Волчий хребет - Ева Алатон

Я отложила надкусанный кусок мясного пирога с сожалением, но понимала, что рассказать придется, если я хочу разобраться в том, что происходит.

- Знаешь, ко мне утром забегала Айза. И ..., она была странной...

- Что значит странной? - Перебила меня Тамила, наливая себе чай из сушеного шиповника и брусники.

- Ну, она говорила странные вещи обо мне и Яхоне, будто бы я ему нравлюсь, потом о себе и Ранульфе, словно бы их брак уже решённое дело и они ждут какого-то дня Полнолуния. Что это за день такой?

- День Весеннего Полнолуния - это время гона у оборотней, когда самец братившись, зовет за собой самку, за которой ухаживал в человеческом обличии. Это время, когда Луна благословляет пары и мы можем встретить того единственного, кто предназначен нам Луной или Судьбой, как говорят у вас . Это счастливое время.

- А как же у тебя вышло? - Удивилась я, ведь муж Тамилы человек. - Роган же не мог обратиться?

Тамила снова засмеялась.

- Он и не обращался, - Улыбаясь, говорила она, а глаза ее наполнились нежным светом любви. - Я сама его позвала. Знала бы ты, как я волновалась в тот день! Я думала он не пойдет, и тогда мое сердце было бы разбито. Но Роган даже не понял, куда я его веду, а уж когда я скинула с себя сорочку, он и вовсе потерял дар речи!

Ну, что я могу сказать, Тамила была решительной особой и то, как она заарканила своего мужа ей подходило. Я даже позавидовала ее решимости. Мне бы не хватило на это смелости, да и воспитание не позволило бы.

- Но, знаешь что, - Тамила быстро перестала улыбаться. - Я бы на твоём месте не доверяла Айзе, эта волчица себе на уме, и Ранульф для нее главный приз. Она таскается за ним с сопляческого возраста и та история, с сестрой его жены какая-то тёмная. Ну не могла сестра Давины пойти против рода. Не смотри на меня так удивленно, мой брат служит у Олава, а Олав знает всю историю, и я тоже знаю. - Она потупилась виновато.

- Но Яхон сказал, что раз Ранульф открылся мне, что выбрал меня и, что историю знают двое, он и я. - Я окончательно растерялась от происходящего.

- Ну, историю знают все, но подробности, знает только Олав, и да, наверное, Яхон тоже, все же он лучший друг Ранульфа, а я узнала случайно. Извини Инге, но я, честно, ни кому не говорила. - Она чуть придвинулась ко мне, с жаром уверяя меня в своих словах, и я верила. - Айко однажды разговаривал с Яхоном, и я услышала, знаю, подслушивать нехорошо, но, было сложно удержаться. - Она закрыла глаза руками, а щеки ее заалели стыдливым румянцем. - Яхон сам говорил Айко, что не верит, что это была Давина, и Ранульф не верил. Но все доказательства были на лицо, ту траву принесла сестра Давины.

- А что сама сестра Давины? Спросила я, уже не зная во что верить. - И кто такой Айко?

- Сбежала. Ни кто ее больше не видел. Этим поступком она подтвердила свою вину, и ее род отрекся от нее. Это самая худшая участь для оборотня. - Печально закончила Тамила. - А Айко, старший сын моего отца, но он сейчас в Ладвиии, ищет Давину.

- Так значит, Ранульф и Айза, они не вместе? - Я все-таки задала мучавший меня вопрос.

- Если только в ее мечтах. - Пожала плечами Тамила, убирая со стола и складывая в коробку то, что мы не съели. - Вот, это тебе на перекус, пока ужин будешь готовить.

- Спасибо Тамила! - Искренне поблагодарила я ее и взяв коробку решила заглянуть к Нейне, местной травнице, хотелось взять что-то для хорошего сна.

Я вошла в крохотную лавку, где висели пучки сушеной травы, а полки были заполнены разнообразными бутылками с настоями и маслами. Пряный и едкий аромат тут же наполнил мои легкие. Я обратилась к старой улыбающейся травнице, которая мудрыми глазами смотрела на меня, слушая сбивчивый рассказ о нарушениях сна. Она посоветовала мне смесь из шалфея, лаванды и мелисы - трав, которые обладали успокаивающим действием для души и тела. Я покинула лавку, чувствуя себя немного легче, чем утром.

Глава 13. Ночной гость

Вернувшись, домой я убрала в шкаф подарок Тамилы и до ужина решила заняться вышивкой. Время не ждет, поэтому, чем раньше я закончу, тем лучше же будет для меня.

Тончайшие белые шелковые нити скользили по поверхности ткани, создавая хрупкость снежного покрова. Они, тонкими петельками образовывали удивительно нежные узоры с безупречной точностью.

Иногда, в эту нежность вторгались серебряные нити, жесткие и блестящие, словно отражающие само сияние зимы. Постепенно они переплетались с белоснежной вышивкой, словно белые снежинки играют своим зыбким светом, который украшает ткань и делает ее ярче и живее. Серебряные нити напоминали о зимнем волшебстве, которое таится в каждой падающей снежинке.

Каждое мое движение иглы продолжало этот чарующий процесс вышивания. Я видела, как снежные узоры белыми шелковыми нитями, нежно сплетаются с блестящими серебряными нитями, представляет собой воплощение изысканности и снежной красоты. Вышивание для меня было искусством, превращающим обычную ткань в чудесную зимнюю картину, наполненную величественной красотой и живым сиянием искристого снега на зимнем солнце. Когда я уже не чувствовала пальцев, за окном сгустились сумерки. Желудок снова урчал, и я разогнула затекшую спину от долгого сидения.

Кухня встретила меня уютной тишиной и потрескиванием свечей. Их золотистый свет плавно разгоняет мрак, освещая комнату и создавая атмосферу таинственности. На белых шторах танцуют отсветы теней, создавая ореол таинственности, добавив света в масляной лампе, я разогнала причудливые тени и с улыбкой занялась готовкой.

Я закатала рукава и достала из подвала овощи и заячью ножку. Запах свежих овощей и пряностей наполнял воздух, дразня мое обоняние. Травами и солью я натерла свежее мясо и, положив его в "печку", так называется чугунная, овальной формы, кастрюля с плоской крышкой, на которую я сверху наложила углей, отправила его в догорающий очаг.

Через какое-то время волшебный аромат запекающегося мяса разнесся по всей комнате и стал непередаваемым. Я терпеливо ждала, когда мясо пропечется, готовя тем временем травяной чай. И, наконец, момент настал.

Стряхнув пепел с