.

Мне тысячу лет не дарили цветов.

Обычно большие букеты приносил отец на день рождения, ну и мой бывший парень поначалу таскал на свидания. Из вежливости…

А тут с доставкой заказали. Надо же.

Вот это Паршин расщедрился.

Тащу свой увесистый подарок на кухню, где не найдя вазы, достаю с антресоли трехлитровую банку. Должно влезть.

Пока ставлю букет, замечаю карточку-послание. Аккуратно снимаю тонкую красную ленту с письма и, развернув с замиранием сердца, читаю написанное корявым, похожим на детский, подчерком:

«Кнопке от Рыцаря»

Глава 12

Соня

Три месяца спустя

Люблю лето за то, что каждый день не надо натягивать на себя три слоя одежды и мерзнуть, пока доползешь до работы.

А то, что жара не страшно.

В нашем микро финансовом клоповнике, хоть и не презентабельном на вид, стоит хорошая и довольно мощная сплит-система.

Паршин постарался…

Он вообще молодец.

Мебель нам новую выбил, премию к отпуску дал и о себе любимом не забыл.

— Сонь, — в десятый раз за день, прилипает к моей спине Влад, стоит мне пройти мимо его кабинета, где всегда открыта дверь, — Я билеты забронировал. Махнем, на море? Всего пять дней.

— Влад, — со вздохом отстраняюсь я, — Я тебе в пятьсот пятый раз отвечаю — нет. На кого я Руса оставлю?

— Он уже большой…

— Угу, большой. Даже представить страшно, что может сделать подросток от безделья, когда взрослых нет дома целых пять дней.

— Ты утрируешь.

— Я говорю факт.

— Твой братец вечно нам все портит!

Тут не поспоришь. Рус