Беспощадная красота - Дана Айсали

— Не пытайся выбраться из этой ситуации флиртом, — говорит она, её улыбка мягкая и игривая. — Им нужно либо подчиниться, либо проваливать нахрен.

— Я понял, — говорит он, кивая. — Увидимся завтра. Он смотрит на меня. — Извини за твою челюсть.

Я ворчу, сомневаясь, что смогу быть достаточно вежливым.

И с этими словами он возвращается внутрь, тяжелая дверь захлопывается за ним. Наконец пробивается солнце, подчёркивая тёмно-красный оттенок волос Изабелы. Она запрокидывает голову назад, обнажая своё сексуальное горло, и именно тогда я это вижу. Маленький синяк от моих зубов.

Прилив крови заставляет мой член дёргаться при виде этой маленькой отметки.

Я по уши влип.

Глава 15

ИЗАБЕЛА

— Это будет весело. — Стону я садясь в машину.

Они предоставили нам машину на время нашего визита, да и гораздо удобнее общаться без водителя.

— Мне не следовало направлять на них пистолет.

— Наверное, не стоило, — соглашается Нико, ухмыляясь на водительском сиденье.

— Ты это начал. — Я скрещиваю руки и кладу ноги на приборную панель, старые мамины ботинки пачкают её. Нико протягивает руку и сталкивает их.

— Опусти ноги. Что, если мы попадём в аварию? Твои колени окажутся в грудной клетке.

— Ладно, старик, — поддразниваю я, смеясь, когда он поднимает бровь в мою сторону.

— Возможно, я начал это, — признает он.

— Просто не мог держать рот на замке, — соглашаюсь я.

— Нет, — поправляет он. — Они не будут держать язык за зубами. И кто-то должен учить маленьких детей, как надо играть.

Я закатываю глаза.

— Мы не дети.

— Возможно, ты — нет, — признаёт он. — Но они — да. По крайней мере, они так себя ведут.

— Подожди секунду. — Моя рука тянется к нему и приземляется на его бедро, когда я смотрю на него в шоке. — Ты только что сказал, что я выросла. Я больше не ребёнок в твоих глазах?

— Я надеюсь на это, после того как я трахнул тебя у костра, — ворчит он. — Но да, Изабела. Я осознаю, что ты скорее женщина, чем девочка.

Я слегка сжимаю его бедро и отпускаю.

— Приятно знать. — Я смотрю в окно. — Рада, что мы оба согласны, что ты это начал.

— Я не соглашался с этим.

Я пожимаю плечами.

— Ну, я прекратила, так что…

— Я бы прекратил, если бы ты не отозвала меня, как собаку.

Я смеюсь.

— Двое против одного? Тебе бы надрали задницу, если бы Коннор присоединился. Я спасла тебя, чтобы тебя не отделали.

Дразнить медведя весело.

— Ты думаешь, я не смог бы постоять за себя? — Он изумлённо повышает голос.

— С моей стороны это выглядело не так. — Я сдерживаю улыбку, зная, что он смотрит на меня с осуждением, прикидывая говорю ли я серьёзно.

— А ты бы смогла…? — Спрашивает он.

Я поворачиваюсь, приподнимая бровь.

— Меня учили лучшие. Я могла бы надрать тебе задницу, это точно. Ты бьёшь, как девчонка. — Я делаю паузу. — Хотя нет, это оскорбление моего пола. Ты бьёшь, как мальчишка.

— Окей, — говорит он, кивая и оглядываясь по сторонам, пока едет. — Здесь. Идеально.

Он резко поворачивает и въезжает на какую-то игровую площадку или парковую зону. На площадке кричат и смеются дети, а их родители сидят на скамейках и пьют кофе.

— Что ты делаешь? — Спрашиваю я, крепко держась, потому что он не сбрасывает скорость ни на одном «лежачем полицейском».

— Ищу место, где я смогу показать тебе, как бы я надрал твой маленький зад.

— Что прости? — Спрашиваю я, не веря, что он действительно собирается драться со мной средь бела дня, на глазах у людей. Я бы предпочла, чтобы он сделал это дома, в моей спальне.

Обнажённый.

— Ты покажешь мне свои впечатляющие приёмы.

Он заезжает на парковку и вылезает из машины. Поэтому я следую его примеру и смеюсь. Подняв руки над головой, я потягиваюсь вперёд и назад, вращая и хрустя шеей. Нико заходит за капот машины и ждёт меня, стоя в траве и наблюдая, как я готовлюсь к тому, что вот-вот произойдёт.

— Что ты делаешь?

— Растяжку, — говорю я, констатируя очевидное вещи.

— Думаешь, ты всегда сможешь размяться перед боем?

Я закатываю глаза.

— Нет, но нет смысла напрягать мышцы перед детской вознёй, на которой ты так настаиваешь.

Я становлюсь перед ним и занимаю позицию. Я чувствую себя идиоткой, потому что он просто стоит там, засунув руки в грёбаные карманы, и смотрит на меня с лёгкой ухмылкой на лице. Я не большая поклонница того, как мужчина смотрит на меня оценивающе.

— Мы будем драться, или ты будешь просто стоять и смотреть на меня весь день? — Спрашиваю я его.

— Я просто любуюсь видом, — говорит он, оглядывая меня сверху донизу. Его слова заставляют моё тело гореть, и мне бы очень хотелось, чтобы он подождал, того момента, чтобы сделать это обнажёнными.

Я стону, мне это надоело, и начинаю двигаться, заставляя его ходить по кругу. Он по-прежнему ничего не делает, просто смотрит на меня так, будто может предугадать мои движения. Поэтому я решаю проверить свою теорию, двигаясь быстро, пытаясь нанести удар. Он с лёгкостью уклоняется в сторону, избегая удара. Его руки всё ещё в чёртовых карманах.

— Дерзкий ублюдок, — рычу я.

Он усмехается.

— Не будь такой предсказуемой. Ты не можешь просто сделать правый хук. Или, хотя бы, имей запасной план. Они будут ожидать этого, поэтому убедитесь, что у тебя есть план Б. Таким образом, пока твой противник теряет равновесие и уклоняется от первого удара, ты сумеешь нанести новый.

Я вздыхаю и снова закатываю глаза. Он заставляет меня часто это делать.

— Хорошо, om batran.

— Назвай меня старым, сколько хочешь, принцесса. Но у меня намного больше опыта в отличии от тебя. — Он снова посмеивается, когда я делаю пару выпадов. Он каждый раз уклоняется. — Тебе следует меня послушать.

Я наполовину рычу, наполовину кричу, поскольку настолько бешусь, что просто кидаюсь на него. Это не самый скрытный мой ход, и уж точно не самый эффективный. Но я злюсь, и мой гнев дошёл до того, что я хочу хоть как-то задеть его. Я бы даже предпочла получилить ответный удар. Я просто хочу вступить с ним в контакт.

Его глаза игриво расширяются, когда он, наконец, вытаскивает эти чёртовы руки из карманов, чтобы защититься. Он смеётся, когда я накидываюсь и сбиваю нас обоих с ног. Мы катимся, и я оказываюсь на нём сверху. Мои руки хватают его предплечья и прижимают их над головой, а я удобно сижу у него