Черное золото - Мария Шаронина

— Как я могу, госпожа, меня накажут за проявленное к вам неуважение, — опустив макушку вниз, тихо произнесла девушка.

Да уж, запущенный случай…

— Хорошо, — согласилась я, — на людях, обращайся госпожа, а когда мы наедине, просто Виолетта, договорились? — подошла к ней и легко сжала прохладные девичьи ладошки. При моем прикосновении, она едва заметно вздрогнула, но все же, согласна кивнула.

— Вот и чудненько, — улыбнулась я, думая про то, что в этом чешуйчатом гнезде, мне просто необходимо доверенное лицо, хоть один союзник, на которого бы я, в случае чего, могла положиться.

Пока, пусть это будет Юви.

Не успели мы с ней и на несколько метров отойти от двери комнаты, как в коридоре, показалась сестра Алатара.

— Ты уходишь? А я к тебе, — подойдя к нам, Лея явно испытывала неловкость.

— Хотела осмотреть территорию, надоело ходить из угла в угол, — пожала плечами я, признаваясь себе, что отторжения или какого-то неприятия к девушке я не чувствовала.

— Я с радостью покажу тебе мой дом, — приветливо улыбнулась она, показав две очаровательные ямочки на нежных щеках, — если ты не против моей компании, — быстро добавила она.

— Совсем нет, — ответила я, — Юви, можешь идти, — отпустила я служанку, которая при появлении другой госпожи, стояла тише воды, ниже травы.

— Да, госпожа, — поклонилась она нам обеим и быстро удалилась.

Ну, вот тебе, здравствуйте!

Только я хотела неновящево расспросить о жизни драконов свою подопечную, как и тут облом.

Хотя…

И сестра Алатара сгодится.

— Пойдем, начнем с главной достопримечательности нашего гнезда — приемного зала, — за руку, потянув меня за собой, Лея была полна энтузиазма.

— Почему гнезда? — приноровившись к быстрой походке девушки, задала вопрос я. Он не давал мне покоя уже два дня.

— Раньше, мои предки не имели человеческой половины, а животной ипостаси был важен, прежде всего, не комфорт, а безопасность. Драконы древности вили огромные гнезда на вершинах гор, чтобы уберечь свое потомство от тех, кто за их счет, хотел обогатиться. Ведь драконья кровь, чешуя, когти — на вес золота ценились и ценятся сейчас на магическом рынке. Самые сильные зелья и амулеты не обходятся без драконьих производных, поэтому мои предки, опасаясь людей низин, селились повыше, — слушать приятный голос Леи, было интересно. Ее речь лилась плавно, хорошо ложась на слух.

— С тех пор, — продолжила она, — прошло много времени, но драконы, хоть и являются союзниками народов населяющих низину, привычкам своим не изменили. Каждый из пяти родов, основан на местах гнездования древних, отсюда и название.

Мы вошли в тот зал, который первым предстал перед моим взором тогда, когда я только-только шла знакомиться с семейством Алатара.

Та же, шикарная обстановка и невероятной красоты потолок, вновь вызвали ощущения восторга от окружающего меня великолепия!

— Вижу, тебе здесь нравится, — рассматривая мое восхищенное лицо, довольно произнесла Лея.

— Я ничего подобного в жизни не видела, это потрясающе, — крутя головой то вправо, то влево, пыталась охватить всю красоту помещения, целиком и сразу. — Я полагаю, недостатка в средствах черные драконы не испытывают? — намекая на драгоценный декор потолка, поинтересовалась я.

— Ты права, — широко улыбнулась она, поясняя, — все драконьи гнезда достаточно хорошо освоили добычу драгоценных металлов и камней. Можно сказать, мы живем на них, ведь скалы, отличный поставщик. А если, добавить к этому тот факт, что драконы без ума от золота и драгоценностей, то вывод, почему здесь так, напрашивается сам собой.

"Да, уж, я бы хотела в своем мире иметь пару таких вот камешков с потолка. Тогда, моя съемная квартира превратилась бы в сказочный дворец", — подумала про себя.

— В этой зале часто ведутся приемы и званые вечера, и завтра, именно здесь, тебе представят претендентов на роль твоего будущего мужа, — вернула меня с небес на землю Лея, упомянув о насущном.

Настроение разом скатилось до нуля, а восхищение и радость, стали отдавать привкусом горечи. Как бы здесь не было красиво, для меня, это просто золотая, покрытая со всех сторон драгоценными камнями, клетка.

— Я понимаю, что ты совсем не рада здесь быть, — увидев смену эмоций на моем лице, тихо произнесла Лея, — на твоем месте, я бы тоже злилась на нас, ведь это проклятье, только наш рок. Но раз ты здесь и вот-вот сама станешь частью драконьего народа, значит, так пожелали Боги, — взяв мою сжатую в кулачок руку, она легко сжала ее, сочувствуя, но не жалея.

— Боги? Я атеистка и никогда не верила в высшие силы, — горько усмехнулась я. — Сейчас, у меня нет выбора, как подчиниться тем, кто сильнее. Но знай, Лея, не в моих правилах слепо следовать за судьбой. Творец своей судьбы — я сама.

— Мы все видим, что ты не из тех, кто сдается, эта черта присуща всем драконам без исключения, так что не удивительно, что попав в этот мир, ты стала золотой драконицей, — отступая от меня, проговорила она.

— Каково это? Быть драконом? — поинтересовалась я у коренной жительницы, помня свои ощущения во сне, где я парила в облаках.

— В том то и дело, я не знаю, — грустно улыбнулась она, — и из-за этого, очень сильно переживаю и всю свою жизнь чувствую свою неполноценность.

— Как это? Ты же драконица!

— Я, как и многие другие молодые драконы, родились уже после того, как наш народ был проклят и так и не обрели вторую сущность. Мы знаем, что она здесь, с нами, но достучаться до нее не можем. Словно она спит глубоким, непробудным сном, — Лея говорила с бесстрастно, будничным тоном, но за маской невозмутимого спокойствия, скрывалась бездна боли и тоски.

— Сколько тебе лет? — спросила я, переваривая полученную информацию.

— Девяносто семь, — просто ответила она, а моя челюсть, звонко ударилась об пол.

— Эм… Ты неплохо сохранилась для своих лет, — выдала я, видя перед собой семнадцатилетнего подростка.

— Драконы живут гораздо дольше людей, примерно, на пару тысяч лет. Так что для своего вида, я еще несмышленое дитя, — видя мое замешательство, пояснила она.

Пару тысяч лет… Обалдеть.

— А проклятью, больше двухсот лет? — спросила я, следуя за ней. Видимо, экскурсия по приемному залу, закончена.

— Если быть точной, двести тридцать четыре года, — ответила Лея, ведя меня каменными коридорами.

— И за что же вас так невзлюбили?

— За принципы и верность своему виду, — ответила она, распахивая перед нами еще одни резные створки дверей, за которыми показался сказочно красивый